ЛитМир - Электронная Библиотека

Посовещавшись, я понял, что Тигр хочет попроситься в одну камеру со своим другом индусом. Они просили меня изложить их просьбу дежурному надзирателю.

Я согласился поучаствовать, но предположил, что едва ли те станут что-то делать в период карантина.

К надзирателю мы подошли все трое.

— Мы хотели бы попросить вас кое о чём, — обратился я к незанятому тюремному дяде, пожилого возраста.

— Слушаю вас, джентльмены, — с доброй иронией отозвался тот.

— Этот приятель, — указал я на затравленного Тигра, — попал в камеру с интенсивным курильщиком. Это убивает его. Ко всему, он не может уладить этот вопрос с курящим соседом, по причине полного взаимного непонимания. Вы посадили в одну камеру некурящего шри-ланкийца и курящего японца. Это недоразумение может привести к непредсказуемым последствиям… — молол я, наблюдая за реакцией невозмутимого надзирателя.

— К чему это может привести? — флегматично поинтересовался надзиратель.

— Если ему там нечем дышать, и он не знает, как долго это будет продолжаться, он может… Ну, кто его знает, взглянул я на Тигра, — может и с собой покончить.

Надзиратель, услыхав о самоубийстве, внимательно присмотрелся к Тигру.

— Скажи ему, пусть потерпит пару дней. Завтра вас проинструктируют и переселят. ОК? — ответил он, — Пожалуйста, объясни ему это! — строго попросил надзиратель.

— Я передам ему, — обещал я. — Эти парни хотели бы сидеть в одной камере, — указал я на индуса и Тигра.

— Хорошо, джентльмены! Можете прямо сейчас сделать письменную заявку об этом. Тогда, вашу просьбу точно учтут. И постараются выполнить, — выдал он нам бланк, и указал на ящик на стене, где следует оставлять свои пожелания Деду Морозу.

— Спасибо, — ответил я, и мы отвалили.

Я коротко объяснил им ситуацию. Тигр или не всё понял, или не мог потерпеть пару дней, как его просили. Он скис.

Я сам коротко написал, что такой и сякой, прибывшие из НМР Льюис, оба — некурящие, очень просят разместить их в одной камере. Просил их лишь вписать свои имена и номера.

Закончив с этим, я сам отправил записку в ящик пожеланий и жалоб.

— Well done, mate![112] — одобрительно рявкнул мне надзиратель, наблюдавший за нашими действиями. (здесь слово mate — приятель, трансформировалось в inmate — житель, обитатель. Так и обозначали заключённых).

На первой же прогулке во дворе я познакомился с тремя русскоговорящими ребятами. А мои индусы тоже встретили своего земляка, их стало трое.

Ребята интенсивно расспрашивали меня; откуда я, и как сюда попал. Я отвечал неохотно, так как мне уже изрядно надоело отвечать на эти вопросы. Ссылался на избыток времени и возможность поговорить обо всём вскоре. О них я успел узнать, что двоих сюда отправила миграционная служба, и они ожидают решений о депортации или предоставлении какого-то статуса и освобождения. А вот третий — из Латвии, попал по уголовному делу, и ожидал суда с заметным напряжением. Все трое были курящими, и я пока не рассматривал кого-либо из них, как возможного соседа по камере. От них я узнал, что условия в их общем крыле ничем не отличаются от тех, в которых я сейчас пребывал. Двухместные камеры с открытым туалетом за перегородкой, телевизора нет. Я начал подумывать о своём чёрном соседе, тихо лежащем под простынёй, как субъекте, с которым можно и далее делить камерное пространство.

Процедура нашего ознакомления с услугами спортивного зала, библиотеки и отдела образования прошла в течение нескольких часов. Всё выглядело также убого, как и камеры с туалетами на жилой площади.

Мой сосед, вынужденный ознакомиться с правилами и условиями содержания, наконец, вылез из-под простыни. После этого, он даже что-то съел. А затем, и разговорился. Он стал тщательно, с мылом, мыть своё лицо, словно желая стать светлее. Но вскоре, после мытья, его чёрное лицо снова блестело от жира. Он ругался на плохую пищу, и постоянно вытирал лоснящуюся физиономию туалетной бумагой.

— Ты говоришь по-английски? — спросил я его шутливым тоном.

— Я прожил в Англии шесть лет, — ответил он, улыбнувшись.

— Я слышал, как ты говорил по-французски.

— Французский — мой родной язык.

— Откуда ты? — удивился я.

