ЛитМир - Электронная Библиотека
Картина вторая

Кабинет директора рудника, Николая Порфирьевича Фурегова, помещающийся в новом здании рудоуправления. В одном из кресел, стоящих перед директорским столом, сидит Безуглый с папкой «для доклада». Входит Вера. Увидав, что Безуглый в кабинете один, она останавливается у двери.

Входит Вера. Она в форме горного инженера третьего ранга.

Безуглый. Проходите, проходите, Вера Ивановна. Вы — по какому делу?

Вера. Принесла свой проект, с поправками.

Безуглый. Скоро же вы справились. Ведь совещание было в понедельник… Два дня.

Вера. Живу этим проектом, Владислав Сергеевич. А где же директор?

Безуглый. Вышел в диспетчерскую. Очень жаль, что я не могу вам его заменить.

Вера. Да, не можете. (Садится.) А вам скорее пошло бы сидеть в этом кресле. (Указывает на кресло директора.) У вас такой… внушительный вид.

Безуглый. Нет, с некоторых пор моя стихия: тишина и глубокая душевная работа. В этом же кабинете я ни на одном совещании не высиживаю больше часа. Уважаемый Николай Порфирьевич глух, как стена. Все телефоны у него звонят, как пожарные колокола. Радиоприемник ревет на весь рудник. А когда говорит сам Николай Порфирьевич, мне так хочется заглянуть ему в горловой аппарат, не скрывается ли там особый звукоусилитель. Если бы я занял этот кабинет… впрочем, я ни за что не согласился бы на это! Я это говорю лишь к тому, что в моем кабинете, в главке, всё было иначе… (Вздыхает). Когда меня… когда мне предложили другую работу, в мой кабинет сел какой-то ортодокс. Я в первый же день убрал мой толстый ковер, зуммерные телефоны сменил на звонковые.

Вера. Печальные воспоминания.

Безуглый. Как полна еще наша жизнь всякими странностями. Я решительно рос, я заведывал крупнейшим отделом главка и вдруг… Оказывается, у меня были враги, о которых я и не подозревал. Когда человек идет вверх, появляется масса завистников и недоброжелателей. Нет, я больше не хочу сидеть в высоком кресле.

Вера. Вы — тоже по делу?

Безуглый. Ставлю вопрос о внедрении многозабойного метода бурения.

Вера. Все еще ставите вопрос? На всех заседаниях болтаем о новаторстве, изобретательстве, рационализации. А где же дело, дело где?!

Безуглый. Ой, ой! Ради бога, тише. Не горячитесь. Это так несимпатично.

Вера. Я надеюсь, вы обеспечиваете Илье Буторину хотя бы два-три забоя в смену?

Безуглый. Я… я делаю все возможное.

Вера. Вот это действительно несимпатично. А вы должны это делать.

Безуглый. Я ставлю вопрос шире: надо внедрять многозабойный метод вообще, не только для машины Буторина.

Вера. Хотя бы раз от своего заоблачного «вообще» снизойдите к частностям жизни рудника. Ведь что такое машина Буторина? Поймите, — это знамя многозабойного метода, это техника для проходки квершлага. А вы, начальник отдела организации труда, на совещании даже словом не обмолвились об этом.

Безуглый. Но здесь-то уже не совещание, а вы все еще нервничаете. Должен сказать, вы защищаете Буторина так рьяно, как… как Буторин — вас.

Вера. Ну, что ж, у нас одна дорога, Владислав Сергеевич.

Входит Фурегов.

Фурегов. Не диспетчерская, а сборище бездельников.

Вера. Здравствуйте.

Фурегов. А, добрый день. (Включает радио.) Нервы, нервы, дьявол их возьми, простите меня. (По радио передается какая-то мощная симфония. Приемник гремит.)

Безуглый(поеживаясь). Да, музыка действует успокоительно.

Фурегов. Вы, Владислав Сергеевич, пришли первый, но, как говорится, дорогу женщине.

Безуглый. Я готов обождать, только если вы выключите эту… бурю.

