ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Дважды в сутки происходила смена охраны. Точно так же: транспортный кораблик садился на выровненную и выжженную дюзами площадку, солдаты ждали кого-нибудь из сменяемой охраны и, уже после этого, топали в купол.

Всего мимо покатой стены купола за тридцать два дня с момента ареста Вепова прошло более трех сотен человек. И любой из них мог заложить термитную мину.

В случае, если во временное жилище попадал небольшой шальной метеорит и ему удавалось пробить оба слоя армированной ткани, герметичность могла быть нарушена лишь на считанные секунды. Материал сам затягивал пробоину. Чтобы гарантированно уничтожить кислородолюбивых существ внутри, требовалось сделать дыру, по крайней мере, в метр диаметром. Термитная мина за один миг выжгла гораздо больше...

Злоумышленники выбрали не совсем подходящее время для покушения. Во-первых, Вепов не спал, а значит, ему не требовалось дополнительное время. Во-вторых, он ожидал нечто подобное. Правда, по его расчетам, сначала коварный враг должен был попробовать его отравить или примитивно пристрелить. На счет яда уверенности не было. Организм разведчика обладал иммунитетам к большинству из известных человечеству ядов, и попытку убийства он мог просто не заметить.

Практически любой человек достаточно безвредно может просуществовать в открытом космосе без скафандра около сорока секунд. Потом кровяное давление и закипающая от температуры тела кровь взорвет несчастного изнутри. В куполе объемом под триста кубических метров вполне достаточно воздуха, чтобы в случае пробоя продержаться минуту. Или еще больше, если сразу прикрыть дыру заранее заготовленным одеялом. Дыхательная смесь, конечно, продолжала утекать через пробоину, но не так интенсивно, как на то рассчитывали. У Вепова появился шанс дотянуть до шлюза в другой отсек, где располагалась охрана. В конце концов, десантники должны были не только оберегать свои страны от заключенного, но и заключенного от преждевременной расправы.

На счастье Ворта, конвоиры не были в сговоре с убийцами.

8

Есть такие люди - эскортные пилоты. Висящие в коконах с нулевой гравитацией, со вживленными в мозг разъемами прямой связи с главным корабельным компьютером, астронавигаторы высочайшего уровня, они должны обеспечить одновременный выход в физический мир личного дредноута Императора и шести эсминцев сопровождения. Ибо явление Властителя подданным должно быть незабываемым зрелищем.

И вот они появились. Четырехмерное пространство в окрестностях Мусорного Пятна вздрогнуло, соприкоснувшись с пространством N-мерным. Черные, зловеще разрисованные ярко-оранжевыми полосами, похожие на гигантских жалящих насекомых эсминцы, выстроившиеся звездой. И огромный пурпурный с золотом императорский дредноут в середине.

Гравикомпенсаторы скрежетали. Чудовищные перегрузки навалились на беззащитные переборки межзвездных кораблей. Пролетев какие-то сотни километров от точки выхода в режиме экстренного торможения, императорский эскорт остановился точно в центре гигантского шара образованного боевыми кораблями барбариан.

Космос взорвался мириадами радиосообщений. Десятки челноков с капитанами кораблей флота и высшими командирами на борту понеслись к гостеприимно распахнутым шлюзам пурпурного звездолета императора.

Огромный церемониальный зал, расположенный в том секторе дредноута, где в других материнских кораблях находится причальный док курьерских фрегатов, постепенно наполнялся облаченными в парадные мундиры командирами. Громыхнул литаврами гимн "Мы пойдем вперед с именем императора на устах...", через боковые диафрагмы идеально ровными строями, печатая шаг, вошли одинаковые, как сорок капель, гвардейцы.

"Мы пойдем вперед с именем императора на устах,

И по единому слову Его, умрем под знаменами Империи!"

"Мать твою, какой бред! - подумал Бессонов. - Как же я раньше-то не слышал, что в нашем гимне слова - такая чушь! Не-е-ет, прав лорд Ворт, это теперь не для меня!"

Открылись широкие створки ворот на самом верху лестницы. Гимн смолк. Сотни фуражек слетело с голов господ офицеров. И вот! В зал величественно явился повелитель трех обитаемых планет, Император Барбарина.

