ЛитМир - Электронная Библиотека

Желтый лист плывет.

У какого берега, цикада,

Вдруг проснешься ты?

Басё

– Анна Сергеевна, вы как?

– Ничего.

Анна Сергеевна, врач выездной бригады Скорой помощи привычно устроилась в кабине «Газели», пристегнулась, откинулась на спинку и прикрыла глаза. Хлопок двери заставил поморщиться – начинала болеть голова, и любой звук казался слишком громким.

– Все явились? – водитель заглянул в окошечко между кабиной и салоном, убедился, что фельдшер на месте и повернул в замке зажигания ключ. Белая с красным крестом машина медленно выехала из гаража.

Вечер стал продолжением дня. Вызовы разнообразием не отличались: гипертонические кризы, головная боль, температура. Ближе к ночи добавились любители протрезветь на свежем воздухе – добросердечные прохожие набирали ноль три, беспокоясь о прикорнувших в кустах нетрезвых согражданах.

Одних госпитализировали, другим оказывали помощь сразу. На станцию не возвращались, после каждого вызова Анна Сергеевна отзванивалась по рации и получала следующий. Бригада уже давно перевыполнила норму, но кого это волновало!

Фельдшер поставила металлическую укладку в специальное гнездо и высунулась в окошко:

– Анна Сергеевна! Надо вернуться, ящик заполнить.

– Ну, значит, возвращаемся.

Гараж пустовал, как всегда в это время. Люди возвращались с работы, и наступала пора недомоганий. Петр, водитель, покачал головой:

– Не успею термос залить.

– Успеешь. Я пока бумажки заполню.

Фельдшер потащила тяжелый ящик к окошку выдачи лекарств, а Анна Сергеевна пошла к регистратуре. Ей предстояло заполнить листы вызовов, которых набралась немаленькая кипа.

– Вы как? – фельдшер-регистратор кинула взгляд на подошедшего врача и снова застучала по клавиатуре. – Бледная все еще.

– Ничего, держусь. Сегодня последняя смена.

– Может, вызов оформить? Хоть отдохнете часок.

– Не надо. Машенька, постой! Дай, пожалуйста, градусник.

Фельдшер, тащившая укладку в машину, повернулась к регистратуре.

– Совсем плохо?

– Нормально. Угораздило же летом простыть. Хоть на больничный иди, перед отпуском-то. – Анна Сергеевна вернула градусник фельдшеру. – Сделаешь тройчатку?

– А может – домой?

– Я и так до двенадцати.

Укола хватило на несколько вызовов. Потом Анна Сергеевна сдала смену. Переоделась и собралась выходить.

– Подождите, может, сейчас вызов будет в вашу сторону! – ночью работы не стало меньше, разве что машины возвращались после каждого выезда, люди надеялись перехватить хоть пару часов сна.

– Нет, я пройтись хочу. Тут всего-то квартал. Да и не поздно еще, народу много на улице.

Но она переоценила свои силы. Прошла парк, пересекла двор. А у крыльца родного подъезда резко закружилась голова. В глазах потемнело, и Анна потеряла сознание.

Белый потолок, заклеенный обоями. Уголок справа отклеился, и с завитка свисала тонкая полоска паутины. Анна не убирала её – паучок был единственным существом, которому она позволила разделить с ней жилье.

Сегодня правило одиночества оказалось грубо нарушено. На кухне слышались шаги, кто-то старался не греметь посудой, но получалось плохо.

Анна лежала в собственной кровати и лихорадочно соображала, что же произошло. Потом, решившись выяснить все сразу, откинула теплое одеяло, которое почему-то укутывало её вместо легкого пледа, и попыталась встать. В глазах потемнело.

– Очнулись? – тихий голос произнес это слово с легким акцентом.

В дверях стоял незнакомый мужчина. Анна, не понимая, что чужак делает в её квартире, рассматривала его.

Высокий. Стройный… Спину держит очень ровно, как танцор или военный – Анна не смогла определить сразу. Судя по тому, как сидит одежда – джинсы с широким ремнем и облегающая футболка, незваный гость относился к разряду первых. Слишком уж тщательно подобранным казался наряд.

А мужчина, не смущаясь тем, что его так откровенно разглядывают, продолжал:

– Прошу прощение за вторжение. Но вы в буквальном смысле свалились прямо на меня, так что я счел своим долгом…

– Значит, дома я оказалась с вашей помощью?

