ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Вдруг прямо по курсу я заметила что-то совсем не то. Даже еще не до конца уяснив, что же именно не соответствовало привычному пейзажу, я уловила призыв Малыша:

— Сейчас нам необходимо снизить высоту полета, поскольку мы приближаемся к зоне вторжения.

Мы перешли на бреющий полет, и тут наконец до меня дошло. Небо. Везде оно было ровного серебристого цвета. Разумеется, кроме тех мест, где его заслоняли розовые кроны хранителей жизни. А впереди, прямо по курсу, среди серебра проглядывала ужасающая черная дырка. Видны были созвездия, даже что-то похожее на ковшик Большой медведицы. И такая несусветная жуть брала от этого в общем-то привычного зрелища, что я ощутила что-то вроде озноба. Эти проглядывающие ночные звезды были настолько чуждыми всему пейзажу, как только может быть чужда раковая опухоль молодому и полному сил организму.

А мы у нас, на Земле, из-за озоновой дыры переживаем, а тут такое творится! Хотя и наша дырка — тоже не подарок. Только что не видна простым невооруженным глазом, а точно так же пропускает вредное излучение. Просто здесь все видно в ужасающей наглядности.

Мы подлетели поближе и приземлились, чтобы не привлекать внимания пришельцев. Нас достаточно неплохо маскировали песчаные холмы, и между ними мы стали пробираться к «передовой».

— Люди! К сожалению, свечение наших организмов в электромагнитной области настолько интенсивное, что пришельцы нас обнаружат еще до того, как мы сможем что-либо рассмотреть и тем более предпринять, — словно извиняясь, говорил Малыш. — Они тут же предпримут ответные меры, и, боюсь, мы пополним список жертв…

— Не извиняйся, парень! Мы с Аленой не такие яркие и нарядные, так что нас они вряд ли заметят так быстро, — ответил ему Сережа.

— Да, мы проведем что-то вроде разведки, а вы обождите нас здесь, — добавила я.

И мы поползли вверх по песчаному холму.

* * *

С его вершины нам открылось удручающее зрелище. Прямо на гребне песок резко менял свой цвет: из желтовато-охристого он становился грязно-серым, безжизненным. Повсюду, словно разбитые разноцветные бутылки, валялись осколки местных причудливых растений. Но самым жутким был остов хранителя жизни.

Его огромная розовая крона разрушилась и куда-то пропала, и вверх торчал только могучий ствол, словно засохшее дерево. Сходство еще более усиливал его цвет: из розового он стал бледно-коричневым, словно подгнившее яблоко. Разумеется, никакого водного потока не было и в помине. Бедный, как же ему досталось!

Где-то вдалеке маячили черноватые фигурки, которые с трудом удавалось разглядеть. Они суетились вокруг чего-то большого и черного, то прибегая, то удаляясь. Очевидно, это и были агрессивные пришельцы. Хотелось рассмотреть их поближе.

— Сережа! Давай доберемся до хранителя жизни, спрячемся за ним и понаблюдаем за тем, что там делается.

— Да, хорошая мысль.

Мы практически одновременно оказались в зоне серого песка и так же одновременно чуть было не вскочили. Песок был обжигающе холодным! Словно вдруг вернулась зима, и приходится ползти по снегу. Причем забыв дома не только шубу, но даже нижнее белье. Всю жизнь мечтала прокатиться голой задницей по сугробам! Тем не менее, мы, быстренько скатившись с гребня, поползли к пострадавшему хранителю. Вот тут-то я и порадовалась своей полупрозрачной сущности, которая была практически незаметна издали.

Мы преодолели расстояние до хранителя с результатом, не уступающим мировому рекорду в ползании по-пластунски на средние дистанции. Если бы не опасность обнаружения, мы мгновенно взвились бы с этой леденящей поверхности, а так только могли ползти бегом. Как какие-нибудь паучки-переростки, к тому же еще и инвалиды — конечностей маловато.

Наконец-то мы добрались до хранителя жизни, ухитрившись при этом не быть обнаруженными.

— Ну и арктический пляжик устроили здесь эти пришельцы, — возмущался Сережа. — Кстати, ты где предпочитаешь проводить отпуск — на северном или на южном побережье?

