ЛитМир - Электронная Библиотека

– Ты чё?! Совсем?!

Числов вздохнул и скомандовал прапорщику:

– Подхватывай… пополнение. Дотащим до площадки, а там… Там видно будет.

Квазимодо кивнул и ткнул большим пальцем себе за спину:

– А с оружием что? Взрываем? Один черт, тихо уже не дошли.

Капитан махнул рукой:

– Пещеру и оружие взорвать. Давай, Квазик, по-быстрому…

К нему сунулся Виноградов, по-собачьи заглядывая в глаза:

– А можно я с вами пойду? А? Я в армии служил. В 59-м полку в Новосибирске… И к границе ходили…

Числов кивнул, и Виноградов обрадованно продолжил уже на ходу:

– Тут еще дядя Николай был… Но у него ноги распухли… И блевать начал… Его Муса позавчера убил… А правда, что Горбача тоже убили?..

– Какого Горбача?

– Ну, Горбачева. За то, что водка по талонам?

От Виноградова пахло псиной, плесенью и мочой. Числов сглотнул ком в горле:

– Идем…

Но Виноградов не унимался, возбуждаясь все больше:

– А вы что, с чеченцами воюете? Вы кто?

– Русские, – Числов усмехнулся. – Тебе достаточно?

Виноградов хотел спросить что-то еще, но его вопрос потонул в сильном взрыве, от которого вздрогнула земля…

…До площадки они дотащились, вымотавшись основательно, но без боестолкновений. Собственно говоря, площадка эта была обыкновенной пологой поляной, окаймленной скалами.

Передохнуть Числов никому не дал:

– Так, живо разошлись по периметру… Кузьмин – ставь дозоры. Гриша, поляну прошерстить метр за метром. Феофанов, ты куда пулемет ставишь? Левее давай, там сектор обстрела шире. Шевелись, братва, шевелись…

Сергей нутром чуял, что времени у них почти не осталось. И тут по короткой связи доложился Квазимодо, шедший с рабами в арьергарде:

– Енисей – первый… Сзади – духи… Вижу пятерых. Метрах в трехстах… За нами крадутся… Шугануть?

Числов закусил губу:

– Погоди, Валера, дай обустроиться… Подтягивайся быстрее и займи рубеж на подходе.

– Понял тебя…

– Гущин! Рацию давай!

Пока Дима включался, Числов разглядывал скалы. Они казались безжизненными, но капитан знал, что это не так. Ротный связист отозвался мгновенно, и у него сразу же перехватил «матюгальник» Самохвалов:

– Енисей-первый, я – Кама-первый… Что там у тебя?

Числов не переставал оглядывать скалы:

– Кама – первый, я – Енисей… Площадку занял. По дороге популяли – у духов минус два, у нас чисто. Взял шесть непонятных. Вроде рабы, кажется, все славяне. Тащим с собой… Сзади – пять хулиганов… В милицию пока не сдаю… Когда тушёнка?

Рация захрипела помехами, искажая голос ротного, который и так-то был трудноузнаваем:

– Тушенка готова. Ящиков пока нет… Что за непонятные? Какие арабы?

– Кама – первый, я – Енисей… Не арабы, а рабы, рабы! Как понял!

– Ни хрена не понял.

– Рабы, рабы! Что с ящиками для тушёнки?

– Енисей, не дергайся, работай по плану, ящики ждем… Ждем…

«Ящики», то есть вертолеты, они ждали зря. О напрасности ожидания, конечно, не знал Самохвалов, не знал даже Примаков. Более того, сам командующий узнал об этом примерно тогда, когда взвод Числова разбирался с духами у пещеры… Никто ничего плохого, конечно, не хотел. И никто разведвзвод, разумеется, не предавал. Так вышло – неожиданно изменил свой маршрут лорд Джадд, прибывший в Чечню как глава официальной делегации ПАСЕ, то есть Парламентской ассамблеи Совета Европы.

Совет Европы, как известно, был очень обеспокоен событиями в Чечне, и особенно случаями массовых нарушений там прав человека. Вопрос был серьезный, у России могли возникнуть крайне неприятные проблемы, да, собственно говоря, они уже возникли… Поэтому на визит лорда Джадда возлагалось много надежд. Лорд Джадд, вообще-то, в этот день должен был работать в Ингушетии.

