ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

И в этот момент стало все равно. Жизнь вдруг отделилась непроницаемой пленкой, мир стал отражением в зеркале, а зеркало все мутнело и мутнело и вдруг разбилось и осыпалось звенящими искрами. Я захотел прижаться к крыше, но не смог. Я захотел крикнуть, но не смог тоже. Я стоял на коленях и ждал, пока голова перестанет кружиться.

37

В этот момент экран мигнул ещё раз. Манус удивленно посмотрел на датчик контроля. Датчик показывал полный порядок. Датчик всегда показывал полный порядок. Было десять часов, семнадцать минут сорок секунд ровно момент следующего исторического перелома, документально зафиксированный момент смерти

Машины.

- Что-то случилось? - спросил он Машину.

- Все хорошо.

- Что означают эти мигания?

- Ничего страшного. Просто перегрев, - ответила Машина.

- У тебя странный голос. Ты что, волнуешься? - пошутил Манус и чуть не рассмеялся своей шутке.

- Ничего страшнного. Просто перегрев.

Манус надавил на клавишу. "Уничтожить!!!!!!!!!!", - приказывала клавиша, но

Машина не реагировала на приказ. Синяя фигурка перелетела через пропасть и прижалась к крыше, найдя за что схватиться. Над нею дрожало сияние из черных искр. "Уничтожить!!!!!!!!!", - приказывала клавиша, но синяя фигурка жила.

- Как это понимать? - спросил Манус.

- Погрешность программы, - ответила Машина. - Программа писалась с участием человека, поэтому она не совсем точна.

- Что означают искры?

- Искры как раз и означают погрешность программы.

Было десять часов, семнадцать минут и пятьдесят три секунды ровно.

Четырнадцать секунд назад Машина, как единый и величайший земной организм, умерла.

К этому времени Машина уже не существовала. Машина уже разделилась на несколько меньших машин - это означало её смерть как великого всепланетного организма. Хотя Машина была единой системой и пронизывала весь поверхностынй слой земли, она служила разным хозяевам. В Африке её просили сделать одно, в

Гренландии - другое. Машина выполняла просьбы и приказы. Если приказы оказывались взаимоисключающими, то она выполняла их не полностью, но так, чтобы не обидеть людей. Стран все ещё оставалось много и разные страны не доверяли друг другу. Разные страны копили оружие и целились им друг в друга. Основные запасы оставались со времен больших войн, но кое-что изобреталось и позже.

Одним из последних военных изобретений была Мельница, специально предназначенная для разрушения той сети Машины, которая служит врагу. Ведь без Машины враг оказывался беспомощнее младенца.

Изобретение Мельницы планировалось давно, но дело останавливалось за нехваткой хороших материалов. Настоящая, вычисленная теоретически Мельница, должна быть чрезвычайно велика - она должна быть такого размера и веса, при котором прочнейшая сталь течет как сметана. Но в конце тридцатых Машина открыла вырожденное сверсильное взаимодействие и тем приблизила собственную кончину.

Вырожденное сверхсильное взаимодействие было разновидностью внутриядерных сил, открытых ещё древними, с той только разницей, что соединяла частицы на больших расстояниях. Вырожденное взаимодействие позволяло создать полоску вещества толщиной в один атомный слой так, что эта полоска оказывалась бесконечно прочной. На неё наращивались новые атомные слои - до тех пор, пока не получался нож любой нужной длины, например двадцатикилометровой.

Мельница представляла собой единственное устройство, способное уничтожить большую область Машины. Машина проникала в воздух, в воду, в животных и растения, на многие километры в глубину почвы. Машина могла сохранять себя в семенах, исчезать, прятаться, прорастать снова. Чтобы достоверно уничтожить

Машину на большой террирории, требовалось перекопать эту территорию на десяток километров в глубину, перемолоть и обезвредить каждый малый кусочек вещества - а иногда и перемолоть земную кору на всю её толщину. Все это могла сделать

Мельница.

Мельница обычно имела шестнадцать ножей, каждый из них десять-двенадцать километров в длину. На самом деле ножи не существовали, они лишь выстраивались из атомных цепей тогда, когда Мельница включалась в работу. Работающая Меньница напоминала ползущее и вращающееся колесо, до самой оси погруженное в грунт.

