ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Здесь же Анжела нашла волос - длинный и прочный, будто из лошадиного хвоста.

- Чем они тут занимаются? - спросила она вполголоса и потерла грудь. Грудь болела так, как будто кто-то на ней сидел.

Она порылась в сумочке и нашла ежедневник. Анжела вела ежедневник добросовестно, потому что любила выпить и нередко теряла нить событий. В ежедневник она вносила дела, намеченные к исполнению. Номера тех дел, которые она уже исполнила, Анжела обводила двойным сердечком. Женщина всегда остается женщиной.

Первым невыполненным делом было "обследование старого крыла на предмет тараканоподобных". Анжела проглотила витаминчик из баночки и пошла к старому крылу. Проходя через вестибюль, она увидела испуганного человека, колотящего кулаком в дверь.

- Не положено, - кротко сказала она человеку и развела руками, ничего не поделаешь.

Человек кричал о тигре. Видно, випил лишнего. Отходя от дверей,

Анжела увидела, как большой грязно-желтый лев уже тащит человека за ноги. Так я и знала, что не тигр, - подумала Анжела и ничуть не удивилиась. Из окна второго этажа она увидела, как толпа кричащих людей тащит по снегу двух женщин. Люди орали о том, что поймали ведьм. За толпой гордо шел странно одетый человек с большим топором. На человеке с топором была красная маска и красный капюшон, похожий на колпак Буратино. Люди выкрикивали ругательства, упоенно, с подвыванием, поднимая лица к небу. Анжела заметила, что у всех мужчин торчат клыки - такие большие, что некоторые рты вообще не закрываются. Лица женщин были странно искажены. Интересно, что со мной, - подумала Анжела, - а ведьм надо изничтожать, обязательно, - подумала и подошла к зеркалу.

Она хорошо помнила, что раньше на зеркало была приклеена картинка, изображавшая меланхоличную сестрицу Аленушку на мшистом камне. У сестрицы болел живот, судя по выражению её лица. Сейчас с картинки скалился мужчина с мечом.

Судя по выражению лица, мужчина имел прекрасный аппетит и всегда был доволен своим желудком. Подпись гласила: "Малатеста. Знаменитый итальянский герой, первым сумевший заполнить глубокий колодец отрубленными головами своих жертв.

Сей подвиг ещё никому не удалось повторить".

Анжела рассмотрела гордого воителя и отметила, что клыки у него нормального, человеческого размера. Потом обратилась к изучению собственного лица. Лицо несколько раздвинулось в ширину, особенно в нижней части. Зубы слегка торчали вперед. Анжела заглянула себе в рот и удовлетворенно отметила, что семь гнилых зубов справа совершенно выздоровели, а два выпавших слева теперь снова на своих местах. Она вынула из кармана монетку в пятьдесят миллионов и перекусила её пополам. Удовлетворенно хмыкнула. Подбросила две стальные половинки на ладони. Ладонь была гладкой, как лист бумаги. Еще вчера Анжела училась гадать по своей руке и по дешевому учебнику хиромантии. Она почувствовала, что во всех этих странных происшестивиях есть некоторая система, но её слабый ум не сумел эту систему постичь. Она постояла, подумала, склонив голову набок, вздохнула и открыла дверь, ведущую в старое крыло.

Тараканоподобные здесь прямо кишели. Анжела шла, пригнувшись, подсвечивая фонариком и собирала металлических жучков в пакетик. Говорят, что когда-то жучки занимались постоянной уборкой помещений, но после войны совсем выродились и кое-где даже стали нападать на людей. Здесь, к счастью, смирные. Никогда не поверю, чтобы такая гадость могла сама заботиться о чистоте...

Ей показалось, что она в коридоре не одна. Длинный коридор почему-то становился темнее с каждым шагом и уходил вниз. Анжела обернулась, но той двери, в которую она вошла, уже не было видно. Увлеклась я, увлеклась, подумала Анжела и поспешила за очередным жучком, - врешь, от меня не уйдешь! Ей послышался шум дыхания у самого своего уха. Она обернулась, но ничего не увидела. А ведь правда, - подумала она, - ведь здесь столько пустых комнат, тут столько народу может спрятаться! Но эта мысль её не остановила - Анжела продолжала двигаться за жучками. Погоня за жучками напоминала ей далекие дни деревенского детства, когда она, босая и в коротком платьице ходила за грибами, и тогда точно так же не могла остановиться и заходила так далеко, что не успевала вернуться к вечеру. Леса тогда были не чета нынешним...

