ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Сестра, это невозможно, – ласково произнесла Инчунь. – Кто станет меня слушать? Даже сестрицам Баочай и Дайюй старая госпожа отказала. Я от своего стыда не знаю куда деваться, зачем же брать на себя еще чужой?

– Выкупить золотого феникса – это одно, а простить старую госпожу – совсем другое, – вмешалась Сюцзюй, обернувшись к женщине. – А если барышня не вступится за твою свекровь, вы что – не выкупите феникса? Сначала принесла бы вещь, а уж потом вела разговор.

Жена Юй Гуя вспыхнула и напустилась на Сюцзюй:

– Нечего зазнаваться! Где это видано, чтобы мамки и няньки не наживались за счет господ?! Все потихоньку воруют! Чтобы посылать матери Син Сюянь деньги, госпожа распорядилась удерживать один лян из нашего месячного жалованья. Да и на саму Син Сюянь тратят немало! Опять же страдаем мы! Что же получится, если все за наш счет начнут экономить? Кому-то не хватает, а расплачиваемся мы. За последнее время нам недодали по крайней мере тридцать лянов серебра! Наши кровные деньги!

– Какие еще тридцать лянов? – обрушилась на нее Сюцзюй. – Погоди, я с тобой рассчитаюсь! Наша барышня что-нибудь у тебя требовала?

Инчунь не выдержала:

– Хватит! Не можешь принести феникса, так хотя бы скандала не поднимай! Спросит госпожа, скажу, что потеряла. Тебя это не касается, иди своей дорогой! Чего расшумелась!

Она велела Сюцзюй налить чаю, но Сюцзюй никак не могла успокоиться и продолжала ворчать:

– Вам-то бояться нечего, а я что отвечу, если спросят? Они украли вашу золотую вещь и вас же еще обвинили! Будто вы жалованье у них отнимаете! Нужно все выяснить, а то дойдет до госпожи, она начнет допытываться, что да как, и новой неприятности не избежать! Чего доброго, вас обвинят в вымогательстве!

Сюцзюй заплакала. Сыци поднялась с постели и решила вместе с Сюцзюй пойти допросить старуху. Инчунь не смогла удержать их и, чтобы отогнать неприятные мысли, принялась читать «Откровения верховного божества».

В это время явились Баочай, Дайюй, Баоцинь и Таньчунь. Инчунь была расстроена из-за кормилицы, и сестры пришли ее утешить. Войдя во двор, они услышали громкие голоса – это все еще спорили между собой служанки. Таньчунь заглянула в комнату и сквозь затянутое тонким шелком окно увидела Инчунь, та сидела, прислонившись к спинке кровати, и читала.

– Барышни пожаловали! – доложила девочка-служанка.

Инчунь отложила книгу и поднялась. Увидев Таньчунь, жена Юй Гуя прикусила язык.

Таньчунь села на стул и обратилась к Инчунь:

– Мне показалось, здесь кто-то громко разговаривал?

– Ничего особенного, – ответила Инчунь. – Эти служанки готовы из мелочи раздуть целую историю.

– Разговор шел как будто о золотом фениксе, – продолжала допытываться Таньчунь. – Кто-то нас обвинил в том, что мы отнимаем у служанок деньги? Интересно, кто отнимает, уж не ты ли, сестра?

– Вот именно, барышня! – вскричали Сюцзюй и Сыци. – Когда это наша барышня вымогала у служанок деньги?

– Если не ты, значит, мы вымогали! – улыбнулась Таньчунь. – Ну-ка, позовите женщину, которая нас в этом обвиняет, – я хочу с ней поговорить!

– Ты-то чего беспокоишься?! – улыбнулась Инчунь. – Тебя никто не обвиняет!

– Ошибаешься, – возразила Таньчунь. – Что ты, что я – в данном случае все равно. И упреки эти относятся так же ко мне. Мы как хозяйки часто требуем все, что нам вздумается, забывая о деньгах. Но скажи, при чем тут золотой феникс?

Жена Юй Гуя перепугалась и стала оправдываться.

Таньчунь с улыбкой сказала:

– До чего же ты глупа! Раз твоя свекровь провинилась, вместо того чтобы скандалить, попросила бы у госпожи Фэнцзе денег, которые еще не успели раздать служанкам, и выкупила феникса. Тогда не пострадало бы ваше доброе имя! Но раз уж вы опозорились, пусть свекровь и отвечает за всех, зачем, как говорится, рубить две головы? Поговори со второй госпожой Фэнцзе! Стоит ли поднимать шум из-за пустяков?!

Жене Юй Гуя нечего было возразить, но идти к Фэнцзе с повинной у нее не хватало смелости.

– Узнав о случившемся, я не могла не вмешаться, – с улыбкой продолжала Таньчунь, выразительно поглядев на Шишу. Та сразу же вышла. Неожиданно появилась Пинъэр.

