ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

- Пусть читает! И Валиду кричат:

- Читай, чего медлишь?! Выпятил грудь, устремил вдаль глаза, полуприкрытые ресницами (они густые, и потому кажется, что глаза закрыты, и полумесяцем четко очерченные брови), и чуть хрипловатым голосом, не спеша и с паузами, продекламировал (а пока читал, прерываемый возгласами восторга, Мухаммеду казалось, что это очень знакомое ему, но не его): Ни ветерка, ни дуновенья. И, подожжённый, ввергнут в сокрушилище, такое чистое горение. Припав к земле, услышать вулканные воспоминания пустынь обезглавленных, чтоб лавою, её уж нет, избыться. И марево танцующих горбов верблюжьих. И - розовеющая - плавится, курчавясь, шерсть шкур овечьих. И мчатся, выбиваясь, искры, что спешкой воспламенены,

куда?

с какою вестью, чтоб успеть? Вдруг Валид остановился: забыл! Тут же кто-то продолжил за него: Но что, что даст тебе, узнаешь если огнь пылающий? И что... - Стой! - прервал его Валид. - Далее я сам! И что - его гонцы, влекомые неслышным зовом неба? Лишь пепел, чтоб посыпать ранку, и крови нет на ободке кровавом, где капли испеклись золою. И ночь черней, чем чёрный угль, - сгореть дотла, чтоб возродиться. От волнения Валид вспотел:

- Вот твоё призвание! - сказал. - Если каждый...

Мухаммед не дал договорить: - Огненный образ блещет надо мной! - Может, расскажешь, как тебе кланялись овцы? Камни, когда шёл, приподнимались, приветствуя тебя?! Не довольно ли твоих сказок? Мухаммедианцы возмутились, и Валид гордо покинул дом Аркама. Так нет! Упорен он пред Нашими знамениями!

43. О утро!

Мухаммед вскарабкался на скалу, что напротив Каабы, и, обратясь к мекканцам, что собрались на базарной площади, воскликнул:

- О утро! * - Народ замер. - Если б я вам сказал, что гигантский

______________

* Традицинное оповещение: каждый вправе, если есть что сообщить, обратиться на базарной площади к мекканцам.

огненный шар загорелся за моей спиной в пещере, поверили б вы мне? - Да! - Что большой караван верблюдов, который шёл в Мекку, вдруг исчез, испарился в мареве пустыни, поверили б?

- Да! - И что у подножия горы Харра показались полчища врагов? - Нам не случалось испытать, чтобы ты, Мухаммед, говорил неправду, прибегал ко лжи. - Если это истинно так, то я поведаю вам об угрозе более страшной, нежели набег врага! - Какая опасность грозит нам, Мухаммед?

- Наказание за грехи! Площадь будто подменили. И люди вдруг переродились, став другими, - куда девалась их согласная вера в его правоту? Шум: - Сказки!

- И я, как посланник...

Снова не дали договорить:

- Кого-кого? - Единого нашего Бога, а я - посланник Его! Крики:

- Ложь! - ...О вы, неверные! Вот-вот его сгонят со скалы. Скажи им, Мухаммед! - Вы, обвешивающие и обмеривающие, горе вам! Власть грешников! Но кого клянёт? Не родичей ли своих? Да разве клянёт?! Он лишь весть передающий!

- Но если ты впрямь пророк, яви чудо, чтобы поверили! - Мухаммед замешкался, и Валид, поняв, что тому нечего возразить, усилил свой вопрос: Отчего б, если впрямь посланник, не уговорить Бога единого, чтобы превратил Мекканскую гору, хотя бы холмик какой в золото? Приведи нам ангела, пусть свидетельствует, что ты пророк!

И Мухаммед произнес такое, что толпа замерла: Когда солнце будет свёрнуто, и когда звезды облетят, и когда горы будут сдвинуты с мест, и когда беременные верблюдицы десять месяцев будут без присмотра, и когда животные соберутся, и когда моря перельются, и когда души соединятся,

и когда зарытая живьём будет спрошена,

за какой грех она была убита,

Да, это вы!.. Вы зарыли живьём ваших дочерей! и когда свитки развернутся, и когда небо будет сдёрнуто, и когда ад будет разожжён, и когда рай будет приближен, узнает душа, что она приготовила!.. Ни звука. Все застыли, внимая Мухаммеду. Что он скажет ещё?! Но нет! Да восхитимся движущимися обратно, текущими да восхитимся, и скрывающимися, и ночью восхитимся, когда она темнеет, и зарёй, когда дышит: это - слово посланника Божьего! Да, ваш товарищ - не одержимый, он видел Его на ясном горизонте! Бровь у виска Валида изогнулась, разломав полумесяц: - Колдовство волшебника! Люди стали расходиться. Куда ж вы идете? Это - не речь сатаны, побиваемого камнями! Уходят! Разве их удержишь? О! Мы покажем им Наши знамения в них самих, пока не станет ясно, что это истина, и развеем сомнение о встрече с Богом!

...Не ты первый, не ты последний, кто счёл ложью ниспосланный Коран! Многие были погублены вихрем, ветром шумным и буйным. И ты, крови одной со мной, и ты, мой народ, - вы приняли Коран за бред, и сказали те, которые не веруют: "Но где он, твой Коран, покажи нам его! И чтоб разом было прочитано, что в нём!"

