ЛитМир - Электронная Библиотека

-Прорвемся.- Улыбнулась мне Ирма.- Всего лишь по одному на брата. Ты бери на себя левого, я возьму правого.

-Только прошу тебя, будь осторожна.- Попросил я ее, не удержавшись. В ответ она снова улыбнулась.

-Не волнуйся дорогой, теперь у меня есть веская причина, особо не лезть на рожон.

Что это за причина такая, я спросить не успел, потому как, размахивая мечом, к нам уже приблизился хмырь, как выразилась Ирма, со своим эскортом. Дуболомы на бегу поменяли свою форму, и столкнулся я уже не с человеком, а леший его знает с кем. Помня, что твари очень сильны, а на мне и доспехов то нет, я как мог, избегал прямого столкновения, дожидаясь подходящего случая, чтобы самому нанести удар. Случай представился довольно быстро, так как над местом сражения пронеслись крики, с нашей стороны радостные, а врагов, если можно так выразиться, горестные. Дело в том, что золотые доспехи нарвался на Инги, и Тьялви, а они парни простые, и в один миг, не просто сняли голову с плеч, а еще и разделили на несколько частей его тело, причем вместе с лошадью, бедолаге и доспехи не помогли. Вот именно это происшествие на мгновение отвлекло от меня внимание дуболома, чем я, конечно же, воспользовался. Быстро сократил дистанцию, увернувшись от его запоздалого замаха, и всадил свой кинжал ему прямо в морду. Помня о живучести этой твари, я тут же снес ему голову своим мечом. Выдернув кинжал, я ее еще ударил ногой, чтобы она на всякий случай оказалась подальше от тела, а то кто его знает, на что эта мерзость способна. Быстро огляделся. У Ирмы вроде тоже все в порядке. Тьялви, после разделки вельможи подкрался к дуболому со спины, и чуть ли не развалил того пополам своим ударом. Человек бы после такого удара умер бы на месте, а эта погань еще пыталась сопротивляться, пока ему тоже голову не оттяпали. Остальные дружинники тоже не оставались в стороне, и сейчас уже добивали тех из группы поддержки, кто по каким-то причинам не пожелал сделать ноги. Ребята не на шутку разгорячились, поэтому чуть ли не силой пришлось их заставить отступить обратно в крепость, где нас восторженно встретили. Все решили, что мы завалили самого Цимисхия, но это оказалось не так. Правда хмырь, которого звали Куркуас, оказался не последним человеком в Византии, вроде даже родственник, их Императорской семьи, и его гибель вызвала шок среди имперцев, а потеря осадных орудий, уныние. Опять отодвинув в неопределенность срок окончания этой нелегкой для них войны. Потихоньку, под их ногами стала нагреваться земля, угрожая перерасти в полноценный пожар ненависти. Цимисхий все военные расходы оплачивал из Царской казны, которую отобрал у Бориса, и выгреб ее всю, до последнего медяка. Так же, он обложил неподъемными поборами, и налогами, захваченные им города, что естественно не прибавило ему любви у Болгар, а в сравнении с жизнью под рукой Святослава, так и вовсе выходило, что лучше жить под правлением язычников, чем с братьями во Христе. В Азии тоже все было не очень хорошо, да и в самом Константинополе все больше и больше зрело недовольство этой войной, как простых граждан, так и духовенства со знатью. Конечно эта война, и для нас не была прогулкой. Запасы, что мы захватили, подходили к концу, и пришлось перейти на минимальный рацион, который выдавался одинаково, как горожанам, так и дружинникам. Дело с провизией немного поправляла река, но именно только что немного. Поэтому Святослав принял сразу предложение о переговорах, поступившее от Византийцев через неделю, после нашей вылазки. Помня, с кем имеем дело, встречу между вождями провели с максимальным бережением, что естественно не сильно понравилось Византийцам, которые изображали обиженную гордость, на которую, нам в принципе было просто начхать. В результате переговоров они обязались выплатить нам дань. Как обычно, платили и за убитых, хоть и зубами от этого скрипели, а так же снова подтвердили все прежние договора по торговле. С нашей стороны, мы обязались уйти из Болгарии. Святослав понимал, что при нынешнем положении дел, ему сейчас здесь не удержаться. Необходима передышка, чтобы снова собраться с силами, а для этого, так или иначе, нужно вернуться на Русь. Поэтому, для него не составило особого труда согласиться с этим условием. Потом стал вопрос, каким путем идти. Вместе с нами уходили и примкнувшие к нам Болгары, а так же значительная часть населения Доростола, не пожелавшая остаться в городе. Места в наших ладьях для всех не хватало, но и бросать корабли, уходя по земле, Святослав не пожелал. Свенельд, как бы заметил, что на обратном пути, на порогах, скорее всего, будут поджидать Печенеги. На что Святослав, усмехнувшись, ответил, что это не проблема, ведь в Свенельда распоряжении будет Киевская дружина. Я не пошел со Святославом на ладьях, не мог оставить своих, среди которых было много раненых, а главная причина заключалась в том, что Ирма забеременела, и для меня это было главнее всего на свете. Путь домой был долгий, идти обычными переходами не позволяли раненые, но не сказать, чтобы очень тяжелый. Как бы то ни было, а домой мы добрались благополучно, и весной, Ирма подарила мне сына. За всеми этими переживаниями, я забыл обо всем на свете, весь мир тогда для меня сузился, до моей дорогой жены, и ребенка. Пришедшая весть о гибели Святослава на порогах, была с родни ударом обуха по затылку. Я ни как не мог понять, как такое могло произойти? Хотя вывод был очевиден, предательство. Сыновья не спешили с отмщением за отца, а Свенельд взял в Киеве практически всю власть. Добило меня известие что, Куря, Печенежский хан, с которым я не раз уже встречался, сделал их черепа Святослава чашу. Из которой пил на своих пирах, и похвалялся, что она придает ему силы, и ума, которыми обладал славный князь. Как, оказалось, собрать дружину охотников не составило особого труда, но на это ушло некоторое время. Ну как бы там ни было, в обход Киева в печенежские степи ушла дружина. Наш удар по клану Кури, был страшен, попросту говоря, он перестал существовать. Я самолично зарубил этого упыря, а голову Святослава увез с собой, и похоронил в таком месте, где ее никто, и никогда не потревожит.