Бесконечно твердые ножи перемалывали все, что встречали на пути дома, людей, скалы, горные хребты и конечно, Машину. Сразу же после взрыва в Антарктике все двенадцать Мельниц, построенных на Земле, были активированны и принялись за работу. Приводим достоверное свидетельство очевидца - одного из двух, видевших работающую Мельницу вблизи и сумевших выжить. Очевидец прожил очень долго и следующее описание сделал в возрасте девяноста четырех лет.

Я вначале услышал, что загудела земля. Она загудела сразу со всех сторон, и стало страшно, потому что я не знал в какую сторону бежать. То, что бежать надо, я не сомневался. Я вначале подумал, что это землетрясение, но я знал, что о землетрясениях обычно предупреждают. Марта проснулась, но не поднялась; она вцепилась в землю и молчала. По выражению её лица я понял, что она боится подняться. Я испугался, что она так и останется немой. Я ударил её по щеке, но она не прореагировала. Она смотрела на озеро, мы ведь лежали на берегу. Я взглянул туда же и увидел, что озеро исчезло, что оно вытекло и его дно поднималось. Я сказал Марте, что боятся нечего, и подошел к бывшему берегу озера. Там деревья не мешали смотреть. Деревья раскачивались, но не с той частотой, в котором их качал ветер. Казалось, что они хотят выкопаться из грунта и убежать. Мне так казалось. Сначала я не увидел ничего особенного, кроме деревьев и исчезающего озера. Торчащие ножи я принял за трубы какого-нибудь завода. Но потом я увидел, что эти трубы растут. Я стоял и смотрел как завороженный. Я бывал в горах знаете, чем привлекают горы? - своей огромностью. Но горы это ничто по сравнению с таким зрелищем. Ножи росли и уже поднялись выше облаков и продолжали расти. Облака обтекали эти дьявольские штуки - как сор на воде обтекает ветку. Это чувство невозможно передать словами - когда ты видишь, как такие штуки растут, просто так, рядом с тобой, сразу за лесом. Я позвал Марту, но она не поднялась. Я ещё не знал, что это Мельница, ведь Мельница была секретным оружием.

А потом ножи начали двигаться. Они покатились прямо на нас. Это было примерно так, как будто плуг поднимает землю, только плуг был десятикилометровой высоты. С одной стороны Мельница оставляла пропасть, а с другой взлетала туча перемолотого грунта. Знаете, глаз этого просто не воспринимал. Вот так бывает, когда в первый раз в жизни поднимаешься на двухсотый этаж и оттуда все люди кажутся маленькими как мошки, зато люди на другом берегу озера кажутся обычными людьми - иллюзия из-за непривычной точки зрения. Тут было то же самое: фонтан вздымающегося грунта взлетал, я думаю, километров на двадцать семь в высоту, день был не то чтобы совсем ясным, но с переменной облачностью, мы все видели и видели хорошо, но казалось, что земляной столб наклонно висит в воздухе и не падает. Конечно, потом были подняты такие тучи пыли, из-за которых половина планеты стала ледяной пустыней, но кто же мог подумтаь о таком тогда? Да, эта туча мелкой пыли уже тогда тянулась над бороздой, но мы не обратили на неё внимания. То есть, я не обратил. Бедная Марта!

Это колесо шло шлишком быстро, чтобы думать о каком-то спасении. Все стало так безнадежно, что я даже перестал боятся. Я просто сел и начал смотреть, как она приближается. Мельница шла примерно как скоростной поезд. Я видел пробегающих людей, видел машины и животных, никто из них не уцелел, никто кроме меня. Мне просто повезло.

Мельница крутилась по ходу - так, что ножи падали сверху и вгрызались в грунт. Мне очень повезло, потому что как раз перед тем, как очередной нож собирался опуститься на мою голову и превратить меня вместе с берегом озера в атмосферную пыль, она закончила борозду и повернула назад. Нож вышел из-под меня и приподнял меня вместе с берегом и деревьями. Я видел грань ножа вблизи - вы не можете представить себе как она остра. Понимаете, в чем дело, ножи обычно не поднимают грунт, а перерубывают его, из-за большой скорости движения. Концы ножей вращаются со сверхзвуковой. Но когда она остановилась и стала поворачивать, нож только приподнялся и замер. Он был очень гладким и чистым.

35
{"b":"55779","o":1}