Читай, и не прочтёшь, не одолеешь, сил человеческих не хватит постичь до конца! Разделил Он Коран на части, каждую надобно читать с выдержкой. И поклоняются люди, заслышав, и смирение растёт в них. Даже тени повергаются ниц. Но не забудь: для каждого времени - своя Священная Книга, для всякого предела - своё Писание. Бог стирает что желает, и утверждает: у Него - Мать Книги, вознесена и мудра. Алиф, Лям, Ра - знамения ясного Корана. Мим, Джим - все буквы до одной! И я, посланник Бога, читаю очищенные свитки, в них Слово прямое, и не разделились те, которым было явлено Писание, иначе, как пришло к ним ясное знамение. Да прикоснутся к Корану, коль начертано, лишь очищенные, приложив прежде к губам, и убежище тайное пред чтением Корана проси у Бога.

Коран есть лечение и милость для верующих, наблюдением увещевает, размышлением, применением разума, изысканием знаний, есть свет и ведёт по пути мира и покоя, божественно охранён и мудростью неисчерпаем. И в Книге - все заповеди, что были прежде и ниспосланы ныне: свободная от сомнений, бесподобная и не сравнимая ни с какой другой, что сотворено на земле.

И да сумеешь читать Коран, истолковать его, ибо тот, кто бездумно читает Коран и не умеет его истолковать, подобен бедуину, который частит, бормоча стихи! О, искусство толкования Корана - самое достойное из искусств, ибо высокодостойны и материал толкования - Слово Бога, и цель толкования обрести надёжную опору в мудрости и добродетели!

И хранима Им, как детище Его, ясная и дивная Книга. Раскрылась пред посланником благословенной ночью, когда Слово звучит сильнее и объемлет Собой звездное небо.

А есть книги - что говорить о них? - сеющие семя зла, и прорастают они побегами гнева и ненависти. Мы послали вам слово тяжёлое, но читайте, что легко вам, из Корана. Да, Мы облегчили Книгу для понимания, но найдется ли хоть один припоминающий?!

...Мухаммед остался почти один. Внемлите увещеванию мирам! Рядом - лишь близкие. И та, которая первой уверовала, Хадиджа. Да! Ведь хочет всякий, чтобы дали ему свитки развёрнутые! Жаждет, мечтает быть пророком и чтобы только ему ниспослано было откровение. Знать наперёд перечень своих прегрешений - что будет с ним? Всякая душа - заложница того, что приобрела сама. Но какая душа - сомнение? - стоскуется по разложившемуся телу? Божественный замысел? Но в чём? Забвение, как пыль, начиная с тебя и кончая... Кем же кончая? Достать из бездонных глубин нужное время, подолгу вглядываясь в неохватную тьму, мерцающую вспышками, и боль глазам, съедаемым слезами. - Так ли важно, - голос из чьего-то прошлого? - когда забвение? Забвение и твоего прошлого!

44.

Приписано сбоку на полях рукописи: Дары за откровения, что можно было бы счесть за название свитка, если бы не знак вопроса*,

______________

* Но он отсутствует в рукописи!

придающий фразе оттенок сожаления, вот, дескать, какой награды невежд удостоен пророк Мухаммед, да возвысится имя его!

... Сородичи облюбовали окрестности холма Сафа, и летом, когда наступает прохлада, отправляются погулять туда - может, снова Мухаммед, грозился якобы, обратится к мекканцам с проповедью, явится их потешить? Кто-то ночью разбросал у ворот дома Мухаммеда пальмовые волокна, смешанные с колючками - чертополохом, и он, выходя, не заметил их, и больно укололся. Потом узнает, что это проделки жены его родного дяди Абу-Лахаба Умм-Джамиль, сама сгоряча призналась. Мухаммед лишь промолвил, дабы обратить на себя внимание мекканцев: Во имя Бога!.. как Абу-Лахаб оборвал его: - Уймись и покайся! Хвала Владыке миров, Царю в день Суда!.. Кто-то гневно крикнул: - Не разлучай братьев - Хубала и Аллаха! - Да не возвысит несогласный голос свой, полный злобы, - ответил Мухаммед, - ибо самый неблагодарный из голосов - голос дикого осла! Что тут началось!.. - Не награды жду, ибо она у того, кто меня создал, не платы прошу, и не отягчены вы долгами!.. - Здесь не ярмарка! - перебили. И отсрочу Я им! И поистине те, которые не веруют, готовы опрокинуть тебя взорами, когда слышат поминание, и говорят они о тебе: "Он ведь одержимый!" - Но есть ли у вас Книга, которую читаете? Сокровенное, что чтите? - Ни мы, ни ты сам - никто из нас не причислен к людям Писания! Мы не иудеи, и мы не христиане! - И мы причислены отныне, у нас - Коран! - В ряду книг иных?! Где доказательство? - Доказательство - Коран! Попробует пусть кто из вас... - Голос Мухаммеда утонут в гуле голосов, но он пытался перекричать сородичей:

32
{"b":"55765","o":1}