ЛитМир - Электронная Библиотека

В этот момент он уже открывал соседнюю дверь Стива, ему было не до моей вежливости.

Я вышел с тарелками в руке и влился в поток себе подобных. Перед обедом у обитателей заметно улучшилось настроение. На пути к кормушке я встретился с соседом Стивом.

— Как поживаешь, Сергей? — приветствовал он меня.

— Не так уж плохо. Хочу пойти на занятия, кому следует подавать заявку? — спросил я.

— Хорошая идея, Сергей! Там здорово убивать время. Полдня пролетает незаметно! — комментировал Стив. — Заявку о своём намерении можешь вручить любому офицеру или бросить в тот ящик для всяких заявлений, — указал он на деревянный ящик на стене.

Находясь уже в очереди у раздачи обедов, я заметил, что блюда были в ассортименте (точно, как в студенческой столовке) и потребители могли что-то выбирать. Двое-трое тюремных служащих присматривали за процессом раздачи. Когда подошла моя очередь, я вручил тарелки раздающему, назвал свой номер и указал на жареный картофель, курицу и салат. Тот сделал отметку в списке, взглянул на меня.

— Возьми у офицера меню, — указал он на служащего со списком в руке, стоящего на выходе от кормушки.

Отходя с полными тарелками в руках, я приостановился у офицера. Я заметил, что заключённые предпочитают обращаться к ним как governor (управляющий, смотрящий за порядком).

— Извините, — обратился я к нему по-граждански, — могу я получить меню?

— Твой номер? — отозвался тот. И услышав номер, отыскал меня в списках. — Вскоре получишь меню на следующую неделю. А эти дни пока будешь получать, что дают. ОК? — ответил он.

— ОК, — согласился я, не совсем понимая существующий порядок. И отвалил со своей горячей обеденной порцией.

Несколько тюремщиков ходили от камеры к камере и закрывали двери за входящими. Только я вошёл в свою камеру, как перед дверью возник служивый, с заботливым намерением запереть меня для спокойного приёма пищи.

— Один момент! — остановил я его. — Примите мою заявку на посещение уроков, — передал я ему анкету.

— ОК, — принял он бумажку, и захлопнул дверь.

Я сосредоточился на поглощении и оценке тюремного обеда.

Вкусовые качества продуктов питания в этой тюрьме приблизительно сравнимы со средней студенческой столовкой в городе Одессе, в брежнёвские и горбачевские времена, т. е. до развала СССР.

27

Когда пишешь Члену Парламента, указывай свой последний домашний адрес…

Наступила тишина. Заключённые, приняв обед, вероятно, заняли горизонтальное положение и закурили. Спустя часок снова послышался шум открывающихся дверей. Насколько я понял, учащиеся уходили на послеобеденные занятия. Меня это пока не касалось и никуда не хотелось идти. Я с удовольствием завалился на нары, подыскал радиостанцию и вскоре провалился в сон. После пережитых стрессов и бессонных ночей я, наконец, почувствовал себя, как дома. Я лишь лениво подумал о сдыхающих батарейках в моём радио, о потребности посетить библиотеку и о замысле — описать свои островные приключения… Поймал себя на мысли, что ищу уважительную причину отложить это грандиозное дело. Факт отсутствия в камере компьютера позволил мне успокоиться и со спокойной совестью просто отдыхать от всего и всех.

Из состояния сна меня вывел возникший шумок за окном. Моя камера находилась на первом этаже, и я отчётливо слышал шорохи шагов и голоса за окном.

Выглянув наружу, я увидел процедуру прогулки. Заключённые, группками и по одному, вышагивали по периметру квадратной асфальтированной площади, окружённой тремя корпусами и высокой оградой. Некоторые разделись по пояс, выставив солнцу свои татуировки, кто-то, вместо пешего хождения, присел в тени на асфальте. Прогулка совмещалась с общением. Я сразу определил, что это народ не из нашего корпуса. Прогулка продолжалась с полчаса. Вскоре стали и нас выпускать, сначала лишь из камер. Любители бильярда кинулись к столу и застучали шарами. Я услышал, как кто-то выкрикнул команду: Library.[78] Это служащий призывал желающих посетить читальню. Я присоединился к трём ходокам-читателям. Мне напомнили, что следует взять с собой свою карточку как удостоверение личности.

