ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

VII

«Поднялся занавес, а я все ждал бесплодно».

Хинкап вернулся в особняк Дорайса под утро – ошеломленный, счастливый, не помнящий себя… Дорайс ждал его, сидя в гостиной.

– О, Дорайс… простите, я, кажется, заставил вас…

– Неважно, – перебил Дорайс. – Дело в том, что мне позвонили и сказали, что вас… э-э… видели с ангелом.

– Да, – не стал отрицать очевидного Хинкап. – Я говорил с той женщиной, в доме которой провел первое время здесь, на Алитоле. Я вышел пройтись – устал от ваших споров, и случайно встретил ее на улице.

– Случайно?! – вскинулся Дорайс. – Наивный вы человек! У ангелов не бывает случайностей! И если эта стерва появилась на вашем пути – значит, она искала вас! Зачем?

– Право, затрудняюсь… – пробормотал Хинкап, ошарашенный нападением.

– Она… мы ни о чем особенном не говорили. Так, светская болтовня. Она попросила еще рассказать о моей планете.

– И вы, конечно, выложили все, что могли?

– Да, но я и прежде…

– Она интересовалась обычаями, нравами, даже модами, так?

– Так.

Дорайс нервно прошелся по комнате, потом сел в кресло возле камина, жестом пригласив Хинкапа сесть напротив. Хинкап повиновался.

– Хинкап, вы понимаете, что вы наделали? – тихо спросил Дорайс. – Вы понимаете, зачем она выпытывала у вас подробности вашей жизни?

– Нет.

– Ох… – Дорайс вздохнул обреченно. – Милое вы, наивное вы существо! Ну что с вами делать? Мы ведь в какой-то мере отвечаем за вашу безопасность, коль скоро вы очутились у нас. И за безопасность вашей планеты. А вы… вы… нет, честное слово, я не могу подобрать достойного выражения! Скажите, что вы будете делать, если ангелы вздумают захватить вашу Землю?!

Хинкап громко рассмеялся. Предположение, что кто-то может попытаться захватить Землю, встав тем самым против Системы в целом, показалось ему до дикости нелепым.

Дорайс заговорил – горячо, отрывисто – рисуя апокалиптические картины гибели мира в том случае, если стервам удастся вырваться в космические просторы… Хинкап, рассеянно слушая, думал о том, что все столичные борцы с ангелами, эти правдолюбы, активные ненавистники несправедливости, производят впечатление людей крайне нервных и неуравновешенных, и если сравнивать их с теми, против кого они борются, – сравнение, пожалуй, будет не в пользу столичных. Другое дело – Гилейта и Лодар. Им Хинкап как-то поневоле верил. Но гораздо больше он доверял словам Сойты… Наверное, даже не столько словам, сколько интонации, манере, – Сойта говорила обо всем спокойно, сожалея, – и признавая правоту другой стороны…

Но вот слова Дорайса привлекли внимание Хинкапа.

– Боюсь, что ваша машина… катер, так вы это называете? – уже изучена стервами вдоль и поперек, и не исключено, что, пока мы здесь пытаемся добиться хоть какого-то внимания к проблеме, стервы получили в руки технику, намного превосходящую наше понимание… и невозможно представить, чем это кончится. Тем более, мы недавно узнали: ангелы научились определять, кто из нас, обычных людей, несет в себе генетическую информацию, приводящую рано или поздно к рождению ангела. И намерены уничтожить таких носителей. И уже начали понемногу действовать… Значит, они всерьез решили уйти с Алитолы. Они, похоже, нашли уже способ передвигаться в космическом пространстве, но ваше появление в чем-то изменило их планы.

– Не понял вас, – сказал Хинкап.

– Ваш катер можно использовать как оружие? – ответил вопросом Дорайс.

Хинкап подумал.

– Вряд ли. Хотя… кто его знает. Мне не приходила в голову такая мысль.

– Вам не приходила, а этим подлым тварям вполне может прийти. И тогда нам конец.

– Ну, – усомнился Хинкап, – это вы уж слишком, пожалуй.

– И все-таки, – настойчиво сказал Дорайс, – я бы вам советовал вернуться. Проверить, как там обстоят дела. И главное, нужно перетащить ваш катер в город. Лодар организует перевозку.

– В перевозке нет необходимости, – сказал Хинкап. – Планетарный двигатель в порядке. Но Лодар намеревался не возвращаться, пока не получит ответа на петицию.

– Пока вы… гуляли, мы обсудили это. Лодар вернется с вами. Важно обеспечить безопасность там, на месте. А здесь – здесь останемся мы, и будем добиваться решения.

