ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

– Не сердись, девочка. Если бы ты знала, как мне сейчас тошно от всей этой жизни!… – И затем, словно в один миг стряхнув с себя груз тяжких мыслей, совсем другим, почти залихватским тоном ответил Робису: – Как думаю? Очень просто. Этот мундир сегодня уже выручил двоих – меня и еще одного товарища по несчастью. Дина молодец! Так здорово сшила, что на пограничной станции солдатня вытягивалась передо мной в струнку.

– Для тебя всё шутки, а я тогда всерьез перетрусила. Паспорт как-никак у тебя поддельный, хотя брат и клялся, что его не отличить от настоящего.

– Да ну, они на него даже не посмотрели толком! Ты разве не знаешь, что в Российской империи главное не человек, а мундир? Послушала бы, как сегодня шпики величали меня «вашим высокоблагородием»… – И Атаман начал рассказывать о своих приключениях, с каждой фразой оживляясь все больше.

Робис помрачнел. Он любил Атамана за его удаль, любил его порывистость, так отличавшую их друг от друга. И все же Робис должен был сделать ему выговор:

– Нельзя так, Атаман, революция не театр! Твоя выходка с запиской могла стоить тебе головы.

– Какое там! – отмахнулся Атаман. – Я от них был тогда уже за версту, Я ведь нарочно приказал этим болванам ждать подкрепления.

– Ну конечно, – Дина тоже не удержалась от упрека, – ты считаешь, что совершил великое геройство! А сам ты разве не учил меня всегда быть осторожной?

– Но ведь ты не я… Такой уж я есть, не взыщите! – И, чтобы покончить с неприятным разговором, Атаман, прищурив глаза, посмотрел на товарища и воскликнул: – А ты знаешь, о чем я мечтал всё время, когда жил в Льеже?

– О винтовках?

– Я мечтал, чтобы ты наконец оделся, как человек. Сколько можно ходить таким люмпен-пролетарием?!

– Нашел о чем говорить, – отмахнулся Робис. – Мне в этой одежде удобно, а до остальных дела нет… Кстати, неплохо бы и тебе скинуть этот попугайский наряд. Подбери себе что-нибудь подходящее. – И он распахнул шкаф, в котором висело несколько разных костюмов.

После долгих размышлений и примерок Атаман выбрал полосатые брюки и длинную черную визитку. Бравый подполковник превратился в степенного управляющего фабрикой. Разыскивая зеркало, о котором Робис, разумеется, не подумал, он наткнулся на этажерку. Порылся в книжках, но себе по вкусу ничего не нашел.

– Можно подумать, что это библиотека научного общества – ни одного поэта. С каким удовольствием я теперь почитал бы Райниса, Байрона или, например, Аспазию…

– Вот единственная поэзия, которая сейчас нужна! – серьезно проговорил Робис и стукнул кулаком по открытой книге. – «Тактика уличного боя»… Ну давай выкладывай, как там с оружием.

– На пустое брюхо? Нет, я еще не такой герой.

Тут Робис вспомнил, что и у него со вчерашнего вечера во рту не было ни крошки.

– К сожалению, у меня ничего нет, – словно извиняясь, ответил он другу.

– Подумаешь, экая беда! Сейчас пошлю нашу хозяюшку… Лизонька, вот тебе деньги на обед. Только по ошибке не попади в третью квартиру, а то прождем тебя тут до второго пришествия! – Проводив Лизу, он вернулся в комнату.

– С чего ты про третью квартиру разговор завел? – поинтересовался Робис.

– Да так, одно забавное приключение… Подымаюсь я давеча по лестнице, ищу наш новый генеральный штаб. На втором этаже остановился – здесь, думаю. Написано «Криевинь». Стало быть, точно. Только вот номер квартиры третий, а не пятый. Что за чертовщина такая! Наверное, Фауст неправильно расшифровал телеграмму. Я постучал в дверь. За дверью шепчутся, но не открывают. Снова постучал. Наконец открыли. Пардон, говорю, мне сказали, будто у Криевиней сдается комната на две койки. А сам вижу – в коридоре портьера в двух местах этак подозрительно оттопырилась. Ясно, как божий день, – два призрака с пушками. Только тут женщина мне и говорит: «А вы этажом выше поднимитесь. Там тоже Криевини живут». Ну, что скажешь насчет такой конкуренции?

Робису этот рассказ совсем не показался забавным.