– Да.

– А…

– Ключ лежал в кармашке сумочки. Адрес – в паспорте.

– Вы копались… – Анна задохнулась от возмущения. Но её негодование стало еще сильнее, когда она поняла, что одета в ночную сорочку. – И… кто меня переодел?

– Увы! – мужчина поставил поднос, который все это время держал в руках и пожал плечами. – Ничего другого мне не оставалось. У вас был жар, считайте, я первую помощь оказывал.

– И какую же? – испуг прошел, сменяясь злостью.

– Намочил ткань в холодной воде, сделал обтирание… Не вставайте так резко, голова закружится!

Он оказался прав. Откинувшись на подушку, возмущенная самоуправством Анна процедила:

– Я вам очень благодарна. Но, поверьте, моя признательность не будет иметь границ, если вы сейчас закроете за собой входную дверь. Замок сам захлопнется, а ключи, пожалуйста, положите на стол.

Мужчина улыбнулся и наклонился над ней, поправляя подушку:

– Мы поговорим об этом потом. Сейчас вам нужно поесть.

Анна вздрогнула и попыталась отстраниться. Получилось плохо. Мужчина наклонился ниже, окутав легкой дымкой аромата.

Приятной. И ненавязчивой. Одежда простая, а туалетная вода дорогая, качественная. Анне нравились такие вот запахи: обволакивающие, спокойные. Они создавали ощущение защищенности. Но не в этой ситуации.

– Вы…

– Мы поговорим после того, как вы позавтракаете. Хорошо?

Мужчина взял с подноса пиалу.

– Давайте, я покормлю.

– Может, я сама? – Анна лихорадочно вспоминала курс психологии. Ни в коем случае не злить сумасшедшего! Она уже начала сомневаться в здравом уме собеседника.

– Позвольте мне, – мужчина зачерпнул из пиалы и подул на ложку.

Глядя, как непринужденно он устроился на краю кровати, Анна решила, что первое впечатление оказалось верным – танцор. Вон, как держит чашку.. и ложку. Грациозные движения завораживали, заставляя забывать о том, что человек может оказаться маньяком.

Анна очнулась только, когда край ложки раздвинул враз пересохшие губы:

– Это… что?

– Суп. Тут креветки и морская капуста. Хорошо силы восстанавливает.

Анна с опаской попробовала. Вкус удивил. Пряный, приятный. Но вот к какой кухне относится, определить не удалось. А мужчина снова протянул полную ложку.

Пришлось есть. Глотая наваристый бульон, Анна смогла хорошо рассмотреть того, в чьей власти оказалась.

Чужак оказался очень красив. Идеальная стрижка подчеркивала правильный овал лица. В безупречных чертах проскальзывало что-то азиатское, но очень слабо. Ровно настолько, чтобы придать облику мужчины пикантность, не испортив общее впечатление совершенства.

Но выражение лица казалось необычным. Анна присмотрелась.

Глаза. Иссиня-черные, бездонные. Солнце, проникающее сквозь щели жалюзи, высекало в них холодные искры. Они придавали мужчине неприступный вид.

– Вы так смотрите… Я вам нравлюсь?

– Ну…– Анна вытерла рот салфеткой. – Скажем: могли бы. Но меня не интересуют мужчины.

– Вам нравятся женщины? – он встревоженно вскинул на неё взгляд.

– Нет, – Анна спокойно взяла из его рук стакан с соком и, не торопясь, выпила. – Они меня тоже не интересуют.

– Разве так бывает? – мужчина выглядел озадаченным.

– Конечно. Но давайте перестанем обсуждать мои сексуальные предпочтения, хорошо? Я поела. Теперь, как и договаривались, закройте дверь снаружи.

– Да-да, разумеется, – он аккуратно поставил посуду обратно на поднос. – Но вам нездоровится. Я не могу оставить вас одну в таком состоянии. Отдохните, а потом поговорим… Хорошо? Отдыхайте.

Анна хотела возмутиться. Даже вскочить, чтобы своими руками вытолкать нахала за дверь. Но мягкий голос обволакивал уютным пледом, заставляя истому разливаться по утомленному борьбой с болезнью телу. Сил не хватило даже одеяло откинуть.

1
{"b":"558745","o":1}