— Разумеется, на южном!

— Ну ладно, как хочешь. Поедем тогда на южное побережье Белого моря. Хотя я, честно признаться, предпочитаю северное побережье Черного, — таким образом Сережа острит.

— Да ну тебя вместе с побережьями, тоже мне, Паганель-географ выискался. Давай лучше посмотрим, что там делается!

И мы аккуратненько выглянули из-за хранителя.

То, что издали казалось черными точками, на самом деле было какими-то странными и нелепыми существами.

Действительно, они были целиком черного цвета. Похоже, ростом они уступали нам, землянам, хотя с такого расстояния определить точно их параметры было довольно сложно. Практически целиком они состояли из округлого туловища, которое книзу разветвлялось на три подпорки. Ногами их можно было именовать лишь условно, поскольку какой-то определенной формы они не имели. Увенчивала туловище плоская голова без шеи, сплющенная с одной, похоже, лицевой, стороны наподобие квадратного клюва. Если у них и были над этим клювом глаза, то такие же черные, как и весь организм, без малейшего отблеска, и рассмотреть их с этого расстояния было невозможно. В середине от туловища отходили два плоских отростка, больше всего напоминавшие обрубленные ласты. Причем когда существо что-то делало, между этими ластами то и дело проскакивали голубоватые искры. Это единственное, что оживляло их траурный наряд. Еще одна забавная деталь: похоже, что существа в некоторой степени были очень пластичны, потому что я сначала никак не могла уследить, как они так быстро поворачиваются, а потом пришла к выводу, что просто их верхние, нижние конечности и голова действуют совершенно независимо друг от друга: «ласты» могут сгруппироваться на одном участке тела, тогда как нижние подпорки остаются неподвижны, и при этом лицо и затылок меняются местами самым произвольным образом.

Да уж, к таким не подкрадешься незаметно!

— Тебе не кажется, Алена, что они напоминают пингвинов? — обратился ко мне Сережа.

— И вовсе не напоминают. Пингвины такие добрые и симпатичные, а это — какие-то страхолюдины аморфные. Если уж кого-то они и напоминают, то торжественный слет гробовщиков. Только цилиндров не хватает. Прямо взгляд ищет выставку надгробных памятников по сниженным ценам.

— Интересно, чем они там так сильно заняты? — пропустил мимо ушей мое замечание Сережа.

И действительно. Они неутомимо сновали взад-вперед возле огромного черного объекта. Что это было? Шар? Огромная круглая дыра? Непонятно. Никаких отблесков, которые помогли бы определить форму, это не отбрасывало. Абсолютно черное тело.

«Гробовщики» усиленно суетились, мелко суча своими тремя подпорками, старательно искрили ластами. И вот становился виден результат их усилий: они держали что-то вроде паутины, сотканной из электрических разрядов. Построившись в какой-то замысловатый порядок, старательно удерживая только что изготовленную «паутину», вся похоронная команда проследовала мимо нас к участку еще желтого песка. Приблизившись к границе, они замерли ненадолго, а потом, резко отдергивая свои подпорки от поверхности, которая судя по всему была для них неприемлемо горячей, двинулись вперед. Когда самые последние подошли к границе живого и мертвого песка, все остановились и сбросили «паутину» прямо под ноги. И тут же желтый песочек стал сереть. Сначала прямо под паутиной, а затем по всему охваченному ей пространству. Между «паутиной» и черным объектом проскочила мощная искра, и тут же «паутина» исчезла. До нас донесся небольшой раскат грома. Похоже, они прихватили еще кусок территории и, довольные, потопали обратно.

Так вот, значит, как они все это проделывают! Интересно, что же за метаморфозу производит с песком эта их «паутина»?

— Сережа, ты что-то понимаешь, что здесь происходит?

— Наверное, они каким-то образом поглощают энергию из этого мира с помощью своей сетки.

— Когда мы сюда добирались, ты, по-моему, научился определять энергетику окружающих объектов. Давай вместе глянем, что они собой представляют и каким образом действуют.

60
{"b":"55830","o":1}