– Сестра Таньчунь наверняка волшебница и обладает даром вызывать духов! – всплеснув руками, воскликнула Баоцинь.

– Не волшебница, – с улыбкой возразила Дайюй, – а великий полководец, действующий по плану: «Обороняйся – враг не подступится; наступай стремительно – застанешь врага врасплох».

Баочай сделала девушкам знак глазами, и они тотчас переменили тему.

– Твоя госпожа поправилась? – спросила Таньчунь у Пинъэр. – Поистине от болезни она. поглупела, забросила дела, и из-за нее мы терпим обиды!

– Кто же смеет вас обижать? – удивилась Пинъэр. – Рассказывайте!

Тут к ней бросилась жена Юй Гуя:

– Садитесь, пожалуйста, барышня! Позвольте, я расскажу, что происходит!

– Ты как очутилась здесь и почему вмешиваешься в разговор? – строго спросила Пинъэр.

– У нас тут приличий не понимают, – с усмешкой заметила Сюцзюй, – кто хочет, тот и идет!

– Сами виноваты, – заметила Пинъэр. – Ваша барышня слишком добра. Гнать надо нахалок и жаловаться госпоже.

Жена Юй Гуя густо покраснела и вышла, не сказав ни слова.

Таньчунь между тем обратилась к Инчунь:

– Будь это кто-нибудь другой, я стерпела бы. Но ведь совсем недавно мать Юй Гуя, пользуясь своим положением кормилицы, без спросу взяла твою вещь и заложила, чтобы играть в кости, а потом заставляла тебя просить старую госпожу о снисхождении. Сейчас жена Юй Гуя затеяла с твоими служанками ссору, а ты с ней не можешь справиться. Она что, на небе живет и правил не знает? С подобным безобразием я не могу мириться! Или же кто-нибудь ее подбивает вести себя так? Сейчас они взялись за тебя, а потом примутся за меня и Сичунь!

– Зачем вы так говорите, барышня? – с улыбкой произнесла Пинъэр. – Наша госпожа Фэнцзе этого не допустит!

Таньчунь усмехнулась:

– Знаешь пословицу: «Своя рубашка ближе к телу. Потеряешь губы, от холода заболят зубы». Как же я могу не беспокоиться за сестру?

– Это дело можно быстро уладить, – обратилась Пинъэр к Инчунь. – Что вы на это скажете, барышня?

Инчунь, поглощенная чтением, оторвалась от книги и с улыбкой сказала:

– Не знаю, что делать! Пусть кормилица сама за себя отвечает. Я вмешиваться не буду. Вернет феникса – хорошо, не вернет – не надо. Спросят госпожи, куда он девался, постараюсь как-нибудь выкрутиться. А не удастся – так и будет. Может, я и в самом деле чересчур добрая, но быть другой не могу. А вы поступайте как считаете нужным.

Девушки засмеялись, а Дайюй сказала:

– Инчунь, как говорится, вздумала рассуждать о причинах и следствиях, когда на крыльце сидят тигры и волки! Интересно, что сделала бы в данном случае сестра, будь она мужчиной?

– Мужчиной? – с улыбкой произнесла Инчунь. – Да вы и представить себе не можете, какими нерешительными бывают мужчины! В «Откровениях верховного божества» есть прекрасная мысль. Там говорится, что спасти человека от беды – самое доброе тайное деяние. Зачем же я буду с кем-то враждовать?! Это только во вред себе!

Не успела она произнести эти слова, как в передней послышались шаги.

Если хотите узнать, кто пришел, прочтите следующую главу.

Глава семьдесят четвертая

Обвинение в распутстве и клевете влечет за собой обыск в саду Роскошных зрелищ;
желание избавиться от сплетен приводит к разрыву с дворцом Нинго

Итак, не успела Инчунь закончить свои рассуждения, а Пинъэр над ней посмеяться, как в передней послышались шаги и на пороге появился Баоюй.

Здесь придется напомнить о недавних событиях. Дело в том, что младшая сестра тетушки Лю, кухарки из сада Роскошных зрелищ, оказалась в числе зачинщиц азартных игр. Многие служанки недолюбливали Лю и, воспользовавшись моментом, пожаловались, будто она и ее сестра утаивали их деньги и делили между собой. Поэтому Фэнцзе решила заодно наказать и тетушку Лю. Та встревожилась, но, вспомнив, что служанки со двора Наслаждения пурпуром хорошо к ней относятся, потихоньку упросила Цинвэнь и Фангуань замолвить за нее словечко перед Баоюем. Тот в свою очередь подумал, что, поскольку среди провинившихся и кормилица Инчунь, надо действовать заодно с сестрой, так как неудобно просить снисхождения для одной только кухарки Лю. С этим, собственно, он и пришел сейчас к Инчунь.

120
{"b":"5575","o":1}