– Это не наши. Всех не перечтешь: «союз», «бунд», «русские социал-демократы». Пора бы всем боевикам объединиться… Делать нечего – придется менять конспиративную квартиру. Кому могло прийти в голову, что будет такое совпадение?… Ну, теперь докладывай!

– Винтовки будут!

– Я знал, что с пустыми руками ты не вернешься.

– Все не так просто, как ты себе представляешь, дело еще может лопнуть, – сказал Атаман.

– Что еще за шутки! – крикнул Робис. – Говори прямо, в чем дело!

Дина вмешалась в их разговор:

– Все уже было в порядке, оставалось только подписать бумаги. А тут впутались эти гаитянцы…

– Какие гаитянцы? – удивился Робис. – Что за чушь?

– Из Гаити, – усмехнулся Атаман. – И нам заявили, если мы вовремя не уплатим денег, то наши винтовки достанутся им. Понятно?

– Не понятно, – сказал Робис.

– Тогда я повторю еще раз. Я не хотел покупать кота в мешке. Пробовал разные системы винтовок, пока не нашел подходящие. Они сняты с вооружения швейцарской армии и поэтому на несколько франков дешевле. Ну, договорились, все честь по чести, а когда дело дошло до того, что оставалось только подписать контракт, оказалось, что гаитянцы хотят закупить эти же самые маузеры. И в последний момент в договор внесли дополнительный пункт; вся сумма должна быть уплачена не позднее двадцатого сентября. Если не уплатим, придется воевать голыми руками. Надеюсь, теперь тебе ясно?

– Что же делать? Где взять деньги? Тех, что есть у комитета, не хватит!

– Может быть, собрать пожертвования? – предложила Дина.

– А сколько нам еще надо?

– Двести тысяч! – ответил Атаман.

– Это невозможно! – покачал головой Робис. – Рабочие зарабатывают мало. Сорока копеек в день не хватает даже на то, чтобы каждый вечер жечь керосиновую лампу!…

Все задумались. Задача казалась неразрешимой. Вдруг Робис наклонился к Атаману:

– Один путь я, кажется, знаю…

– Я тоже, – перебила его Дина. – Обратимся к Российской социал-демократической партии. Ведь мы имеем право так поступить. Мы боремся за общее дело.

– Они сами не богаче нас, – сказал Робис. – Я предлагаю другой выход – прибегнем к экспроприации. Не забывайте, что в нашем распоряжении считанные дни: задержка на одни сутки – и все пропало. Пойду в Федеративный комитет, посоветуюсь.

ГЛАВА ПЯТАЯ,

в которой боевики получают задание достать деньги на оружие

1

В стеклодувном цехе фабрики братьев Кузнецовых все окна были распахнуты настежь. На дворе стоял август, и в воздухе, словно впитавшем напряженную атмосферу города, чувствовалось знойное удушье недалекой грозы.

Голый до пояса, старый стеклодув бросил в пламя наполовину выдутый графин и, задыхаясь, отскочил от печи. Кто-то тут же плеснул на его опущенную голову воду. Тяжело дыша и отфыркиваясь, старик отряхнул мутные капли и сказал со злостью:

– Подохнешь тут как собака!

Подошел мастер, напыжился индюком и заорал:

– Что здесь происходит? Бастовать задумали?! Эй, старик, я тебе покажу!…

– Неизвестно еще, кто кому покажет! Понял? – раздался за спиной мастера дерзкий голос.

Мастер обернулся. Перед ним стоял Коля Двинской. Он славился на весь цех как первый заводила и спорщик, хотя был самым молодым.

– Как разговариваешь?! Тебя, наверное, мало пороли! – взревел мастер.

Коля вызывающе засунул руки в карманы:

– Ну, насчет порки поосторожнее!

Рабочие бросили работу и окружили мастера. Теперь он стоял в плотном кольце. Желая предотвратить столкновение, старый стеклодув примирительно сказал:

– Мы вовсе не бастуем, господин мастер! Тяги совсем нет, наверное, труба засорилась.

– Чего же вы стоите, лодыри?! – заорал мастер.

Однако по лицам рабочих понял, что зашел слишком далеко. Если он вызовет открытое столкновение, то неизвестно, чем все это для него кончится. Как на это посмотрят хозяева? Они ценили его за то, что он умел ладить с рабочими.

11
{"b":"5587","o":1}