ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Вы совершенно правы, почтенная госпожа, – поддакнули женщины. – Наш Баоюй, хотя распущен и избалован, при гостях ничего лишнего себе не позволит и соблюдает приличия еще усерднее взрослых. Поэтому он всеобщий любимчик, и все удивляются, почему его бьют и наказывают. Но что он дома творит, даже представить трудно. Никого не признает, все ему нипочем, а уж какие речи ведет, так не всякий взрослый до таких додумается! Вот почему отец с матерью им недовольны. Хотя капризы свойственны чадам богачей, а ходить в школу дети вообще не любят. Дело это поправимое. Но как быть с его странным характером, неизвестно!

– Госпожа вернулась! – доложили служанки, прервав разговор.

На пороге появилась госпожа Ван. Она справилась о здоровье матушки Цзя, а затем женщин из дома Чжэнь. Завязался непринужденный разговор. Наконец матушка Цзя сказала госпоже Ван:

– Можешь идти отдыхать!

Госпожа Ван налила матушке Цзя чаю и удалилась. Женщины из дома Чжэнь попрощались с матушкой Цзя и отправились к госпоже Ван. Но о том, какой они вели разговор, мы рассказывать не станем.

Матушка Цзя сразу после ухода служанок из дома Чжэнь всем рассказала, что есть, оказывается, на свете еще один Баоюй, похожий как две капли воды на ее внука и внешностью, и характером. Никто между тем не придал ее словам особого значения, ибо все думали: «Много в Поднебесной богатых и знатных семей, а еще больше детей с одинаковыми именами. Просто бабушка обожает своего внука и без конца о нем говорит!»

Что же касается Баоюя, то он считал себя единственным, как всякий избалованный юноша из знатной семьи, и был убежден, что всю эту историю женщины из дома Чжэнь рассказали лишь для того, чтобы угодить матушке Цзя. Но когда он навестил Сянъюнь, та заметила:

– Можешь теперь безобразничать сколько угодно! Раньше ты был один, а как известно, «из одной шелковинки не сплести нити, из одного дерева не получится лес». Теперь у тебя нашелся двойник, и если тебя поколотят за твои безобразия, сможешь убежать в Нанкин, к своему двойнику.

– Значит, ты поверила этой выдумке? – спросил юноша. – Думаешь, есть еще один Баоюй?

– Почему бы и нет? – промолвила Сянъюнь. – Неужели ты не знаешь, что в период Борющихся царств жил Линь Сянжу[125], а при Ханьской династии – Сыма Сянжу[126]?

– Одно дело люди с одинаковыми именами, другoe – с одинаковой внешностью, – с улыбкой заметил Баоюй.

– И такое бывает! – проговорила Сянъюнь. – Вспомни, жители области Куан приняли Кун-цзы за Ян Хо![127]

– Это я знаю, – промолвил Баоюй, – но ведь имена у них были разные! Линь Сянжу и Сыма Сянжу совсем не походили друг на друга внешностью. А про того мальчика говорят, что он точная моя копия. Неужели ты в это веришь?

Сянъюнь не знала, что ответить, и сказала с улыбкой:

– Не желаю я слушать твою болтовню. Есть у тебя двойник или нет – совершенно меня не касается.

Она легла, отвернулась к стене и уснула.

В душу Баоюя закралось сомнение. «Нельзя не верить, раз говорят, что у меня есть двойник, – думал он, – но и верить нельзя, раз я его не видел!»

Баоюю стало почему-то грустно, он вернулся к себе, лег и задремал. И приснилось ему, будто он попал в сад, точь-в-точь похожий на сад Роскошных зрелищ.

«Неужели есть еще такой сад, как у нас?» – удивился Баоюй.

В этот момент к нему подошли служанки. Баоюй еще больше удивился.

– Оказывается, есть не только Юаньян, Сижэнь и Пинъэр, но еще и вы?

Служанки улыбнулись и ничего не сказали. Потом вдруг воскликнули:

– Как попал сюда Баоюй?

Баоюй решил, что вопрос обращен к нему, и ответил:

– Я случайно сюда попал, даже не знаю, кому принадлежит этот сад… Возьмите меня с собой погулять, сестрицы!

– Да это же не наш Баоюй! – замахали руками девушки. – Но манеры у него хорошие, и говорит он умно!

– Сестрицы, значит, у вас есть еще Баоюй? – спросил юноша.

– Конечно! – отвечали служанки. – Так назвали нашего младшего господина по желанию старой госпожи, чтобы продлить ему жизнь. А ты, интересно, откуда взялся и почему носишь такое же имя? Берегись, самозванец, как бы тебе не попало за это!

В тот же момент одна из служанок воскликнула:

– Идемте скорее отсюда, а то Баоюй нас увидит!