-А что было потом?- Тихо спросила Андрея Глафира.

-А что именно тебя интересует?- В свою очередь спросил он.

-Все.- Тут же откликнулась она.- Как дальше жили вы с Ирмой. Долго ли радовался своей власти этот Свенельд. И еще я знаю, что Владимир стал Киевским князем, и что он Крестил Русь. А что случилось с его братьями?

-Ну, если так интересно, обязательно расскажу.- Пообещал ей Андрей.- А пока давай-ка лучше займемся нашими проблемами.- Сказал он глядя вниз.

-Что ты там такое разглядел?- Спросила его Глафира, и, свесившись немного в сторону, тоже посмотрела на землю. От земли к ним что-то приближалось с огромной скоростью.

-Что это?- Посмотрела она на Андрея.

-А фиг его знает.- Пожал он плечами.- Но думаю, будет лучше, если мы встретим этого гостя поближе к земле. А то, если мою коняку попортят, навернуться с такой высоты, мало радости.- Сказав это, Андрей лупанул по бокам пятками своего Пегаса, и направил его к ближайшей скале. Все остальные тут же последовали его примеру. Стараясь оказаться на земле прежде, чем их нагонит незваное нечто несущееся к ним.

ГЛ 10

Наши эмоции,

Это отражение мира, в котором мы живем...

Как известно, спиртное по-разному оказывает свое воздействие. Кто-то становиться агрессивным, кто-то веселым, а кто-то просто замыкается в себе. Да и тяга к выпивке у каждого своя. К примеру, Кащей любил тихо посидеть в одиночестве, с бокалом спиртного, размышляя о какой-нибудь проблеме. Сегодня, для него такой проблемой были руны. Его воображение уже начало рисовать ему новые, открывающиеся перед ним возможности, когда он был грубо прерван, невнятным бормотанием старого гнома. Бедолага видно слегка переоценил свои возможности, и теперь сидя напротив Кащея, хлюпал носом, и что-то невнятное бубнил себе под нос, тем самым отвлекая того от приятных размышлений.

29
{"b":"558685","o":1}