Дежурный, с помощью связки ключей, провёл нас сквозь несколько запертых заграждений в библиотеку и предоставил нам время осмотреться и что-то выбрать.

Я обнаружил секцию русскоязычной литературы и приятно удивился содержанию. Выбрал Булгакова «Мастер и Маргарита».

Эту книгу я читал однажды, будучи ещё студентом, в условиях общежития. Это был некий самиздат, вручную переплетённый в безликое подобие книги. Дали мне это лишь на пару дней. В спешном чтении я вынес из этого лишь некое представление о странном сюжете. Теперь же я имел идеальные условия для знакомства с произведением.

Я подал выбранную книгу и личную карточку библиотекарю, тот внёс данные в свой компьютер и пожелал удовольствия от чтения.

Вернувшись в наш корпус, я занёс книгу в камеру. Во дворе уже никого не было, прогулка соседей окончилась. Стали выводить и нас на прогулку. Тех, кто отказывался гулять, закрывали в камерах. Пару служащих стояли на выходе, регулировали поток и пересчитывали баранов.

Я встретился с соседом Стивом и вышагивал с ним по кругу. Из другого соседнего корпуса тоже выпустили заключённых, и они присоединились к нам. Корпуса обозначались как Wing[79] A, B, C. Средний возраст заключённых — до тридцати лет.

Прошагав по кругу минут пятнадцать, нам надоело это занятие, и мы приостановились в тени. Стив вяло рассказывал мне о своих туманных перспективах скорого освобождения. Меня удивило его безвольное настроение по отношению к ожидающим его на свободе задачам. У него не было сбережений для аренды жилья, и он понятия не имел, где мог бы остановиться на первое время и как побыстрее трудоустроиться. Особенно меня удивила его готовность совершить какое-нибудь мелкое правонарушение, чтобы снова вернуться на службу к Её Величеству (так официально обозначалась процедура отбывания срока в тюрьме Её Величества).

— Стив, тебе следует начать уже отсюда переписку, переговоры с потенциальными арендодателями и работодателями, налаживать какие-то отношения с людьми на свободе, — советовал я.

— Понятия не имею, к кому я могу обратиться, — пожал он плечами.

— Для начала свяжись с социальными службами, я видел на информационной доске адреса и телефоны, куда можно постучать по вопросам социальной помощи, — продолжал я.

Стив не проявил интереса.

Я вспомнил о жуках, попрошайничающих на выходах из станций лондонского метро. По вечерам они стояли и спрашивали у выходящих из станции проездные суточные билеты, которые ещё можно кому-то продать или самим использовать до истечения суток и закрытия метро. Хотел подсказать ему о такой реальной работёнке. Но не успел.

— Вон Дима, я тебе говорил о нём, — сменил тему Стив, указав мне на парня лет двадцати пяти, внешне ничем не отличавшегося от других заключённых. В этот момент он отделился от двух попутчиков по ходьбе и осматривался, где бы приостановиться в тени. Стив окликнул его и махнул рукой, призывая присоединяться. Тот охотно направился к нам.

— Привет, — обратился он к нам двоим, и присел рядом.

— Мой сосед, — представил меня Стив, ожидая от нас взаимной радости от этой встречи.

— Недавно поселился? — спросил меня Дима, продолжая говорить по-английски.

— Вчера, — ответил я.

— Дима, отгадай, откуда он, — решил развлечься Стив.

Дима лишь взглянул на меня, пожал плечами и безразлично спросил тем же английским языком;

— Тебя за что?

— Поддельный паспорт.

— Где тебя задержали? — проявил он интерес ко мне.

— Аэропорт Гэтвик.

— Так как ты думаешь, Дима, откуда он? — снова возник Стив со своей игрой.

— Звучит как француз или… — пожал плечами Дима, поглядывая на меня.

— Он русский! Можешь говорить с ним по-русски, — объявил новость, довольный, как ребёнок Стив.

вернуться

78

библиотека.

вернуться

79

крыло

138
{"b":"558763","o":1}