ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Литературный мастер-класс. Учитесь у Толстого, Чехова, Диккенса, Хемингуэя и многих других современных и классических авторов
Вместе навсегда
Американская леди
Вверх по спирали
Закончи то, что начал. Как доводить дела до конца
Девушка, которая читала в метро
Чертов дом в Останкино
Расколотые сны
Линейный крейсер «Худ». Лицо британского флота
A
A

Домой мы пришли не очень поздно, потому что вечером жизнь в городе как-то стремительно замирает, и с наступлением темноты все погружается в тишину, преодолеть которую не в состоянии несколько кафе и дискотек, разбросанных далеко друг от друга. Прохожих на улицах мало, а освещения — еще меньше. Подспудно складывается ощущение наступившей глубокой ночи, становится неуютно, и хочется быстрее попасть домой.

Нас накормили прекрасным ужином, с домашними пельменями и пирожками. Причем предварительно мы сами поучаствовали в лепке пельменей, что я делала впервые в жизни. Оказывается, у них такая семейная традиция: все вместе собираются вокруг стола и быстро-быстро лепят огромную кучу пельменей. Потом остается только отваривать их по мере надобности. Здорово! И я вдруг представила, как когда-нибудь мы с Сережей тоже будем сидеть за большим семейным столом, нас будут окружать детишки, и все вместе мы тоже будем делать такие же вкусные пельмени. Я заулыбалась. Сережа заметил это и подмигнул мне. Как это здорово, понимать друг друга без слов!

Спать меня определили в одной комнате со Светой, Сережиной младшей сестрой. А он спал в другой. Странно это как-то. Вроде бы и вместе, а на самом деле — врозь. И даже поцеловаться удается лишь украдкой или когда бродим где-нибудь по городу.

* * *

На следующее утро я проснулась в прекрасном настроении с предвкушением обещанного сюрприза. Даже не испытала обычных утренних мук пробуждения, которые имели место быть всегда, не только в рабочие дни, но и в выходные. Каждое утро меня посещает одна и та же мысль: ну зачем вставать, вылезать из-под теплого одеяла, когда мне так хорошо и комфортно!

Но только не сегодня!

Мы вышли из дому и отправились куда-то. Сережка, поросенок этакий, молчал, как партизан и тащил в руке пакет с огромной пустой флягой. Мне оставалось только теряться в догадках. Мы шли совсем в другом направлении, чем вчера, удаляясь от центра, а не приближаясь.

Закончились жилые дома, и мы оказались то ли в парке, то ли в сквере. Широкая аллея вела к какому-то кургану, увенчанному памятником, с вечным огнем у подножия.

— Это и есть твой сюрприз? — не выдержала я. — А фляга зачем? Мы что, вечный огонь тушить будем?

— А зачем его тушить? — не понял Сережа.

— Вот и я думаю — зачем?

— Аленушка, я прекрасно знаю, что терпение не входит в число твоих многочисленных добродетелей, но все-таки постарайся проявить его!!

Похоже, что мы вообще выбрались за городскую черту. Извилистая тропинка вела нас сквозь лесок, только начавший примерять летнюю зеленую накидку. Из-под темной прошлогодней листвы яркими самоцветами проглядывали первые нестерпимо зеленые листочки пролесок, увенчанные белыми звездочками цветов. Гимном возрождающейся жизни звенели бесчисленные птицы. Когда прилетал легкий ветерок, деревья раскланивались, словно приглашая долгожданных гостей, а на земле солнечные зайчики поднимали веселую кутерьму.

Вдруг последние березки расступились, разбежались, и мы вышли на бархатный ковер луга, над которым трепетно заливался невидимый жаворонок. Лужок спускался куда-то в низину, которую покрывали густые дебри кустарника, словно сбрызнутого первой зеленью.

Мы спустились вниз, и после яркого солнечного луга попали почти в полумрак — настолько густо переплелись ветви кустарника. А внизу шумел и журчал ручей, перескакивая по обомшелым камням. Еще немного, и мы, перейдя по мостику ручей и миновав солнечный пригорок, просто попали в сказку.

Я сразу поняла, что это и было целью нашего путешествия. Полянку, со всех сторон окруженную непроходимыми купинами кустов, пересекал другой ручеек, поменьше. Звонкий и хрустально-чистый, он брал свое начало прямо из недр матушки-земли, прорываясь сверкающим на солнце родничком. Чьи-то добрые руки облагородили этот подарок природы, заключи резвую струю в небольшую металлическую трубу, которая не давала смешиваться ей с землей, позволяла играть на солнце драгоценным бриллиантом, а случайному прохожему давала возможность напиться. Тут же были оборудованы несколько самодельных скамеечек, так и манивших отдохнуть в густой тени.