Фурегов. Пожалуйста, пожалуйста. (Выключает радио.) Такой интеллигентный человек, и не любит музыку! Слушаю вас, Вера Ивановна.

Вера. Я учла все замечания, которые были высказаны на совещании по моему проекту, и принесла его вам с поправками. Думаю, что теперь можно говорить о практической стороне вопроса. (Передает проект Фурегову.)

Фурегов(кладет на стол проект). Говорить, конечно, можно.

Вера. Я имею в виду ваше положительное решение.

Безуглый. Пора, давно пора.

Фурегов. Посмотрим, посмотрим.

Вера. Мне кажется уже достаточно смотрели. Вот вам иллюстрация к нашему позавчерашнему совещанию. Газета «Уральский рабочий», посмотрите… (Передает Фурегову газету.) Как разнесли руководство Корунинского рудоуправления. А за что? За то же самое… Выборочная выемка только богатых руд, по сути — хищническая эксплоатация. Будто про нас написано.

Фурегов(просматривая газету). Разумеется, сплошная, валовая добыча всей рудной массы — единственно правильная система эксплоатации… (Мечтательно.) Если к тому же построить обогатительную фабрику…

Вера. Конечно же! Обязательно надо строить. Большую, мощную!

Фурегов(увлекаясь). Да, да… Хорошо бы. Ах, как хорошо! Согласен ведь, и я с вами согласен. (Расчувствовавшись.) Дорогая Вера Ивановна, я всегда прислушиваюсь к голосу товарищей. Я же не какой-нибудь Грудищев, или как его? Знаете, директор Корунинского рудоуправления? (Указывает на газету.) Это же феодал! Критика, предложения — для него пустые звуки. Я! Я! Я! Сплошное ячество. Все — единовластно. Никого, нахал, не признает.

Безуглый. Слетит.

Фурегов. Определенно. А я… вот, понимаете, всей душой с вами.

Вера(обрадованная). Николай Порфирьевич… Если бы вы знали!.. Ну, спасибо вам. Этот проект — моя первая большая работа!

Звонок телефона.

Безуглый. Т-с, междугородняя…

Фурегов(снимает трубку). Москва? Да, да, слушаю… Кто? Начальник главка? Есть. Да, Фурегов у телефона. Здравия желаю, товарищ Курбатов. Что? Даем, даем. А? На то и трудности, чтобы их преодолевать. Кто сказал? Да я и говорю. (Невесело смеется.) Будем нажимать. Есть! До свидания. (Опускает трубку.) Вот вам и клюква… Мало, говорит, руды даете. Куда тут с проектами…

Вера(с тревогой). Николай Порфирьевич… Ведь вы только что… так по-человечески…

Фурегов. Да вот видите, как нас план поджимает. (Ворчливо.) Человечески… А сколько мы сможем проходить в месяц? Не больше семидесяти метров. Значит, ваши четыреста метров я буду долбить шесть месяцев. Это же… разор!.. Я провалю план, с треском.

Вера. С буровым агрегатом мы пройдем квершлаг за один месяц.

Фурегов. Это еще… вилами по воде писано. А я за шесть месяцев новую шахту построю!

Вера. Надо полагать, на участке богатых руд?

Фурегов(обозленный). Да, богатых! (Крякнул, оборвав себя.) Если каждый инженер и каждый проходчик будут мне диктовать… (Снова сдерживая себя.) Давайте ваш проект.

Вера. Он у вас на столе.

Фурегов. Хорошо, посмотрю. До свидания.

Вера. До свидания. И не забудьте все-таки до конца дочитать статью в газете. (Уходит.)

Фурегов(больше недовольный собою, чем Верой, с глухим раздражением). Эти вчерашние студенты думают, что их ближайшая задача — перевернуть мир верх тормашками. А наломают бока на практике — совсем другими становятся. Шутка сказать, она предлагает проходку квершлага. А что это значит? Лучшие проходческие бригады занять по существу на подготовительных работах, бросить туда подсобные силы, оборудование, оголив основные участки. И когда?! Когда решается судьба плана добычи. Бред!

4
{"b":"558772","o":1}