ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Ты знаешь, что будешь наказана за такое формальное обращение.

Обычно при этом в ее прекрасных глазах отражалось предвкушение. Но на этот раз они потемнели от какого-то чувства, которого он не смог распознать.

Ник нахмурился:

– В чем дело? Выдался тяжелый день?

Она покачала головой:

– Все в порядке. Я… – Она отодвинула стакан с мартини. – Мы можем уйти отсюда?

Он и сам собирался предложить это, но что-то в ее взгляде не понравилось ему.

Он достал кошелек, бросил несколько купюр на барную стойку и поднялся:

– Жди меня в начале Восьмидесятой улицы. Карлос уже будет там.

София незаметно выскользнула из зала, а Ник отправился попрощаться с друзьями. На углу здания ее уже ждал «бентли». Карлос вышел из машины, поздоровался с ней и открыл перед ней дверцу.

София села на заднее сиденье, вдыхая запах кожи и роскоши. Поджидая Ника, она никак не могла решить, как ей поступить. Сказать ему, что все кончено, прямо в машине? Коротко и ясно, без излишних сцен, которые Ник так ненавидел. Или подождать, пока они приедут к нему домой? Ник присоединился к ней спустя несколько минут. Дав указание Карлосу ехать домой, он поднял стекло, отделявшее их от водителя, и изучающее посмотрел на нее:

– Что случилось, София?

Она судорожно глотнула и решила, что машина не то место, где она хочет затевать серьезный разговор.

– Подождем до дома? Он кивнул.

– Хорошо. – Ник обнял ее за талию и притянул к себе. – Ты не поздоровалась со мной должным образом.

Софию обдало жаром.

– Но мы в машине…

– Раньше тебя это не смущало. – Он коснулся губами ее губ. – Это всего лишь поцелуй.

Но поцелуй Ника мог лишить ее воли. Он прижался к ее губам, и она закрыла глаза. Медленно, настойчиво он ласкал ее своими губами и языком, пока ее предательское тело не откликнулось и она не застонала, погрузив пальцы в густые волосы на его затылке.

Ник поднял голову и с удовлетворением посмотрел на нее:

– Теперь ты больше не похожа на картонную куклу. Ты сегодня невероятно красива, София.

– Спасибо. А ты получил свою долю страстных взглядов от поклонниц, – пробормотала она.

Его глаза сверкнули.

– Ревнуешь? Поэтому ты сегодня не в духе? Если так, мне это нравится.

Его насмешка привела Софию в чувство. Она положила руку ему на грудь, заставив его отпустить ее. Отодвинувшись от него, она поправила прическу и попыталась найти тему для разговора, чтобы заполнить паузу.

– Поздравляю тебя с успешной сделкой. Аналитики утверждали, что она провалится.

– Я тоже какое-то время так думал. Но достигать недостижимое – мое главное достоинство.

София улыбнулась. Но почему бы ему не гордиться своими успехами? Первый ученик в Гарварде, финансовый гений, волшебник с Уолл-стрит, всего за десять лет он превратил свой крохотный островок Акафинию в процветающую страну с современной экономикой. Его отчаянные, иногда самоубийственные сделки всегда оборачивались на пользу его стране, которая стала гордостью Средиземноморья.

София покачала головой:

– Твое желание всегда побеждать неутолимо.

– Да, – сказал он, выразительно глядя на нее.

Она покраснела. Он был настроен завоевать ее после первого отказа поужинать с ним, и ему это удалось.

Она откинула голову на сиденье и посмотрела на него:

– Что случается, когда побеждать уже становится недостаточно?

– Это я как раз и пытаюсь понять.

Она почувствовала неловкость. В первый раз он поделился с ней самыми сокровенными мыслями. И то, что это произошло как раз сегодня, сбило ее с толку. Она занервничала.

Карлос высадил их у здания. Они поднялись в специальном лифте, предназначенном только для обитателей пентхаусов, на пятьдесят седьмой этаж, где располагались апартаменты Ника.

София сбросила туфли, пока Ник открывал бутылку шампанского, и подошла к тянувшимся от пола до потолка окнам. Она почувствовала запах его лосьона после бритья еще до того, как Ник приблизился к ней с двумя фужерами в руках. Чокнувшись по-европейски, как он любил, София посмотрела ему прямо в глаза и осушила свой фужер.