Черт его знает почему, но у лорда изменились планы, и он вознамерился прибыть в группировку. Свободных вертолетов просто не было, но Москва надавила – командующему русским языком объяснили, что «под лорда надо ложиться, и всё…». Генерал честно пытался сделать что мог, но Москва его даже слушать не стала. И вертолетная группа – та, которая должна был перебрасывать роту Самохвалова и «вертушки прикрытия», – ушла на Моздок… Никто ничего плохого не хотел, тем более милейший лорд Джадд. Он-то уж никак не мог знать, что своим изменением маршрута фактически обрекает на гибель взвод совершенно неведомого ему капитана Числова…

…Почти сразу же после сеанса связи с ротой к Числову подбежал боец от сержанта Кузьмина, у которого, как на грех, «ёкнула» короткая связь. Сергей напрягся и вспомнил – кажется, фамилия рядового была Кныш. Капитан подмигнул ему:

– Ну, Кныш?! Ты чего, как на кочерге, зенки выпучил? Чего там? Разъезд конных водолазов?

Кныш юмора не понял, видно было, что его поколачивает от избытка адреналина:

– Товарищ капитан… Там… Кузнецов наблюдает духов… Много… Человек пятнадцать… Движутся по направлению к ним.

– Я же говорил – конные водолазы, – хмыкнул Числов и гаркнул: – Занять оборону, живо. По секторам разбились! Витя, Крестовский! Дуй на гребень, поработаешь оттуда, когда поближе подойдут!

Бойцы мгновенно начали выполнять распоряжения – теперь подгонять уже не надо было никого. Людей подгоняло желание жить… Числов между тем предупредил по короткой связи Квазимодо:

– Валера, Валера… Прячь гостей, сам держи задних хулиганов… У нас, кажется, дискотека начинается. Подтягивайся живее, как понял?

– Понял тебя, Енисей – первый…

И тут уже Числов сам заметил боевиков. Они перли со скал быстрыми перебежками и казались крупными тараканами…

– Вот они!

Капитан не понял, кто это сказал, то ли он сам, то ли Живчик, лежавший рядом и уже приготовившийся к стрельбе.

– Огонь!

Разведчики начали первыми. Витя Крестовский удачным выстрелом снял духа. В ответ пошел плотный огонь – из пулеметов и автоматов.

– «Зенит» – чемпион! – заорал Живчик и засадил очередь.

Числов откатился от него в сторону и закричал, стараясь перекрыть стрельбу:

– Кузьмин, Кныш! Держите тропку! Феофанов – налево поработай! Живчик, ебенц, не высовывайся, нарвешься.

Боевики пёрли плотно. При желании они могли обойти взвод Числова, но духи этого делать явно не собирались. Они сжимали полукольцо вокруг поляны и вели плотный огонь…

Бывший раб Виноградов жался к Числову, как собака. В горячке боя капитан даже не сразу понял, что освобожденный ползает за ним, как пришитый. Матюгнувшись, Числов крикнул «работнику»:

– Наблюдай за склоном слева, хоть какое-то с тебя молоко.

– Есть, гражданин начальник.

– Ты что, зэк?

– В девяносто первом откинулся… потом в поезде ехал… Черные сняли… теперь здеся…

– Понятно.

Капитан по короткой связи потеребил Квазимодо, потому что с его стороны тоже началась стрельба:

– Валера, ты что молчишь? Как дела?

Квазимодо отозвался сразу:

– Мы задних шуганули, они огрызнулись и куда-то потерялись… У меня одного гостя зацепило – Мыколу. Жгут наложили…

– Возьми рубеж вдоль скалы.

– Уже взял…

Числов перебежал к Гущину, прятавшему рацию в расщелине между крупными валунами.

– Дима, роту давай…

Стрельба со скал снова усилилась, с правого склона начал бить тяжелый пулемет, который сумели подтащить боевики.

– Кама… Кама… Я – Енисей!

– Слышу тебя, Енисей!

– Кама, веду бой! У меня, один трехсотый, из гостей. Карандаши целы. Но могут поломать. Цепляют грамотно. Духов от тридцати, может, больше… Еще сзади… Давят меня назад, тем же бульваром. Там – засада. Выжимают основными силами на нее. Когда тушёнка? Когда тушенка?

– Енисей, я – Кама… Держись… Тушёнка готова, ждем ящики… Ждем.

– Кама, потеребите их там, у нас жарко.

– Потеребим, Серега, держись…

Ротный ушел со связи. Дима еще зачем-то повертел ручкой настройки, и вдруг в мембранах возник чужой вкрадчивый голос с характерным акцентом:

14
{"b":"5583","o":1}