— Заир. Едва ли ты знаешь о такой стране, — ответил сосед.

— Чувак! Тебя ещё не было на этом свете, а в моём детском альбоме для почтовых марок уже была марка почты СССР с портретом Патриса Лумумбы[113] — первого премьер-министра колониальной республики Конго. А с 1971 года это государство было переименовано на Заир. Советский Союз осуждал Бельгийские службы за расправу над борцом за независимость…

— Приятель! Ты первый в этой стране, кто знает о Патрисе Лумумба, — удивился сосед. — Для этого мне надо было попасть в эту поганую тюрьму, чтобы услышать здесь от соседа по камере доброе слово о Патрисе Лумумба! — заговорил он.

— Если ты не против, я буду звать тебя — Лумумба, — предложил я.

В ответ, он лишь пожал плечами.

— Или ты хочешь, чтобы я звал тебя Мобуту?

— Нет, нет! Лучше зови меня Лумумбой, — отказался он. — Почта СССР выпускала марки и с портретами Мобуту? — поинтересовался он.

— Марки такой я не имел. Не знаю. Слышал только, что этот государственный деятель кушал своих подданных. Это правда?

— Да уж! Свидетелем я не был, но так говорят, — скромно признал сосед факт каннибальства на родине.

Точные обстоятельства смерти П. Лумумбы были долгое время неизвестны широкой общественности. По некоторым данным прессы, уже во время полёта в Тисвилл он был настолько избит что умер сразу же по приземлении самолёта. Однако сын Патриса Лумумбы, Франсуа, подал запрос в Бельгию, с целью выяснения обстоятельств смерти своего отца. И только спустя 41 год после события, специальная комиссия бельгийского парламента восстановила обстоятельства, сопутствовавшие смерти П. Лумумбы.

Согласно выводам комиссии, Лумумба и его соратники были арестованы сообщниками Мобуту и депортированы самолётом к Моизу Чомбе в Катангу, где были помещены в лесную хижину. Лумумба и его единомышленники — Окито и Мполо подверглись пыткам. После чего их посетили их политические соперники — Чомбе, Кимба и бельгийские политики, для того, чтобы оскорбить и оплевать их. 17 января 1961 года Лумумба с соратниками были расстреляны катангийскими солдатами, состоявшими под командованием бельгийских офицеров, и закопаны на месте расстрела. Чтобы скрыть содеянное, трупы были эксгумированы спустя несколько дней. Тело Лумумбы было расчленено, растворено в кислоте и после этого останки были сожжены.

Убийство было приписано жителям деревни. Большая часть средств информации, однако, приписывала убийство Чомбе.

В заключительном отчёте — комиссия пришла к выводу, что король Бельгии Бодуэн знал о планах убийства Лумумбы. Также было установлено, что бельгийское правительство оказывало транспортную, финансовую и военную помощь силам, враждебно относившимся к Лумумбе. Большая часть вины была приписана непосредственно королю Бодуэну, который, предположительно в обход политических институтов, проводил свою собственную колониальную политику.

Последующие расследования приходили к выводу, что убийство Лумумбы было заказано непосредственно правительствами Бельгии и США и исполнено силами ЦРУ и местных помощников, финансируемых из Брюсселя и Вашингтона.

Существуют документы, указывающие на то, что президент США Дуайт Эйзенхауэр уже в августе 1960 г. отдал приказ ЦРУ ликвидировать Лумумбу при помощи яда.

Документальный фильм «Убийство в колониальном стиле» (режиссёр Томас Гифер) 2000 года — расследует события тех дней, на основе интервью со многими бывшими сотрудниками и офицерами ЦРУ, и бельгийской службы безопасности.

В интервью многие из них впервые признались в том, что лично участвовали в убийстве и последующем устранении останков Лумумбы и его соратников (в том числе и при помощи кислоты). Один из офицеров до сих пор хранит передние зубы Лумумбы, которые он предъявил перед камерой.

вернуться

112

Хорошо сделано, приятель!

вернуться

113

Патрис Эмери Лумумба (фр. Patrice mery Lumumba 2 июля 1925 года — 17 января 1961 года) — конголезский политический и общественный деятель лево-националистического толка, первый премьер-министр Демократической Республики Конго после провозглашения её независимости в июне 1960, национальный герой Заира, поэт и один из символов борьбы народов Африки за независимость. Основатель (1958 г.) и руководитель партии Национальное движение Конго.

173
{"b":"558763","o":1}