ЛитМир - Электронная Библиотека

- Вот, он самый! - обрадовался автор. - Как увидел заглавие, так аж весь задрожал. "Немедленно, говорит, отдайте это в "Новый мир"!"

- Что же вы не отдали? - огорченно спросил редактор.

- Да нет, я решил в вашем журнале напечатать. Не все же "Новому миру". Надо и вам интересные вещи. И у Леонова такое же мнение...

- Ах, у Леонова тоже!

- Да. И у Шолохова. Все в один голос советовали отдать вам.

- Ну что же, - сказал редактор, вытирая пот со лба. - Это очень приятно... Только, знаете, я эту повесть не возьму!

- Почему? - удивился автор.

- Ну ее к богу... Вдруг она мне не понравится?! И это после таких авторитетных мнений. Я же с ума сойду... С работы уволюсь...

- Да что вы! - сказал автор. - Прочтите...

- Нет-нет, и не упрашивайте. Шолохову понравилось, а мне вдруг нет... Это значит, я не гожусь в редакторы. Уж лучше не искушать себя.

- Да успокойтесь, - сказал автор. - Меня ваше мнение тоже интересует. А насчет Шолохова я пошутил. Он повести не читал.

- Ну, все равно. Леонов, Твардовский, Федин...

- Да и они, по правде говоря, не читали...

- А Симонов?!

- И он тоже не в курсе, - вздохнул автор. - Я просто знаю цену повести и мысленно представил себе их оценку.

- Ах так! - воскликнул редактор. - Ну, тогда тем более заберите. Плохая повесть.

- Как вы можете так говорить? - возмутился автор.

- Это не я говорю, - сказал редактор. - Это Толстой говорит... Лев Николаевич... "Анна Каренина", "Война и мир"... Фильм смотрели?.. Вот он самый.

- Да как он мог прочитать повесть? - удивился автор.

- А он и не читал! - сказал редактор. - Просто я уже понял цену повести и мысленно представил себе его оценку. "Плохая повесть! - сказал Толстой. Верните ее автору!" Так прямо и сказал... И весь аж загорелся... И Гоголь того же мнения... И Чехов!.. Чехова знаете?.. "Дядя Ваня", "Каштанка"... Вот он самый...

Рассказ о том, чего нет

Все-таки как важно читать газеты! Всегда что-нибудь новенькое узнаешь...

Я тут недавно в нашей городской газете прочитал следующие строки: "Обидно, что наша сатирическая литература по-прежнему жует старые темы. Во всех рассказах и фельетонах высмеивается пьянство, а между тем с пьянством в нашем городе уже давно покончено!!!"

Прочитал я и прямо за голову схватился.

"Боже мой! - думаю. - С пьянством-то, оказывается, уже давно покончено, а люди не знают и напиваются... Кошмар! Надо предупредить всех!.."

Было как раз пятое число - день получки. И, конечно, в связи с этим пьяных на улице, можно сказать, не было. Нигде не было! Особенно у гастронома... Человек двадцать не было. Вошел я в гастроном, с трудом протиснулся к прилавку и кричу продавцу:

- Кончайте торговать спиртными напитками! У нас с пьянством, оказывается, покончено!

Продавец даже побледнел.

- Что же вы, говорит, раньше молчали? Мы же все запасы продали!

- Вот! - возмутился я. - Безобразие какое! Все потому, что не используете в торговле антиалкогольные плакаты!

- Как - не используем? - удивился продавец. - Мы же в них водку заворачиваем...

Я не стал его слушать, выбежал на улицу и помчался в соседнюю мастерскую по ремонту бытовых приборов. Там у меня работал один знакомый. Был он человеком эрудированным, разносторонним и всегда живо интересовался всем, что касается алкоголя.

- Егор Иванович! - закричал я, увидев его. - Радость-то какая! В газете написали, что у нас с пьянством покончено...

- Ну и что? - спокойно отреагировал он. - Нас этот вопрос не касается...

- То есть как - не касается? - удивился я. - Разве это не бич производства?! Разве у вас в дни получки некоторые товарищи не появляются на работе в нетрезвом состоянии?!

- Нет! - сказал он. - Такого не бывало. В трезвом состоянии отдельные товарищи действительно появляются... Но тоже редко...

Не стал я с ним спорить. Побежал в штаб народной дружины. Думаю, надо товарищей обрадовать. Прибегаю в штаб. Смотрю, там тишина. Дружинники в домино играют.

