ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Отличную шутку я придумал!

- Смотрите в камеру! Сейчас будет шутка! - сказал он и пошел к пациенту.

Белый лежал на качалке.

- Мне вставать?

- Вставай и раздевайся!

- Сверху?

- Совсем.

Белый разделся и доктор Капс с серьезным видом осмотрел шрам. Придется зашивать по новой. Но потом.

- Да! - сказал он и вытащил бритву из-за спины. - А вот это ты видел?

- Бритва.

- Садись и брей свое хозяйство. Волосатых мы оперировать не можем волосы в рану попадут, будет нагноение. Понял?

- Понял.

- Сиди и брей.

Он ушел в операционную, уже начиная смеяться по пути. В операционной смех стоял столбом, можно было просто утонуть в смехе или обкушаться смеха до коликов. Достаточно было взглянуть на экран, где Белый пытался выбрить себе живот неисправной бритвой, как каждый понимал, что лопнуть от смеха есть вполне реальная перспектива и не такая уж легкая смерть. А Белый брил и брил, но вот вдруг включил электроножницы и волосы начали осыпаться.

- Вот сволочь! - возмутился доктор Капс, - нашел все-таки!

79

Я напрягся и порывисто встал. Этот звук. Звук чокающихся рюмок-колесиков, беглый блестящий звук убивающего металла - колесики прозвенели и затихли у двери. Двое мужчин вошли, сделали свое дело и ушли.

Белый лежал на спине, его глаза были открыты - он не спал после операции.

Непонятно, мне рассказывали, что все должны спать. Его губы неуверенно двигались, пытаясь что-то сказать, но глаза смотрели неподвижно, как у слепого.

- Не говори, тебе нельзя говорить. Больно было?

- Да.

Голос был чуть слышен. Я не раз представлял себе операционную, это будет темная комната с зеленым потолком цвета крашенного весеннего забора. Иногда я представлял её с красным или черным потолком. На потолке будет только одно малюсенькое окошечко - это чтобы тебе было страшнее. Хирург будет весь в черном, в черных перчатках и шапочке (у него будут блестеть золотые зубы - обязательно, и все большие, как у коровы), на лбу у него будет круглое зеркальце с дырочкой посредине, а из этой дырочки будет светить лампа прямо в глаза, чтобы ослепить тебя, чтобы ты ничего не видел. В одной руке у него будет нож (Такой, каким режут хлеб в столовой, только больше), а в другой - клещи, чтобы что-то выдергивать ими у тебя внутри. Нож будет ржавым от крови.

- А крови было много или не текла?

- Я не видел.

Белый начал рассказывать, как всегда медленно и ровно. Невидящие глаза и жалкое выражение лица не мешали ему ни думать, ни говорить.

- Вон там, за той дверью, там операционная, там ещё длинный коридор и ещё две двери. А операционных комнат у них несколько, они под номерами. Тебя, значит, привозят туда, но обязательно вперед головой, а не ногами, потому что так нельзя, плохая примета, умрешь, а потом заставляют раздеться. Меня они сначала везли неправильно, а потом вспомнили и правильно перевернули. Говорят, что если вперед ногами привезут, то обязательно умрешь. Я их спросил, что будет, если пол дороги проедешь вперед ногами. Они сказали, что, может, умрешь, а может, нет. Я попросился идти своими ногами, но мне не разрешили. А потом меня раздели.

- Совсем?

- Совсем. Только сапоги такие дали на ноги, зеленые - чтобы не простудиться, потому что там холодно. А потом оказалось, что зеленые сапоги уже кто-то надевал - мне выдали белые. И заставили бриться.

- Зачем?

- Чтобы волосы не попали в рану, иначе будет плохо заживать.

- Там холодно?

- Холодно. А потом, когда много крови вытечет, то уже совсем холодно. А стол у них, этот, где режут, он тонкий как доска, и высокий, с него запросто можно упасть. Они поэтому тебя привязывают, чтобы не упал.

"Привязывают" - какое страшное слово. Я представил белые толстые веревки с узлами. Да, если привяжут, то уже не убежишь.

- А потом?

- А потом, то есть, раньше, мне пришлось ждать. Они привезли Красного и

Коричневого. Их откопали где-то в подвале...

