ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Прервал ее размышления телефонный звонок. Она вышла в коридор, где на тумбочке стоял кнопочный японский аппарат. Беря трубку, она думала, кто бы это мог быть в такую рань. Может, Рустам, голубчик, объявился?

— Извините, можно Рустама Абдураззакова, — послышался в трубке незнакомый мужской голос.

— Его нет.

— А где он?

— Не знаю. Ушел.

— А вещи какие-нибудь оставил?

— Оставил, — тут Наташа взорвалась. — Слушайте, вы звоните спозаранку, будите, задаете какие-то вопросы. Не знаю я, где он!

Наташа разозлилась. Мало того, что Рустам заехал на полчаса, оставил свой саквояж и исчез. Так он еще и всем телефон ее раздает!

Она допила кофе, вымыла посуду, надела легкое платье (сегодня наконец-то пришло долгожданное майское тепло), причесалась, накрасила губы помадой, подвела голубыми тенями веки. Противный цвет, покойницкий оттенок лицу придает, но ничего не поделаешь — так модно. Она уже собралась уходить, сунула в сумку папку с материалами, и тут в дверь постучали. Звонок сломался, так что приходилось барабанить по двери.

За дверью стоял высокий, с литыми плечами мужчина, одетый в джинсы и ветровку, за ним еще двое — один невысокий, тучный, как Гаргантюа, второй — молодой, худой, как тростиночка, в элегантном костюме, при галстуке.

— Вам кого? — привычно холодно осведомилась Наташа, хотя сердце ее екнуло. Никого из этих мужчин она раньше в глаза не видела. Неужто грабить? Судя по газетам, теперь такое не редкость. Но эту мысль она тут же отогнала от себя как абсурдную. На грабителей визитеры не очень походили. Ну а хотя бы и грабители — все равно в ее квартире нечем разжиться. Разве что магнитофоном, который она из Англии привезла.

— Нам вас, Наталия Васильевна, нужно, — сказал мужчина в ветровке. — Хотим переговорить.

— Я вас не приглашала. Так что в другой раз, опаздываю.

Наташе хотелось на ком-то сорвать накопившееся раздражение, поэтому с визитерами она не церемонилась. Она сделала шаг на лестничную площадку, собираясь захлопнуть дверь. Если уж очень им нужна, пусть здесь объясняются.

— Нам очень нужно поговорить, — мужчина в ветровке мягко отстранил ее и прошел в прихожую.

— Что вы себе позволяете?.. Я… Я ведь закричать могу. Милицию позвать.

— Считайте, что дозвались, — мужчина вынул из кармана красную книжечку. — Подполковник Крымов, уголовный розыск.

Этого еще не хватало. Наташа набрала воздуху, намереваясь сказать многое. Например, что мышиная милицейская форма — еще не основание, чтобы отрывать ее от дел. Что она опаздывает в библиотеку, так как пишет диссертацию, в которой ни один милиционер ничего не поймет.

Но секундный порыв прошел. Надо же узнать, зачем они пришли. Может, что-то важное. Кроме того, к ней милиция обращается первый раз в жизни, и сразу указывать на дверь — неразумно, хотя бы с познавательной точки зрения.

— Что вы хотите от меня, господин подполковник?

В эти слова ей хотелось вложить побольше язвительности.

— Далеко собрались? — Крымов кивнул на чемодан, стоявший в коридоре у стенного шкафа.

— В Антарктиду.

— А, понятно. Рустам вам оставлял что-нибудь?

— Не оставлял. Слушайте, я же вас спросила, что вам от меня надо.

— А ведь это его чемодан, — задумчиво произнес Крымов.

— Ну, его. И что с того?

— Посмотреть бы содержимое.

— Ничего не выйдет. Ничего я вам не дам смотреть без разрешения Рустама.

— Считайте, что он нам это разрешение дал, — Крымов вынул из нагрудного кармана ветровки фотографию с места происшествия и протянул Наташе.

— Ох, — воскликнула она от неожиданности, узнав в обезображенном трупе Рустама. На секунду ей захотелось броситься на диван и завыть по-бабьи, во весь голос, но сработала привычка во всех ситуациях владеть своими эмоциями. Рустам погиб. Жаль, конечно, но в конце концов это не самый близкий для нее человек. Нужно вести себя спокойнее, не ныть, не заламывать руки и не рвать на себе волосы. Просто выкинуть все это из головы, постараться забыть.