– Да что с ним разговаривать, с этим вонючим, – вскричала другая служанка. – Мы так провоняли, что и благовония не помогут!

Служанки исчезли.

«Меня еще никто так не оскорблял, – рассердился Баоюй. – В чем же дело? Пожалуй, у меня и в самом деле есть двойник!»

Опечаленный Баоюй пошел прочь и вдруг очутился в каком-то дворе, точь-в-точь похожем на двор Наслаждения пурпуром.

«Неужели есть еще такой двор, как у нас?» – подумал он.

Баоюй поднялся на крыльцо, вошел в дом и вдруг увидел спящего на лежанке юношу, а рядом – служанок. Вдруг спящий вздохнул, и одна из служанок спросила:

– Баоюй, почему ты вздыхаешь? Тебе грустно, что твоя сестра опять заболела?

Баоюй и удивился, и испугался. Вдруг он услышал, как юноша произнес:

– Бабушка уверяет, будто в столице тоже живет Баоюй с таким же нравом, как у меня. Я не поверил, но только что мне приснилось, будто я очутился в столице, в большом саду, где служанки почему-то обозвали меня вонючим.

Тут Цзя Баоюй не выдержал и вскричал:

– Я искал Чжэнь Баоюя! Оказывается, это ты и есть?

Юноша быстро вскочил с лежанки, схватил Баоюя за руку и воскликнул:

– Значит, ты и есть тот самый Баоюй? Не во сне ли я тебя вижу?

– Как же во сне? – возразил Цзя Баоюй. – Все наяву!

В этот момент на пороге появился слуга и громко произнес:

– Баоюя зовет к себе отец!

Юноши всполошились. Один бросился к двери, другой крикнул:

– Баоюй, вернись!

Тут Сижэнь растолкала Баоюя и с улыбкой спросила:

– О каком Баоюе ты говоришь?

Баоюй, еще не совсем проснувшись, указал пальцем на дверь:

– Он только что вышел.

– Тебе показалось! – улыбнулась Сижэнь. – Протри глаза, и увидишь собственное отражение в зеркале!

И в самом деле. Баоюй поглядел и рассмеялся, увидев себя в зеркале, вделанном в стену напротив его постели.

Служанка подала ему полоскательницу и чашку с раствором соли, а Шэюэ, видя, что Баоюй не в себе, сказала:

– Недаром старая госпожа велела убирать зеркала из комнат молодых, а то душа покидает тело и, если долго смотреть в зеркало, снятся странные, тревожные сны. А мы, как назло, поставили кровать прямо напротив зеркала! Хорошо еще, что время от времени опускаем на него покрывало. А настанет лето, нас разморит жарой, и мы нет-нет да и забудем занавесить зеркало. Вот и сейчас забыли! Перед сном он баловался, смотрелся в зеркало, ему и приснилась всякая ерунда. Иначе разве стал бы он сам себя звать детским именем? Завтра же надо переставить кровать.

Не успела Шэюэ произнести эти слова, как явилась служанка и сказала, что госпожа Ван зовет сына.

Если хотите знать, что случилось дальше, прочтите следующую главу.

Глава пятьдесят седьмая

Хитрая служанка льстивыми речами испытывает Баоюя;
добрая тетушка ласковыми словами утешает Чернобровку

Итак, Баоюй поспешил к госпоже Ван. Она сказала, что собирается навестить госпожу Чжэнь, и решила взять его с собой. Обрадованный Баоюй прибежал домой, переоделся и вместе с матерью отправился в гости.

Дом семьи Чжэнь очень походил на дворцы Жунго и Нинго, только там было еще роскошней.

Тщательно обо всем расспросив госпожу Чжэнь, госпожа Ван узнала, что в семье Чжэнь тоже есть юноша по имени Баоюй. Госпожа Чжэнь пригласила гостей обедать, и возвратились они домой лишь к концу дня.

вернуться

125

…угодила бы носом в золу – образное выражение со значением оконфузиться, опростоволоситься.

вернуться

126

Линь Сянжу – сановник правителя княжества Чжао – Хуэй-вана. Однажды Хуэй-ван приобрел драгоценную яшму, и правитель княжества Цинь предложил ему в обмен на нее пятнадцать городов. Линь Сянжу вызвался отвезти яшму циньскому правителю. Но, получив яшму, циньский правитель отказался выполнить свое обещание. Тогда Линь Сянжу выманил у него яшму и в целости возвратил своему правителю.

вернуться

127

Сыма Сянжу (179—118 гг. до н.э.) – поэт эпохи Хань. Как свидетельствует историк Сыма Цянь, Сыма Сянжу преклонялся перед смелостью Линь Сянжу и переменил свое имя с Цюаньцзы на Сянжу.

60
{"b":"5575","o":1}