ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

А шах персидский заявил такое, что стыдно повторять - гореть ему в адском огне! - и тронный зал затрясся от хохота... А что до правителей других, то известно, что египетский послал Мухаммеду, напуганный его успехами, вместо письма двух рабынь, красивых месопотамок, но они, не покинув пределов Египта, были перепроданы. А персидский ставленник в Йемене, понимая, что Персия далека и не сможет спасти от вожделений близкого соседа абиссинцев, обитающих по ту сторону моря, принял ислам и покровительство Йатриба, и Мухаммед назначил его своим наместником не только в Йемене, но и в Неджране.

106. Небо шестое!

- то был голос Джебраила, и взору предстал сияющий свет, такой камень Мухаммед видел впервые; ясно различим покровительствующий Сатурн (в скобках: Кейван у персов и Зохаль у арабов), и кружится небо шестое вкруг него. Взору Мухаммеда открылось бескрайнее пространство, населенное похожими на людей гигантскими существами. Защищающие Бога ангелы? Каждый больше земли, имел семьдесят тысяч голов, каждая голова - семьдесят тысяч ртов, каждый рот семьдесят тысяч языков, и каждый язык изъяснялся на всех семидесяти тысячах наречий, известных миру, - языки воспевали Бога.

Вдруг неведомая сила перенесла Мухаммеда на дерево, цветущее справа от невидимого престола Бога, ветви широко раскиданы, объемля небосвод. И ангелы числом более, нежели песчинки пустынь или капли морских вод, веселились под сенью охватного лишь мыслью древа. Брали из-под корней древа начало пять рек - две протекали в рай, три - на землю: Нил, Евфрат и Тигр. Отсюда Мухаммед ступил в Дом поклонения, окружённый мириадами негасимых лампад. Джебраил предложил три кубка на выбор: с вином, чья терпкость ощущалась в багровом цвете, прозрачным мёдом, блистающим желтизной, а третий наполнен молоком, чья белизна светилась. Каждый кубок манил, чтоб именно он был испит. Не раздумывая, Мухаммед взял кубок с молоком и вмиг осушил его.

- Что минует твоя рука вино, я знал, - молвил Джебраил, - хотя не прочь был некогда в Мекке припасть к кубку с вином!

- Ты говорил, я повторял Его слова: Вино - из благ, дарованных Богом человеку! А далее: Из пальмовых плодов и виноградных лоз берите напиток жаркий и пьянящий!

- Но в том, - напомнил Джебраил, - воистину знамение для разумеющих! И добавил: - Но явлен был Им и запрет!

- Лишь пред молитвою не пить вино! - Тотчас повторил Мухаммед услышанное: О вы, которые уверовали! Не приближайтесь к молитве, когда вы пьяны, пока не будете понимать, что вы говорите!

Не слышит будто Джебраил: - ...Испей вино, весь народ твой сбился бы с дороги, не ведая, куда идти. И благо, что запрещено Им винопитие!

взгляд озарило видение: осада крепости! упорство арабского

племени иудеев! и сподвижники, долгим стоянием

утомлённые... пьяны! жаркий спор в игре майсир: кому какая

доля верблюжьей туши достанется! храп воинов, сражённых

вином! явлено: Спросят о вине и майсире, кубок протягивая.

"Грех в обоих великий!" - скажи. Но в опьянении молвят, что

некая есть польза! Скажи: "Больше греха, нежели пользы!"

... Когда Мухаммед после недолгой осады проник в крепость

Камус аль-Низар, то увидал раненую иудейку - уж не засада

ли, а приманкой на пути - красавица?

Поражённый её красотой (напомнила кого-то... но бой, не до

раздумий), Мухаммед бросил свой плащ, чтобы укрылась, велев

воину стеречь её. Из-за угла ринулись на Мухаммеда двое

защитников крепости, воин, оставив женщину, бросился

защищать пророка, с ходу вонзив кинжал в нападавшего, а

второго убил другой воин, оказавшийся рядом, и тут женщина,

ожив, с криком: О, мои братья!.. - кинулась к рухнувшим, но

воин стал на пути: сделай шаг, убьёт! "Пусти!" - крикнул

Мухаммед, и она склонилась над убитыми, зарыдала. Вспыхнула

строка: Иудейских разрез твоих глаз... - неужто та, что им

с Абу-Бакром на крепостной стене встретилась, девочка,

красавицей ставшая, Сафийа её имя? Тут же вспомнил, как в

небе Ибрагима, будто было вчера, нет, в сей миг, сказал ему

праотец: "Из иудеев она, и не забудь, о чём мы с тобою

говорили!" Мухаммед велел стражнику немедля доставить её к

нему. Нет, лишь очень похожа на ту! Узнал, что вся её семья

сражалась против него: два убитых брата, муж пленённый ждёт

своей участи.

