ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

  Улыбнувшись воспоминаниям, повернула голову на бок и проследила за ярким зайчиком, поскакавшем по стене. А вот с диагнозом повезло не сильно. Как сказала баб Зина, лежать мне еще как минимум неделю, и то, если заживать будет хорошо. Да, тот самый бок, который я пыталась зажать в машине. Сейчас он ужасно ныл и зудился, и даже обезболивающие, любезно скормленные мне сиделкой, не помогали.

  - Мариш? - дверь с еле слышным скрипом открылась и в прем заглянула светловолосая голова. - Спишь?

  - Макс? - мгновенно узнав в заглянувшем брата, вытянула шею, пытаясь разглядеть его фигуру.

  Быстро проскользнув в комнату, он аккуратно прикрыл дверь.

  - В общем я подумал, - усмехнувшись своим словам, в пару шагов оказался на кровати и, усевшись у меня в ногах, облокотился на железную спинку. - Так вот, мелкая, будешь Манечкой! Это не обсуждается, тем более ты в ее теле. Но вот что делать с твоим Глебом...

  - Он не мой! - обиженно перебив, сложила руки на груди. Сдался мне этот тип.

  - Твой, мелкая, твой. Можно сказать наследство, доп. бонус. Так вот, этот бонус мне откровенно не нравится!

  - Мне тоже, - согласно кивнув, чуть расслабилась и сразу же поморщилась, больной бок внезапно прострелило, а потом словно кто-то мерзкий провел по коже ершиком для посуды. Отвратительное чувство.

  - Все нормально? - брат насторожился и вгляделся в мое лицо.

  - да, - прошипев, пару раз вздохнула и выдохнула, а потом , как отпустило, уже относительно нормальным голосом добавила: - Бок стрельнул. Тоже... бонус.

  - Главное жива. Может сиделку позвать?

  - Нет, - мотнув головой, немного развернулась. - Так что там с Глебом? Ты же не просто так его вспомнил?

  - С Глебом? - окинув меня задумчивым взглядом и что-то для себя решив, Макс протянул: - Не нравится он мне. Хотя если здраво рассуждать, ничего он тебе не сделает. Ну знает он, на этом все. Даже если решит кому-нибудь рассказать, ему никто не поверит, а изменившееся поведение и некую забывчивость можно списать на кому. Манька в ней почти три дня пролежала. Так что все...

  Он поднял ладони вверх.

  - А в остальном... Сегодня есть жених, завтра нет, тем более он тебе не нравится. Не нравится ведь?

  - Неа.

  - Значит и думать не о чем, - подытожил Макс. - Кстати, меня завтра скорее всего выписывают. Тебе сколько еще лежать?

  - Неделю, - я вздохнула и поморщилась. - Может больше.

  - Завтра еще загляну, перед выпиской, и, Мариш, - он достал из кармана телефон и вопросительно посмотрел на меня. - У тебя какой номер? Тот с которого ты звонила?

  - Нет, тот баб Зины. А мой... Не знаю, телефон разряжен, вон он лежит на тумбочке.

  - Знаешь, мелкая! Я иногда просто поражаюсь твоей безалаберности! А если случится что?

  - Что?

  - Да что угодно! - прошипев, он взял уже мой телефон в руки и, покрутив его, удостоверившись , что он действительно разряжен, с тяжелым вздохом положил обратно. - Сейчас принесу зарядку, утром заберу, заодно и номер узнаю.

  Глава 13

  Утро. Оно наступило как то внезапно. Вот еще ночь окутывала улицы, деревья и здания, темным покрывалом пряча спешащих на работу людей, а вот уже прохладные лучи утреннего солнца робко стучали в двери, путешествовали по комнате и , падая на лицо, усиленно пытались разбудить.

  Недовольно поморщившись, повернула голову на другой бок и прислушалась. В коридоре уже ходили и переговаривались врачи. Значит скоро будет обход, завтрак и все остальное.

  Вчера, после ночного разговора с братом, я долго думала над его словами. По поводу Глеба я была согласна, на все сто. Действительно, что он может сказать: в теле Маши душа Марины. Ну бред же! Бред. Меня больше волновало другое, он кажется совершенно не расстроился этому факту и решил и дальше оставаться в статусе жениха. Зачем? Как долго? Не знаю, но похоже его все устраивало. Действительно, Маша, Марина, какая собственно разница? Никакой, и это странно. А его намеки, в самом начале... На чем его там поймали? Явно на горячем. Нужно ли это мне? Нет. Мне вполне хватило Вадима. Поэтому и выход тут только один: я выхожу из больницы и прощаюсь с Глебом. Полюбовно. Не сошлись характерами. Бывает.