- Товарищи! - кричу я, размахивая газетой. - Все в порядке, пьяных нет! Можете не беспокоиться и отдыхать!

- Не кричите, гражданин! - говорит дежурный. - Мы уже давно так и делаем...

"Значит, в курсе товарищи", - обрадовался я и вышел на улицу.

Смотрю, вывеска большая: "Городская организация общества "Знание".

Захожу туда. В методической комнате сидят лекторы, подбирают материал для докладов. Я им радостно показываю газету.

- Порядок, говорю, товарищи! Сворачивайтесь... Больше не надо проводить разъяснительную работу с теми, кто пьет...

- Поздно спохватились, - мрачно говорит в ответ один лектор. - С теми, кто пьет, мы уже работу давно провели... Мы теперь проводим работу с теми, кто после этого не закусывает...

- Все равно, - говорю я. - Это сообщение надо довести до сведения общественности...

- Это ни к чему, - заметил лектор. - Сорвете много полезных дел...

- Каких еще полезных дел?

- Ну как же... Вот у нас пионеры по району пустые бутылки собрали и на вырученные деньги купили паровоз...

Вышел я из этого здания взволнованный и счастливый.. Хотелось бежать домой и писать восторженные, патетические стихи...

Однако к этому времени на улице уже не было столько пьяных, что спокойно дойти до дома мне не представилось никакой возможности...

Поэтому я просто остановился посреди улицы, победно посмотрел по сторонам и радостно закричал:

- Товарищи! Ура! Пьянства больше нет!.. Алкоголизм - это медленная смерть!..

Прохожие с улыбкой посмотрели на меня и хором ответили:

- А мы и не торопимся!..

Тигр

Этот невероятный случай, эта удивительная история душевного взлета и падения младшего технолога Геннадия Лупенкова была рассказана его сослуживцем Сергеем Клягиным. Мне осталось только записать ее и расставить запятые.

"Началось все с того, что ко мне на работе подходит Лупенков и спрашивает:

- Не хотите ли вы, Сережа, с нами в цирк сходить?

Я спрашиваю:

- С кем это - с вами?

Лупенков мнется, но говорит:

- Со мной и с Зоей.

Зоя - это наша секретарша из управления, довольно красивая девица: ножки, ручки - все есть.

Я спрашиваю:

- А зачем я вам нужен, третий - лишний?

Лупенков говорит:

- Да чтобы избежать ненужных сплетен... И потом у меня с Зоей взаимоотношения только еще выстраиваются, и я с ней пока тет-на-тет несколько робею... А вы - человек тактичный: и разговор поддержать умеете и уйти, когда надо...

Я говорю:

- Ну пожалуйста! С удовольствием...

Короче, в воскресенье пришли в цирк, сели, смотрим.

Гимнастки по канатам ходят, собачки пирамиду делают, у клоуна отовсюду вода брызжет, - в общем, интересно...

В антракте пошли в буфет, пива выпили, покурили. Лупенков на Зою с обожанием смотрит, я интеллигентный разговор поддерживаю про то, про се, про искусство...

Зоя, между прочим, и говорит:

- Интересно бы за кулисы заглянуть. Посмотреть, как артисты готовятся к выступлению...

Я говорю:

- Это можно сделать. У меня сосед - циркач. Он здесь пожарником работает... Можем к нему в гости зайти.

Зоя расцвела, Лупенков меня за плечи обнимает, - в общем, направляемся к служебному входу.

Вахтер спрашивает нас:

- Вы куда?

Мы говорим.

- Вот туда.

Вахтер говорит:

- Ну проходите!

И вот мы попадаем, как говорится, в мир кулис. Действительно любопытно. Ходят полураздетые люди, бутерброды жуют, разговаривают между собой... На нас никто внимания не обращает, а мы гуляем, смотрим, соседа моего ищем.

И вот заходим в какой-то длинный пустой коридор. Мне этот коридор сразу странным показался: мрачный он какой-то был, холодноватый, лампочки тускло светят... Сделали мы по этому коридору шагов десять, как с другого конца послышалось какое-то шипение, а затем нам навстречу вышел тигр. Честно скажу, я такого тигра в жизни не видел: огромный, глаза с поволокой, пасть полуоткрыта, и в ней зубы, каждый - с перочинный нож. Наверное, какой-нибудь бенгальской национальности тигр был, потому что у нас таких даже по телевизору не показывают...

9
{"b":"55741","o":1}