Чтобы избежать испытующего взгляда Ника, она снова повернулась к окну и стала следить за крохотным самолетом, пролетавшим над небоскребами. Это навело ее на мысль о завтрашнем дне. Возможно, она специально выбрала сегодняшний вечер для того, чтобы покончить с этими отношениями. Потому что предстоящий день напомнил ей о ее приоритетах.

– Ты думаешь о своем отце.

– Да. Завтра двадцатая годовщина его смерти.

– С годами тебе становится легче?

Как это может стать легче, когда твой отец разбился в самолете над Атлантическим океаном из-за ошибки механика? Когда с той минуты вся ее жизнь переменилась?

– Можно научиться жить с этим, – хрипло сказала она. – Принять, что жизнь не всегда справедлива, и такие вещи случаются. Если бы я позволила моей злости, отчаянию и горечи от несправедливости судьбы управлять мной, я бы в конечном счете стала неудачницей.

– Очень философский взгляд на вещи. Но когда это случилось, тебе было всего восемь лет. Ты, должно быть, была потрясена.

Это было слишком слабым выражением.

– Я понимаю, что значит потерять что-то драгоценное. – София посмотрела ему в глаза. – Это дает осознание, как легко лишиться всего.

– Не всегда. Иногда ты берешь себя в руки и управляешь своей жизнью. Создаешь успешный бизнес…

Она криво улыбнулась:

– Который легко может лопнуть.

– Любой бизнес может лопнуть. Главное – быть в игре. Не ждать неудачи и верить в свое чутье. Кстати, как ты основала этот бизнес? Ты никогда не рассказывала мне об этом.

– Авиакомпания была виновата в крушении самолета. Мне причиталась компенсация, которую я получала до двадцати одного года. Тем временем я окончила школу дизайна.

– И чем ты собиралась заниматься в первую очередь? Бизнесом или дизайном?

– И тем, и другим. Моей первой любовью был дизайн, но пришлось отложить это, пока мы не встали на ноги. Сейчас наконец мы уже способны нанять штат для управления бутиком, и я смогу сосредоточиться на том, чтобы запустить первую дизайнерскую линейку.

– И сколько лет уже существует твой бутик?

– Шесть.

– Ждать своей мечты шесть лет – это очень долго. Ее щеки раскраснелись.

– Эти вещи не случаются в один день. У меня уходит уйма времени на собеседования с кандидатами в поисках того, кому бы я могла доверить свое детище.

– Возможно, ты не доверяешь самой себе. Когда ты очень хочешь чего-то, ты добиваешься этого. В жизни нет ничего невозможного, только барьеры, которые мы создаем сами.

– Мы не все можем жить так, как ты, Ник. Отметая все, что может помешать тебе достигнуть цели.

Он резко взглянул на нее:

– Так вот каким ты меня представляешь?

– А разве это неправда?

– Знаешь, что я думаю? Ты просто боишься. Ты не такая крутая, какой пытаешься казаться. И ты боишься заняться тем, что для тебя важнее всего, потому что всегда есть вероятность, что ты не справишься. И что будет, если ты потерпишь неудачу?

Она удивилась тому, как он точно описал ситуацию.

Ник провел пальцем по ее щеке, потом погладил нижнюю губу:

– Знаешь, мое первое впечатление о тебе было правильным. Ты не живешь полной жизнью, а прячешься, как улитка в раковину, чтобы тебе не сделали больно. Но это иллюзия, которой ты себя тешишь. Ничто не может предотвратить трагедии или неудачи. Чтобы получить желаемое, нужно идти на риск.

Ей нечего было ответить на это, поскольку она подозревала, что это правда. Но если это было справедливо по отношению к ней, это было справедливо и по отношению к нему.

– А как же ты? – поинтересовалась она. – Ты сам прячешься за этим щегольским лоском, Ник. И никто не знает, каков ты на самом деле. О чем ты мечтаешь. На что надеешься. Сегодня, когда ты сказал, что побеждать тебе больше недостаточно, ты впервые показал мне уголок своего внутреннего мира. И поэтому мое время скоро закончится, не так ли? Ты решишь, что я слишком близко подошла к тому, чтобы узнать тебя, и твое внимание переключится на кого-то другого. А я получу прелестное ожерелье в качестве прощального подарка.

2
{"b":"558561","o":1}