  Надеюсь мне есть где жить.

  Сам Макс предложил несколько выходов из ситуации, причем первым номером звучал переезд к нему, после больницы естественно. Вторым же съем квартиры. Деньги на это были. Еще в бытность мою Аксаковской, я имела несколько счетов, с щедрой руки мужа конечно, я столько не зарабатывала. Но какая разница? Пусть они оформлены были на Марину Дмитриевну, но моим наследником в завещании стоял брат. Вадиму было все равно, у него и так денег куры не клюют, одной сотней больше, одной меньше. А так как я особо не тратила, то денежек там скопилось много, осталось только их забрать.

  Третьим вариантом значился переезд к "родителям", но он стоял последним номером и оставался на крайний случай. Жить с теми людьми я не хотела.

  Вот в общем то и все. Мне самой больше нравился вариант номер два. В общем, поживем, увидим.

  - Мария? Проснулась уже? - в палату вошел Кастельский. В белом халате, с перекинутым через шею стетоскопом. Новая медсестра, может конечно и не новая, но я ее точно еще не видела, семенила за местной знаменитостью, прижимая к груди несколько папок из темно-синего и темно-красного пластика. А буквально еще через несколько секунд следом вплыла и баб Зина, аккуратно неся поднос с парой тарелочек и полным стаканом светлого напитка.

  - Завтрак? - врач покосился на поднос. - Это хорошо, это правильно. Но давай сначала быстренько тебя посмотрим.

  И меня посмотрели. Проверили глаза, пульс, шов на боку, сердце, поинтересовались общим самочувствием и, пожелав приятного аппетита, оставили на попечение сиделки.

  Потом события закрутились бешеным калейдоскопом внося в размеренную больничную жизнь нотку драйва, в итоге, к вечеру я снова осталась одна, почти одна, не считать же плазменный презент от родителей чем-то нужным и существенным? Почти сто каналов и ничего! Совершенно. Реклама, реклама, реклама и скучные сериалы.

  "Ах, Альберто! Вы должны понять меня" взывала к жгучему красавцу-плантатору знойная брюнетка.

  "Шербук выводит мяч ... и... Гол! А нет, не гол, уважаемые телезрители!"

  "Умри, сволочь! Сдохни!" тут я немного задержалась, но игра актеров через некоторое время показалась пресной, и я снова переключила канал. И так сто раз подряд, а потом еще сто, в обратном порядке и в надежде на то, что что-нибудь в этом мире изменится, и, наконец, покажут по нашему телевидению действительно нечто стоящее. Надежда умерла в муках.

  Выключив пульт, отбросила его в сторону. Да даже установка этого самого телевизора, и то была намного интереснее, чем последующие трансляции.

  Грустно посмотрела в окно. Тоскливо, уныло, муторно. Состояние погоды полностью отражало состояние моей души. Брата выписали еще утром, и он, заглянув ко мне на пару минут и записав новый номер телефона, клятвенно пообещал прийти завтра. Позже завалились рабочие и под строгим взглядом новоприобретенного отца установили напротив кровати плазму, не забыв так же установить и небольшую антенну за окном, а так же соединить все это чудо воедино. Вскоре я стала "счастливой" обладательницей кабельного телевидения. Баб Зине такой поворот конечно понравился, оказалось, она была ярой поклонницей сериала про Каменскую, я рада за нее в общем-то, в остальном же переключение пульта с одного канала на другой вносило хоть какое-то разнообразие в скучную лежачую жизнь.

  В таком темпе прошло два дня. Скуку разбавляли ежедневные посещения брата, хотя в последний раз мне показалось, что пришел он скорее по необходимости, чем по большому желанию. Он странно меня рассматривал, стараясь это делать как можно незаметнее, а когда я все же ловила на себе его взгляд, то он скользил глазами дальше, в сторону, как будто бы мне почудилось. Один раз приходила Машина мама, хотя сейчас она уже была моей, но называть эту женщину мамой я бы никогда не смогла, поэтому обращалась к ней нейтрально. В принципе и обращаться даже особо не пришлось, я больше слушала о ее делах в салоне, да сочувственно кивала о невозможности съездить в Париж на какую-то супер-пупер замечательный показ. Глеб больше не появлялся, и я его даже где-то понимала. Зачем приходить к неизвестному человеку, даже если он по какой-то странной причине является твоей невестой. Никому не нужный статус, ерунда, не стоящая внимания. так же не приходил больше и отец. выполнив свой долг по устройству меня болезной в лучших условиях, он, сославшись на занятость, испарился в далеких далях. И хорошо. Но мне было скучно. Ужасно скучно! Отвратительно скучно!

32
{"b":"558735","o":1}