— Спасибо, Сережа! Это действительно всем сюрпризам — сюрприз!

— А ты еще сомневалась! — довольно улыбался он.

— Я попью?

— Конечно, пей! Это ведь не простая вода. Говорят, она содержит ионы серебра, и поэтому очень целебная.

— На счет полезности — не знаю, может быть, но на вкус она просто восхитительная! А холодная какая, просто зубы ломит!

— Это сейчас она кажется холодной, потому что на улице тепло, — пояснял Сережа с довольным видом гида. — Зато зимой, когда стоит мороз минус тридцать, от родника просто пар клубами валит. Она практически круглый год сохраняет свою температуру.

Уходить отсюда совершенно не хотелось. Напившись всласть и наполнив флягу («Дома будем кофе на этой воде варить, получится просто изумительно», — сказал Сережа), мы уселись на тенистой лавочке. Здесь, в густых ветках, был просто рай для всяких пернатых. Невидимые для нас, они так и кишели, перепрыгивая с ветки на ветку и оглашая все окрестности неумолчным чириканьем, свистом и щелканьем.

— Здесь даже соловья иногда услышать можно, — сказал Сережа, обнимая меня.

— Соловья? Как здорово, надо будет обязательно как-нибудь послушать, — ответила я, чувствуя, как начинает уплывать из-под ног земля.

Губы у него были такими горячими, а истосковавшиеся руки такими настойчивыми, что я почувствовала, как нас снова подхватывает древний и таинственный вихрь, кружит, уносит за собой. Туда, где нет ничего, кроме нас двоих.

И я совсем уже было поддалась этому вихрю, как в последний момент заметила, что вокруг происходит что-то не то. Солнце скрылось, а на небе повисли огромные сердитые тучи, которые приближались с угрожающей быстротой.

— Ой, Сережа, смотри! Сейчас гроза начнется!

— Точно, гроза, — вернулся он к действительности. — Да еще какая!

— Что будем делать? — спросила я его.

— До города добежать все равно не успеем, с минуты на минуту ливень начнется, — рассуждал он, а по еще не до конца раскрывшимся листочкам уже шлепали первые тяжелые капли. — Знаешь что, здесь самая густая растительность. Приладим мою куртку и пакет от фляжки и постараемся переждать. Думаю, долго она не продлится.

— В конце концов, попасть под первую грозу — не такое уж плохое приключение, — согласилась я.

* * *

Капли падали все чаще, и Сережа ринулся на сооружение временного пристанища. Прямо как древний охотник, спасающий свою дикую подругу от разгулявшейся стихии.

Через пару минут началось настоящее светопреставление. С рассерженного неба низвергался сплошной поток, словно кто-то спускал воду в небесном унитазе. Естественно, наши меры оказались бесполезными, но бежать через открытый луг, когда почти каждую минуту то здесь, то там лупят молнии, было небезопасно. Мы уже были мокрые до нитки, когда разряд грохнул где-то совсем рядом. И тут же, минуя кусты, прямо к нам устремилось несколько ярких светящихся шариков, распространяющих характерное потрескивание.

— Сережа! Смотри, шаровые молнии, да еще столько сразу!

— Вижу! Ты когда-нибудь сталкивалась с ними раньше?

— Не-а! — протянула я.

— Я тоже. Тебе не кажется, что они напоминают…

— Наших друзей из желтой и розовой страны!!!

И тут же подтверждением нашей общей догадки прозвучали раздавшиеся прямо в мозгу слова:

— Приветствуем вас, человек Сергей и человек Елена!

— Привет… — также мысленно пробормотала я.

Сразу же один из шариков отделился от группы остальных и изящно спикировал ко мне. Практически инстинктивно я подставила ладонь. Малыш! Только он приветствовал меня таким образом! Странно, ведь он был таким уже крупным во время нашего последнего посещения.

— Человек Елена! Я испытываю радость из-за того, что ты опознал меня, — отвечал на мои как всегда громкие мысли Малыш, причем изъясняться он стал так же занудно, как и все остальные. — Я действительно давно уже перестал быть учеником и вошел в возраст специалиста. А тот факт, что мои размеры в вашем мире не соответствуют тем, которые моя структура имеет обычно, зависят от характеристик самой проекции. С твоей структурой, человек Елена, также происходят значительные метаморфозы. Остается только суть. Как, например, такой факт, что в моем мире на этом самом месте расположен один из хранителей жизни, а в вашем имеется наличие источника энергоносящей жидкости.

56
{"b":"55830","o":1}