– Ну что ж, – сказал Хинкап. – Пусть так и будет.

– Значит, договорились, – Дорайс встал. – Пойдите к себе, Хинкап, поспите хоть два часа.

– Ладно.

Хинкап ушел в свою комнату, но уснуть не смог. Черт-те что, думал он, ворочаясь с боку на бок. Ангелы с одной стороны, все остальные – с другой… В общем-то, конечно, естественнее всего предположить, что правда на стороне большинства, но Хинкапу не хотелось так думать. Почему бы большинству и не ошибиться? Толпа на площади, вспоминал Хинкап… Толпа, устроившая облаву на женщину-ангела. Здоровенные мужчины – с ружьями, в защитных костюмах. Что это? Откуда у них такой страх? Они уверены, что стервы убивают направо и налево… Действительно, они умеют это делать, Сойта не скрывала. Но Хинкап не видел пока, чтобы они применяли свое умение. Зато видел, как возле его катера стреляли в ангела, в ребенка… правда, этот ребенок оказался вдруг стариком, и все же… И все же ангел не убил стрелявшего. Ни словом, ни взглядом. Почему? Может быть, не желал использовать свое умение? Ведь Сойта объяснила, почему лесные жители стремятся изолировать детей-ангелов – чтобы дети в обществе себе подобных научились управлять своей силой, чтобы уничтожить опасность, чтобы маленький ангел случайно не причинил кому-нибудь вреда… а городские встречают ангелов выстрелами. И посылают в леса военных. С пушками. И требуют у правительства, чтобы оно загнало отшельников в резервации, окружило высокой оградой и поставило сторожей… Ох, занесло меня, подумал почтальон, от чужих дел голова трещит. И вдруг сообразил, что в рассказе Сойты есть одна неувязка. Если взрослые ангелы покинут Алитолу – что будет с теми, которые родятся после их ухода? Неужели прав Дорайс – ангелы намерены уничтожить тех, кто способен в будущем, хотя бы и отдаленном, стать предком стервы?.. Хинкап вскочил с дивана. Вот так-так!

В полдень Хинкап и Лодар отправились в обратный путь. Покинув Столицу, они ехали к маленькому городку, прилепившемуся к огромному лесному массиву, в глубине которого скрывались ангелы. У Хинкапа накопилось много вопросов к спутнику, но почтальон не решался их задать. А Лодар говорил о чем угодно, только не об ангелах. Он рассуждал об истории Алитолы, о принципах воспитания детей, интересовался, есть ли аналогии в земной и алитольской культурах… и так далее.

Когда на горизонте показалась темная полоска леса, Лодар умолк. На его лице появилось выражение сосредоточенности и ожесточенности, и Хинкап подумал, что лесные жители отличаются от горожан прежде всего тем, что сохраняют постоянное спокойствие, – по крайней мере, внешне, – и никогда не позволяют эмоциям выплескиваться наружу. Но, впрочем, подумал также Хинкап, кто знает, достоинство ли это. А может быть, у ангелов просто нет никаких эмоций? И тут же вспыхнул в памяти образ Сойты, ее голос, ее нежные руки… ох, есть у них эмоции, еще как есть! Хинкап совершенно забыл ужас, испытанный им, когда он случайно подслушал разговор Сойты с ее приятелями там, в доме, во время обстрела лесного поселка, – а ведь тогда речь шла о нем, Хинкапе, и голос Сойты звучал так, словно говорила не женщина, а ледяная глыба… Об этом почтальон не помнил, зато вертелась в голове фраза, невесть когда и где прочитанная: «И нежность, изысканная нежность, как пурпурная полоса на тоге последних патрициев…»

– Лодар, – попросил почтальон, – давайте прямо сейчас свернем к катеру.

– Разумеется, – сказал Лодар. – Я как раз собирался предложить вам это. Хотите проверить, все ли в порядке?

– Да, и заодно выяснить, не попал ли мой сигнал по назначению.

Небо с утра затянулось низкими тучами, а когда почтальон с Лодаром вышли из автомобиля, заморосил мелкий холодный дождь, – словно затем, чтобы напомнить Хинкапу первый его день на Алитоле. Лодар шел за почтальоном, озираясь вокруг с настороженным видом, – что-то не нравилось ему, что-то он ощущал в воздухе… непривычное и неприятное. Но Хинкап смотрел вперед и не заметил беспокойства Лодара, нет.

13
{"b":"55871","o":1}