- Как их нашли? - спросил Черный.

- Была проверка сигнализации по всей больнице или что-то такое. Оказалось, что в бомбоубежище что-то не в порядке. Туда спустились и нашли их двоих. У

Коричневого был скальпель и он отрезал от Красного куски... Мне так рассказали, но похоже, что не все правда.

- Он его зарезал?

- Нет, он резал неглубоко. Красного зашили и сделали переливание крови.

Сказали, что через месяц он будет в порядке. А с Коричневым хуже.

- Что с ним? - спросил Черный.

- У него что-то с головой. Так сразу и сказали: "У него что-то с головой."

Чего бы это он воровал скальпель и нападал на Красного? Красный же его убьет. И

Красный, точно, хорошо дал ему - сделал сотрясение, сломал нос и ещё что-то с костями черепа. Очень хорошо побил.

- Но он умрет? - спросил Черный.

- Нет, не знаю. Вот с ним и было самое интересное. Он был почти без сознания и все время что-то говорил. Врачи его усыпили, чтобы поправить нос.

Там врачи какие-то странные. Они его усыпили и пошли на обед. Или на утренник

- они там все празднуют. Один сказал, что так нельзя, а другие сказали, что им все равно. Я сразу это заметил - это стало со всеми людьми после синей вспышки, они перестали...

- Дальше! - прервал Черный.

- Они его усыпили и пошли на обед. Пообедали и стали играть в карты, кому делать операцию. А я сидел и все видел. Коричневый встает, отстегивается и идет к шкафу. Его неаккуратно привязали. У него глаза были пустые, как будто нарисованные. Я думаю, что он во сне шел. Он идет к шкафу и берет скальпель.

Все это во сне, под наркозом. И говорит: "Что-то со мной плохо, надо поправить". И разрезает себе живот.

- А ты?

- Я сказал тем, которые играли в карты, но они меня прогнали. Вот,

Коричневый вытаскивает что-то там из себя и начинает по кусочкам отрезать и разбрасывать по сторонам. Кусочки были маленькие. Один кусочек даже прилип на стекло. Тогда я закричал погромче. Они вошли и увидели. Но Коричневый тоже их увидел и у него был в руках скальпель.

- А врачи?

- Врачи сказали, что он сейчас сам упадет, от потери крови, только

Коричневый не падал. Он говорил, что с ним теперь все в порядке, теперь надо убить главного. И он стал гоняться за врачами. Он спал, но глаза были открыты, поэтому он все видел. Хорошо, что он быстро бегать не мог.

- Тогда он точно умрет, - сказал Черный.

- Нет, его ударили сзади по голове и очень быстро зашили. Врачи сказали, что такого ещё не видели, но будет жить. Когда его зашивали, Коричневый все время говорил. Он что-то говорил про второй уровень. Врачи сказали, что этого зомби лучше было бы убить, но раз живой, то пусть уже живет.

- Зачем они залезли в подвал? - спросил Пестрый.

- Не знаю.

- Они очень хитрые, сумели закрыть себя снаружи.

- Не знаю.

- Они совсем хитрые, закрыли себя в таком месте, куда никто не заглядывает,

- продолжил Пестрый. - Это мне напоминает анекдот...

- Хватит, - оборвал Черный, - Что было дальше?

- Дальше они взялись за меня. Они меня укололи в руку и стали считать. Но они неправильно укололи, потому что не старались. Потом самый главный сказал, что он не будет оперировать, потому что не доиграли партию, потому что он не проиграл и не хочет делать чужую работу. И они опять ушли играть в карты.

- А дальше?

- Я лежал и смотрел сквозь щелку. Мне было видно в другую комнату. Там лежал Коричневый. Он начал дергаться, а потом опять открыл глаза. Там руки и ноги привязывают такими ремнями, что очень быстро можно отстегнуться. Ремни с дырочками. Коричневый отстегнулся и вошел в мою комнату. У него в руке опять что-то было, но не скальпель, а какая-то игла с крючком. У него были открыты глаза, но меня он не видел. Я старался лежать очень тихо. Коричневый походил, походил и упал. Они услышали стук, пришли и его увезли. Больше я его не видел.

67
{"b":"55779","o":1}