ЛитМир - Электронная Библиотека

Он не снимал руки с рычага гипердрайва. Навигационный компьютер еще не выдал координат, но системы слежения и наведения были готовы. Если Сухлак допустит вторую ошибку (например, прыгнет в гиперпространство), то по выходу из прыжка его будет ждать неприятный сюрприз. Добыча от Бобы Фетта уходила, случалось, но с легкостью - никогда. Должно быть, знает, кто его преследует. В изогнутом транспаристиле иллюминатора отразилось движение: мандалорский шлем едва заметно качнулся, когда его хозяин кивнул. Удовлетворение и предвкушение, погоня и поимка - что может быть лучше?

Зет-95 исчез из виду. Рука змеей метнулась к рычагам, остановилась в сантиметре от них. Индикатор системы наблюдения не изменил цвет, остался зеленым, и значит, саботажник по-прежнему здесь. Охотник наклонился к иллюминатору; его мнение о Н'дру Сухлаке только что поднялось на одно деление. Ловкий маневр, Фетт раньше с таким не сталкивался. Уйди он сейчас в гиперпространство, купившись на обман, к тому времени как «Раб-1» вернется в этот навигационный сектор, след давно остынет. Саботажник легко уйдет в непреодолимый отрыв. Не такой уж непреодолимый, поправил сам себя Боба. Такой возможности он не признавал, потому что такого еще не случалось. Как бы то ни было, на погоню уйдет слишком много полезного времени и сил, что серьезно урежет выручку, - есть над чем задуматься.

Собственные глаза подвели, тогда Фетт изучил показания приборов; ни температурные датчики, ни датчики радиации не регистрировали внезапного скачка, хотя измени Сухлак курс и сумей замаскировать голубоватое свечение дюз, «зубец» обязательно вылез бы.

Загадка внезапного исчезновения Н'дру Сухлака (вместе с добычей, между прочим) интриговала - но на холодном рациональном уровне. Боба Фетт не горел желанием выяснить, сумеет ли он вовремя отыскать ответ, чтобы перехватить удирающего саботажника. Пока не горел. Если он здесь - а куда ему еще деться? - значит, его можно найти. А начать следует с остановки маршевых двигателей. Вибрация корпуса сошла на нет, «Раб-1» потерял скорость.

Это его и спасло.

Крупная звезда в верхнем углу иллюминатора вдруг погасла, а затем появилась на прежнем месте. Боба Фетт не стал утруждать себя долгими размышлениями о необычном поведении космического объекта в вакууме, он действовал на чистой реакции. Ладонь ударила по рычагам, перебрасывая двигатели на реверс.

Секундой позже «Раб-1» врезался в невидимую преграду.

Такого полета он, пожалуй, еще ни разу в жизни не совершал; инерция выбросила Бобу из ложемента и швырнула через подкову пульта. Для начала спина приложилась о транспаристил иллюминатора, да так, что в основании черепа словно вспыхнула Сверхновая. Боль ослепила и обездвижила, поэтому какое-то время охотник спокойно лежал и размышлял, что, будь у него за плечами ракетный ранец, валялся бы он сейчас здесь парализованный, со сломанным позвоночником и ждал, что будет дальше.

Боль то приливала, то откатывалась, но уходила пока еще ненадолго, кровавая дымка перед глазами все еще была плотной. Сквозь шум в голове почти на границе сознания фетт слышал пронзительные вопли аварийных сирен. Благодаря вертикальному, хвостом вниз, летному положению, когда маршевые двигатели располагаются на стороне, противоположной куполу рубки, «Раб-1» в препятствие вломился именно иллюминатором. В невидимое препятствие - или вернее - слишком поздно замеченное.

Ладно, хоть реверс активировал вовремя, и на том спасибо. Иди «Раб-1» чуть быстрее, полусфера рубки раскололась бы, точно яйцо. А дышать вакуумом Боба пока что не научился. И главное, учиться не собирался.

Установка искусственной гравитации еще действовала. Фетт на четвереньках добрался до пилотского кресла, которое покинул столь неожиданным для себя образом. Сирены все еще голосили, а значит, «Раб-1» все так же терял воздух. Первым делом охотник поспешно осмотрел иллюминатор; ни царапины, ни трещины, но удар был серьезный и мог повредить изолирующую прокладку между транспаристилом и переборкой.