— Искренне выражаю вам сочувствие, Наталья Васильевна, — церемонно произнес Крымов, отметив про себя, что аспирантка не слишком убивается по своему приятелю.

— Коля, найди понятых, — обернулся он к парню в галстуке и костюме.

Коля появился минут через пять с двумя старушками-пенсионерками, проживающими в квартире этажом выше.

Крымов вытащил перочинный нож и занялся чемоданом. Замки щелкнули. Чемодан оказался доверху набитым пакетиками с белым порошком. Крымов вскрыл один, попробовал на язык и удовлетворенно кивнул:

— Гашиш.

— Ну вот только этого мне для полного счастья не хватало, — всплеснула руками Наташа.

Изъятие было оформлено по всем правилам. Коля — стажер из прокуратуры, включенный в следственную группу, оформил протокол, опечатал чемодан, дал расписаться и в документе, и на бирке хозяйке квартиры и понятым.

Старушки, перешептываясь, удалились. Сегодняшнего происшествия им хватит для обсуждения на полгода, и очень сомнительно, что предупреждение о неразглашении тайны следствия возымеет на них действие.

Когда дверь за ними захлопнулась, Крымов пододвинул кресло к дивану, на котором сидела, закинув ногу на ногу и поджав губы, Наташа.

— Наталья Васильевна, вы должны нам помочь. Мне хотелось бы, чтобы вы подержали это зелье после экспертизы у себя денька два.

— Что? Только об этом всю жизнь и мечтала, — Наташа вышла из себя, а в этом случае вести с ней конструктивную беседу было довольно затруднительно. — Я в ваши гангстерские истории полезу!

— Наташа, мы очень нуждаемся в вашей помощи. Вы должны помочь изобличить опасных преступников, убийц. Подумайте, сколько зла они могут еще причинить. А сколько уже причинили.

Наташа иронично хмыкнула.

— Наталья Васильевна, это же ваш гражданский долг.

— Вы еще моральный кодекс строителя коммунизма вспомните. Что я, дурочка, в такие дела лезть!

Невежливый тон сидящей перед ним женщины ничуть не пронимал Крымова. Но она могла перечеркнуть возникший у него в голове план. Этого он допустить не мог. Такую категорию людей он знал неплохо и умел при необходимости надавить на них.

— Ну зачем же грубить, Наташенька? Ваша беда, что вы, как и многие одинокие женщины, злы на весь мир и скрываете это за внешней холодностью и грубостью. Все кому-то что-то доказываете, а зачем? Все ваши амбиции гроша ломаного не стоят.

Наташа задохнулась от возмущения. Больше всего ее задело то, что этот милиционер сказал истинную правду. Он, пожалуй, единственный, кто так сходу смог разгадать ее, не обманулся маской снежной королевы. В пять минут раскусил, телепат чертов!

— Все, разговор окончен!

— Вы так считаете? — голос у Крымова стал мягким и вкрадчивым, вместе с тем в нем ощущалась нешуточная угроза. — Ошибаетесь. На вашем месте я не стал бы ссориться с уголовным розыском. Ну хотя бы потому, что вам нужно будет доказать, что к наркотикам вы не имеете никакого отношения. Нашли-то их в вашей квартире. Кстати, вы часом «дурью» с Рустамом не приторговывали, а?

— Что? — Наташа, ошарашенная, уставилась на Крымова. Тот говорил малопонятные, дикие вещи. Такой поворот никогда бы ей и в голову не пришел. Господи, торговала этой, как ее, «дурью», с Рустамом на пару! Ерунда какая-то.

— А что вас удивляет? Ну хорошо, не посадят вас, так еще долго придется отмываться, убеждать всех, что сами «косяком», ну, наркотиками то есть, не злоупотребляли. Представляете, какой шум поднимется на работе, когда там случайно узнают обо всем. Позор-то какой, Наташенька.

Крымов видел, что нарочитый цинизм его слов и угроза в них начинают пронимать Наташу, чего он и добивался всем этим разговором.

— Шутите?

— Конечно, шучу. У меня таких шуток богатый набор. Например, статья в городской газете с описанием этой истории.

— Хватит! — крикнула Наташа и закусила губу.

Она почувствовала, что не в состоянии противиться этому человеку…

* * *
14
{"b":"558746","o":1}