(106) Далее у Зейда скороговорка:

Казнили братьев за убийство сподвижников Мухаммеда.

Сафии было предложено стать женой Мухаммеда, но

воспротивились отец и дядя. "Предать их казни!" - Омар

повелел. Мухаммед распорядился не трогать, пусть живут в

оазисе, где уцелел их дом.

- Но могу ли я, о пророк, - осмелилась спросить Сафийа,

чувствуя неодолимую тягу к ней Мухаммеда, - приняв ислам,

оставаться верной пророку Мусе?

Сговорились с Марией?! И та просила остаться верной Исе.

Мухаммед промолчал, Мария к своей просьбе больше не

возвращалась. Но как могли договориться? Мухаммед и на сей

раз промолчал: разве он сам не верен Мусе? Исе? Возвращался

к просьбам, не найдя решения: как можно, приняв ислам,

оставаться верным... - ведь о верности не иудейству или

христианству просили, а пророкам! Но разве верность Мусе не

верность иудейству, а Исе - не верность христианству? Но,

призывая в ислам, разве он имеет в виду верность себе?

Нет - Богу! Будто кто возразил: Но и тебе, Его посланцу! На

свадебном пиру Мухаммед, чувствуя, что по пятам враг

гонится, не стал есть предложенное мясо: бросил собаке

тут же околела.

...Спросил у Айши, что она думает о Сафийи? Не ожидая

такого вопроса, побагровела: "Иудейка и христианка!" - "Не

говори так! Они приняли ислам!"

(107) Пояснить, что непременное условие женитьбы на иноверке - принятие ею ислама. Но как это сообразуется с вышеприведённым?

Жёны трёх вер - нечто вроде заголовка: вслед за иудейкой

Сафией, христианкой Марией мусульманка Джувайрийа, дочь

ал-Хариса, вождя арабского племени хилал, во имя укрепления

союза с ним.

Однажды Сафийа пришла к Мухаммеду в слезах: её обидели,

назвав дочерью врага, тайной иудейкой.

Ответь каждому, кто обижает: "Мой отец Муса! "

Потом Айша сдружилась с нею, и сёстры, как все три молодые

жены, Айша, Хафса и Сафийа, себя именовали, заключили

негласный союз против остальных, старых жён Мухаммеда:

Севды, Умм-Сальмы, Умм-Шарик, дочери бедуина, и Зейнаб,

бывшей жены Зейда.

(108) Сочинитель пересказал запись Зейда о жёнах трёх вер, выученную Шюкраллой: он повторял услышанное, каждый раз опасаясь, что упустил важное, и задумывался над произносимым, соединяя порой несоединимое. "А теперь, будто Ибн Гасан обращается к самому себе, - поведай о Шюкралле [получается, Ибн Гасан знал историю Шюкраллы, хотя прежде выражал недоумение, не ведает-де о нём. А может, пытается создать иллюзию неучастия в сочинении и сгущает таинственность, окутывающую свитки?], прежде получив Божье благословение, сказав: Иншалла' - Да поможет мне Аллах!"*.

______________

* Здесь бы рассказать притчу о Ходже (Молле) Насреддине - якобы услышана Ибн Гасаном из уст самого любимца Востока: решил Ходжа на базар пойти, говорит жене: Посижу в чайхане, людей послушаю, вернусь к вечернему намазу. А жена ему: Бисмилла' скажи! Ходжа вскричал: Что ты мне Бисмилла' да Бисмилла'?! Аллаху делать нечего, как в пустяшном деле мне помогать: пойду и вернусь! Зазевавшись на безлюдной улице, он угодил в яму, ушиб ногу, идти не может. Лежать бы долго, если б не путник: увидел несчастного, вытащил из ямы, взвалил на осла и привёз до дому. Стучит Ходжа в калитку. Кто там? жена спрашивает. Это я, Бисмилла'! Ходжа, Бисмилла'! Насреддин, Бисмилла'! Пришёл, Бисмилла'! Открой мне дверь, Бисмилла'!

107. Как разнятся ваши помыслы!

Утром, пред полуденным намазом, женщина пришла к Мухаммеду,

76
{"b":"55765","o":1}