Содержание  
A
A
1
2
3
...
62
63
64
...
144
Душевная просветленность и радостный прилив чувств
В саду не счесть пейзажей бесподобных,
в них — утонченность и невероятность!
Поэтому на вывеске названье
не стыдно дать: «Немеркнущая радость»!
Да кто поверит, что на свете есть
такой приют природы и искусства?
И разве можно по нему гулять,
не ощущая трепетного чувства?
Инчунь
Там, где изящество и многоцветие
Прекрасны воды, просветленны горы, —
извилисты, причудливы… Поверьте,
Что на Пэнлае[175] не бывает даже
изящества такого, многоцветья!
Зеленый шелк и песнь за веерами[176]
и аромат травы благоуханный,
И танец мэйхуа — цветов опавших,
и красных платьев в танце колыханье.
Поскольку жемчуг и нефрит в почете
и мир для них раскрыл свои чертоги,
Как радостно святым спуститься с неба
и тут же Яотай[177] земной узреть,
А раз уж этот знаменитый сад
был создан, чтобы вызывать восторги, —
Он может ли принять простолюдина?
И близко к саду подходить не сметь!
Ли Вань
Изысканность — дар природы
На тысячи уходят ли
и русла рек и цепь хребтов.
И башни устремились ввысь
до самых пятых облаков[178].
А сад, чтобы всегда сиять,
и солнце любит и луну.
Изысканность и красота —
самой природы дар таков!
Сичунь
Десять тысяч видений состязаются в блеске
Знаменитый сад построен,
и прекрасен, и велик!
Долг — воспеть его, но если
будет мало знаний вдруг?
Как мне выразить все чудо,
прелесть всю в единый миг?
Красота и обаянье!
И — сияние вокруг!
Таньчунь
Блеск и счастливые предзнаменования
Сад ароматов обращен
лицом на запад от столицы,
Светило, радости суля,
сквозь сито туч цветет-лучится.
У ивы радость: из равнин
сюда переселились птицы,
И, стройный, ждет свой час бамбук
навстречу фениксу явиться![179]
О государыне сейчас
писать бы самым высшим стилем,
Но праведницу всё влекут
дни жизни под родимым кровом!
Вы ж, одаренные умом,
с высот своих меня простили б
За то, что, глупая, боюсь
сказать при вас хотя бы слово?
Баочай
За бренным миром святости источник
Государыни прогулка
умножает нашу радость,
Но нельзя к святому месту
допускать житейский хлам[180].
Если горы, если реки —
только нежность, только сладость,
Пусть и воздух будет новым,
чтоб дышалось легче вам!
Из Цзиньгу вино отменно[181]
сгусток тонких ароматов,
Как цветы игривы девы
в залах радостных палат.
Государыни щедроты
несравненны, необъятны,
Шум дворцовых экипажей
скоро ль осчастливит сад?
Дайюй

Окончив читать, восхищенная Юаньчунь с улыбкой заметила:

— Стихи сестриц Баочай и Дайюй превзошли все остальные своим совершенством.

Надо сказать, что всю ночь Дайюй мечтала о том, как блеснет своими удивительными талантами и, конечно же, всех затмит. Но, вопреки ее ожиданиям, Юаньчунь приказала каждому сочинить только по одному стихотворению. Дайюй сочла неудобным нарушать повеление и писать больше, поэтому она написала одно стихотворение по пять слов в строке и этим ограничилась.

Баоюй еще не успел закончить стихи. Написал лишь о павильоне Реки Сяосян и дворе Душистых трав и сейчас сочинял о дворе Наслаждения пурпуром, остановившись на строке «И ожил, словно схваченный весной, нефрит зеленый».

Баочай пробежала глазами эту строку и, заметив, что на них никто не обращает внимания, тихонько толкнула Баоюя:

— Государыне не понравилось выражение «Аромат роз среди зелени яшмы», и вместо него она написала: «Наслаждайся пурпуром и радуйся зелени». А у тебя опять «зеленый нефрит». Как бы государыня не подумала, что ты сделал это нарочно, наперекор ей? Ведь во многих древних стихах и рассказах упоминаются листья банана — вот и подумай, как переделать эту строку.

Баоюй вытер пот со лба:

— Я не могу сейчас вспомнить ни единой цитаты!

— А ты вместо «зеленого нефрита» напиши «зеленый воск», и все будет в порядке, — улыбнулась Баочай.

— А откуда «зеленый воск»? — удивился Баоюй. Баочай прищелкнула языком, покачала головой:

— Ну и хорош же ты! Если сейчас с тобой такое творится, как будешь писать сочинение в золотом дворце?[182] Тогда не вспомнишь даже Чжао, Цянь, Сунь, Ли![183] Неужели забыл и танского поэта Хань И, у него есть такая строка о банане: «Свеча застыла, дыма нет, засох зеленый воск»?

Тут Баоюя осенило, и он улыбнулся:

— Какой же я дурак! Забыл готовую фразу! Поистине, сестрица, ты «одним иероглифом все исправила»! Отныне буду звать тебя не сестрицей, а учителем.

— Поторопись! — засмеялась Баочай. — Только и знаешь, что болтать «сестра», «сестрица»! Вон твоя сестра! Сидит на возвышении в желтом халате!

вернуться

175

Пэнлай — название волшебной горы, одного из священных мест даосов, обитель бессмертных.

вернуться

176

Зеленый шелк и песнь за веерами. — Речь идет о строках танского поэта Ду My из стихотворения «Дарю на прощание», в котором тринадцатилетние девушки сравниваются с цветами, распускающимися в начале второго месяца года, то есть в пору наступления весны. Веерами, обшитыми зеленым шелком, при исполнении романсов певицы прикрывали лица и словно сливались с зеленью сада.

вернуться

177

Яотай — название небесного дворца, обиталища святых небожителей.

вернуться

178

…до самых пятых облаков. — Так образно обозначалась граница небесного мира святых.

вернуться

179

…ждет свой час бамбук навстречу фениксу явиться… — Феникс в зарослях бамбука символизировал благоприятные предзнаменования.

вернуться

180

…нельзя к святому месту допускать… — Место, посещаемое особой из императорского дворца, считалось священным и недоступным для зевак-простолюдинов.

вернуться

181

Из Цзиньгу вино отменно… — Цзиньгу — местность в уезде Лоян провинции Хэнань, где берет исток река Цзиньшуй, вода из которой, согласно преданиям, придавала вину особый аромат. Здесь император Цзиньской династии (265—420 гг. н.э.) Ши-цзун создал обширный сад, славящийся дворцами, беседками, бассейнами и другими красотами.

вернуться

182

…писать сочинение в золотом дворце — образное выражение, означающее «держать экзамены на ученую степень».

вернуться

183

Чжао, Цянь, Сунь, Ли — распространенные в Китае фамилии; в переносном смысле сочетание этих иероглифов означает «самые простые вещи».

63
{"b":"5574","o":1}