– Аварийная сварка…

Он уже не помнил, сам ли запрограммировал бортовой компьютер на команды голосом, или это случилось раньше; ему порой казалось, что так было всегда. Но и не отрицал, что может сложиться ситуация, когда он не сумеет дотянуться до пульта.

Боба ввел структурные координаты пробоины; внешняя поверхность «Раба-1» была с точностью до миллиметра впечатана в память, Фетт как будто читал по «синькам» и чертежам корабля.

– Инициировать температурный режим… пошел.

Мандалорский шлем был надежной защитой, но сквозь узкий затемненный визор жар все равно ощущался. Сработали специальные цепи, проложенные в переборках. Мгновением позже дюрастил вокруг иллюминатора покраснел, налился ослепительной белизной и размяк, запечатав пробоину. Сирены тут же заткнулись.

На ремонт ушло несколько секунд. «Раб-1» был подобен живому организму со способностью к регенерации, но любое повреждение Боба воспринимал как собственные увечья и раны. Ближе по родственным связям было только личное оружие - продолжение и воплощение его души, исполнитель его воли.

Охотника раздражала потеря даже нескольких секунд, зато ловушка отрезвила Фетта и укрепила решимость. Механизм капкана больше не представлял интереса, и так все ясно: прямо перед «Рабом-1» в пространстве плавал на гравитационных модулях оптически прозрачный лист транспаристила с измененной массой, достаточно крупный, потому что зазубренные края далеко выходили за пределы иллюминатора. Должно быть, Сухлак заранее подготовил западню, отыскав подходящий обломок среди мусорной свалки на орбите Ультен-дена. Похоже, что некоторые грузовозы, прежде чем упокоиться здесь, шли с фрахтом на верфи Куата. Трудно вообразить, что ктото еще в Галактике использует измененные материалы. Неизвестно, как собирался воспользоваться ими Куат, но Сухлак придумал модифицированному транспаристилу занятное применение.

На память пришли слухи о проекте, когда из подобного материала предполагалось создавать обшивку тяжелых крейсеров и «разрушителей» имперского флота. Должен был получиться камуфляж, а вышла пустая трата денег и сил. Хотя здравое звено в проекте все-таки присутствовало. Если запрограммировать бортовые машины на передачу определенного визуального сигнала, то сторонний наблюдатель увидит совсем другой корабль… или след набирающего скорость Зет-95. Пропущенное через транспаристиловый фильтр изображение - далекие звезды, ничего больше. И теперь ясно, почему Н'дру Сухлак таинственно исчез из вида, хотя приборы все так же регистрируют тепловой и радиационный след его корабля. Превосходная ловушка. Боба Фетт усмехнулся. Почти.

Саботажник наверняка успел далеко убежать…

Или нет? Профессия охотника за головами требует не только умения обращаться с оружием. Не меньше 'важна психология. Ни разу не встречаясь с Сухлаком лицом к лицу, Боба Фетт представлял, как устроена и работает голова саботажника. Он самоуверен, сказал, обращаясь к приборной панели, охотник. А мозгов, чтобы сыграть по-крупному и сбежать, как только вышел случай, нет.

Фетт стабилизировал мотающийся корабль и выдвинул посадочные захваты; заостренные металлические зубья вцепились в транспаристиловый лист. Звезды замерцали, смазались и вновь зажглись ровным немигающим светом. Боба Фетт осмотрелся.

Вот он где… Зет-95 висел прямо по курсу с заглушенными двигателями. Саботажник развернулся и теперь стоял под углом к прежнему вектору, поэтому наверняка видел драматическое столкновение и преследователя, погибающего в крушении. Маленькая поправка: ловушка сработала не совсем идеально.

Н'дру Сухлак сам отрезал себе путь к отступлению. На таком расстоянии он не успеет сменить курс, разогреть двигатели и набрать нужную скорость до того, как с ним поравняется «Раб-1».

Перекроенный Зет-95 казался центром мишени при высоком разрешении систем наведения.

Боба Фетт положил ладонь на рычаг контроля маршевых двигателей.

***
21
{"b":"55753","o":1}