Она подняла голову и увидела нечто большое и волосатое, стоящее на пути.

Фигура напоминала мужскую, но была слишком тяжелой для человека. Существо вытянало руку вперед и взяло Анжелу за плечо.

- Потише! - возмутилась Анжела, - плечо сломаешь.

Существо потянулось к Анжеле второй рукой и провело пальцами по волосам.

Слеп как крот, подумала Анжела. Недаром в темноте живет.

Пальцы вырвали клок волос на её голове, вторая рука отпустила её плечо.

Раздиратель стал разрывать волоски пополам. Анжела потерла место, из которого вырвали волосы и начала медленно отступать. Раздиратель протянул руку и снова схватил её. На этот раз за волосы.

- Пусти, я буду кричать! - возмутилась Анжела.

Раздиратель прислушался к звукам человеческого голоса.

- Пусти, я буду кричать! - произнес он точным голосом Анжелы и отодрал рукав её халата.

Анжела закричала и попробовала вырваться. Напрасно.

- Напрасно, - сказал Раздиратель её собственным голосом, взял её левую руку за пальцы и потянул пальцы в разные стороны.

70

В первые же минуты второго уровня Пупсик позвонил в госпиталь и отменил все свои прежние распоряжения. Однако два дебелых санитара Гришка Первый и Гришка

Второй отказались подчиниться и ответили Пупсику веселым матом.

- Неча нам указывать! - сказали они, - мы свою работу знаем.

Последние двое суток санитары Гришки выдавали детям предписанное лекарство в малых дозах, потому что обменяли двухдневный запас на спирт. Дети уже вышли из прострации и стали проявлять признаки жизни. Некоторые вовсе проснулись и даже проявляли повышенную агрессивность. Арнольд Августович не настаивал, потому что уже считал себя победителем.

- Иш, чо захотел! - возмутился Гришка Первый, - да я им недельную дозу за раз скормлю!

Он бросил карты, покопался в шкафчике и вытащил несколько упаковок. Он был очень зол.

- Пошли!

Однако исполнить свою угрозу Гришке не удалось - детей не оказалось в палате. Разозлившись ещё сильнее, он перевернул две кровати и ударил в грудь

Гришку Второго.

- Чего ты? - удивился Гришка Второй, могучий краснолицый пузан, с виду напоминающий флегматика. Однако, разъяряться Второй умел не хуже Первого.

Второй вышел, бросив упаковки на кровать. Через минуту принес брыкающегося

Серого.

- Кусается, гад!

- Дай ему по голове.

Гришка Первый хлопнул Серого по затылку и тот сразу обмяк.

- Не надо было так сильно. Как ты его теперь кормить будешь?

- А вот так! - он открыл Серому рот и высыпал туда одну бумажечку порошка.

- Подай воды, сейчас он у меня запьет.

- Смотри, чтоб не захлебнулся.

- Туда ему и дорога.

- Смотри, кто приехал, - сказал Гришка Второй, - начальнички на машине!

Из автомобиля выходили Пупсик и Велла.

Гришка Первый бросил Серого и подошел к окну.

- А девочка у него ничего себе!

- Почему у него?

- Да, почему не у меня? - осознал идею Гришка Первый. - Станешь у двери и сразу закроешь. Я уберу старика.

Еще вчера Гришки Первый и Второй были вполне смирными и исполнительными созданиями. Они платили вовремя профсоюзные взносы, регестрировались добровольными участниками общества охраны рыбных запасов, никогда зазря не били пациентов - разве что под горячую руку, позволяли женам связывать себя в те вечера, когда напивались вдрызг, и если после таких вечеров обмачивали постель, то слезно каялись, из всех искусств считали важнейшим кино и игру на магнитофонах, а все указания свыше слушали с видом всеобъемлющего смирения. А сегодня их бес по путал. Но сегодня бес путал всех и каждого.

61
{"b":"55779","o":1}