Несколько секунд стояла такая торжественная тишина, что было слышно, как позвякивают ордена на тщедушной груди самодержца. Подданные ждали, пока тот заговорит...

"Если сейчас кто-нибудь пернет, - хмыкнул про себя, стоящий в первой шеренге флот-маршал, - ему прямая дорога на виселицу!"

- Сколько человек охраняют лорда Ворта, - наконец соизволил открыть рот император, останавливаясь точно напротив Бессонова. - Он пробовал бежать?

- Нет, сир. Бежать он не пробовал. Его надежно сторожат.

- Бессонов? - властелину пришлось задирать голову, чтобы смотреть в лицо командующему.

- Да, сир.

Еще недавно капитан первого ранга Бессонов обделался бы от верноподданнического восторга, обратись к нему император. Теперь, флот-маршалу было плевать. Теперь, тщательно изучив собранные о Ворте данные, Бессонов знал, что переживет Барбарианскую империю.

- Значит, победить ты не смог?

- Мы сражались на равных, сир. И не проиграли.

- Ты умен, - неожиданно искренне, улыбнулся повелитель, и требовательно протянул руку куда-то назад. В затянутую кожаной перчаткой ладонь немедленно вложили черную коробочку.

- Держи, - император торопливо сунул награду Бессонову. - У нас с тобой впереди еще много побед.

Чьи-то ловкие пальцы практически вырвали футляр у маршала, и украшенный кровавыми рубинами орден уверенно повис на мундире командующего.

- Служу Империи! - хрипло гаркнул Бессонов.

- Ага, ага, - саркастично кивнул властелин. - Сан-Мамурра прибыл?

- Девятнадцать часов назад, сир... Могу я просить об аудиенции, сир?

- Найду для тебя пару минут.

Бессонов был бы разочарован, если бы на этом торжественная часть и закончилась. Но вместо того, чтоб, как флотоводец предполагал, уйти, император поднялся на несколько ступеней и повернулся к подданным. Командующему пришлось сделать то же. И, к немалому своему удивлению, оттуда, сверху он обнаружил, что какие-то люди или эксы из свиты повелителя шустро раздают награды остальным командирам его флота.

- У вашего императора нет имени, - и не подумав напрягать гортань, чуть слышно выговорил император. Отлично настроенная техника аудиоусиления доносила его голос до каждого присутствующего в огромном зале. Казалось, он говорит с каждым в отдельности и со всеми вместе. Слова проникали, просачивались, по лисьи прокрадывались в самую душу...

- У вашего императора нет имени, - неожиданно рявкнул властелин во всю силу легких так, что у половины офицеров заложило уши. - У вашего императора нет имени, ибо я и есть Империя! Но ваши имена Империя не забудет! Наш флот, наши люди совершили то, чего еще не было в истории Барбариан. Мы начали битву с кораблями врага, с целой вражеской армадой! Мы, мать их, сражались с чертовой уймой поганых звездолетов этих сволочей и не проиграли! Он!..

Император со всей силы хлопнул по погону Бессонова, и тот не посмел пошатнуться. Он почти любил властителя, почти простил ему, почти верил...

- Он! Человек! Начал бой с римлянами и бил, пока они не начали нас уважать! Он, вы, люди Барбарина заставили склонить головы чванливых италийцев!

"Триумфатором должен стать человек!" - вспомнил Бессонов. Ворт оказался прав. Снова. Об эксах, генетически модифицированных барбарианах, которые плечом к плечу сражались и умирали рядом с людьми, император даже не упомянул.

Словно морок, временное очарование прошло. Снова все встало на свои места.

Заиграл гимн. Офицеры вытянулись по стойке смирно и отдали честь.

- Пошли, - почти равнодушно сказал повелитель. - Очень трудно говорить для солдат. Нельзя что ли им немного похлопать в ладоши и покричать "Виват, Император!"?

Командующий, в шумной свите императора, прошел длинным, богато отделанным коридором, и, наконец, попал в изумившую его до глубины души небольшую комнату.

17
{"b":"55754","o":1}