ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
S-T-I-K-S. Огородник
Viva la vagina. Хватит замалчивать скрытые возможности органа, который не принято называть
Вторая жизнь Уве
Затворница
Лекции по русской литературе
Отель «Большая Л»
Химчистка на вашей кухне. Все для идеальной чистоты дома. Моем, чистим, полируем своими руками
Первый человек. Жизнь Нила Армстронга
Наследник старого рода
A
A

— И папу! Папочку я тоже люблю.

Я взглянула на Макса, он выглядел совершенно растерянным. Он открывал и закрывал рот, просто потеряв дар речи.

— Папочка тоже любит тебя. А теперь, марш в кровать, — сказала я, снова поцеловав дочь.

Она уютно свернулась клубочком, и я вышла из комнаты, закрыв за собой дверь. Макс стоял в коридоре и смотрел на свои сжатые кулаки.

—Ну и как ты себе это представляешь? — прошипел он.

— Что именно?

— Быть ее отцом. Быть хорошим отцом. Я даже жизнь ребенку не спас, Колокольчик. А что, если бы на месте той девочки, была бы она?

— Макс, — сказала я, делая несколько шагов к нему. — Я даже не могу представить, что испытывает человек, который видит, как на его глазах умирает ребенок. Но это была не твоя вина, Макс. А, знаешь, чья? Ее родителей. Потому что, это они не защитили ее должным образом. Разве ты бы смог когда-нибудь подвергнуть ребенка такой опасности?

— Никогда.

— Тогда не позволяй своему страху брать над тобой верх. Ты ей нужен, ты же знаешь.

— Думаю, что она тоже мне нужна, и это чертовски меня пугает.

— Мне тоже страшно, но, судя по всему, сегодня я совершила самый лучший поступок в жизни, черт возьми.

Он взглянул на меня.

— Ты меня пугаешь.

Его голос охрип, и я нервно сглотнула комок в горле:

— Да. Похоже, что я чувствую то же самое.

Он пристально смотрел на меня.

— Тебе нужно хорошенько выспаться. Был очень длинный и тяжелый день.

— Хорошо, — сказала я и повернулась, чтобы пойти в сторону гостиной.

— Нет. Ложись в кровать. Я уступлю тебе ее.

— Не волнуйся, все в порядке. Я могу лечь с Имми или на диванчике.

— Колокольчик, — сказал он предупредительным тоном. — Ложись, черт возьми, в кровать.

Я улыбнулась и посмотрела в его глаза.

— Хорошо, красавчик. Я не стану спорить с тобой, но я хочу, чтобы ты пошел со мной.

Он прищурился.

— Я думал….

— Я не прошу тебя переспать со мной, Макс. Я просто прошу побыть со мной рядом, хотя бы на ночь.

Он кивнул.

— Хорошо. Думаю, что могу это сделать.

Я засияла.

Возможно, есть шанс, что все образуется. Может быть….

~*~*~*~

Следующий день начался весьма неплохо. Я проснулась, крепко прижавшись к горячему твердому телу Макса. Я поднялась раньше него, приняла душ и взялась за приготовление блинчиков. От нахождения дома я испытывала странные ощущения, словно никогда и не покидала его. Я скучала по нему. Я так его любила: деревянные полы и стены, отсутствие перегородок и много свободного пространства. Это был дом моей мечты. Дом, в котором я хотела растить детей.

Имми проснулась полчаса назад, и я увела ее кушать блины с клубникой и сливками. Час назад Тина прислала мне сообщение о том, что она приедет через полчаса, так что мы могли обсудить наши дальнейшие действия по поводу мамы. Воспоминание о том, что я потеряла последнего из родителей, заставило мое сердце болезненно сжаться. Я хотела, чтобы мама вернулась. Хотела сказать ей о том, как люблю ее и, что мы будем безумно по ней скучать. Но всему этому уже не суждено было сбыться. Мне просто нужно смириться с этой пустотой в душе.

— Доброе утро.

Я повернулась, задрав вверх половник, с которого прямо на пол полилось тесто. Макс стоял в дверях с обнаженным торсом, его волосы были взъерошены после сна, взгляд еще сонный, но чертовски сексуальный. Проклятье. Когда он подошел ближе, мое сердце начало отчаянно биться, и я, не сумев пошевелиться, просто стояла и изумленно смотрела на него, в то время как тесто все капало и капало на пол.

Он подходил все ближе, и я отчаянно пыталась собраться с мыслями, мое дыхание превратилось в какую-то бешеную отдышку. Но он просто взял меня за руку, в которой я держала половник, и направил ее обратно к плите. Упс.

— А, — пробормотала я, — извини, я не…не хотела.

Он широко улыбнулся и наклонился вперед, поцеловав меня в лоб. Его губы были горячие, и я вздрогнула от его прикосновения.

— Доброе утро, Колокольчик.

— С добрым утром, Макс, — прошептала я и он отошел.

— А где Имми?

— Поедает блины и смотрит телевизор.

— Пойду проведаю ее. Я скоро вернусь.

— Хорошо, а я пока приготовлю кофе, - промычала я, снова повернувшись к кухонной столешнице.

Макса не было несколько минут, и за это время я положила ему на тарелку порцию блинов и сварила кофе. Он вернулся без Имми, но с довольной улыбкой на лице. Мне стало очень тепло на душе. Я протянула ему блины и кофе.

— Кушать подано.

Он взглянул на тарелку и оглянулся по сторонам.

— А где твои?

— Нет аппетита, – спокойно ответила я.

Он прищурился и задержал на мне взгляд.

— Ты же знаешь, что это не пойдет тебе на пользу.

— Вчера вечером я потеряла мать. Сейчас я вообще думать не могу о еде.

Его взгляд смягчился, он подошел к столешнице и, прижавшись ко мне, загнал в угол.

— Как ты себя чувствуешь сегодня?

— Так, как будто мне в грудь запустили снаряд.

Он внимательно смотрел на меня.

— Знаешь, какое-то время ты еще будешь находиться в таком состоянии, но вокруг тебя много людей, которые тебе помогут.

— Да, я знаю? — ответила я, опустив глаза.

Он взял меня за подбородок и слегка откинул мою голову назад.

— И я - один из них.

Кто-то деликатно покашлял, и мы повернули головы. В дверях стояла Тина и ее муж, Чейз. Тину совсем не впечатлило то, что полуобнаженный Макс стоял, прижавшись ко мне. Однако, он быстро отпрянул, и я бросилась к сестре, чтобы обнять. Она заплакала, и на моих глазах снова появились слезы, несмотря на то, что вчера я выплакала целый океан.

Мужчины безмолвно стояли.

В такой момент все слова неуместны.

Только время залечит раны.

ГЛАВА ДЕВЯТНАДЦАТАЯ

ТОГДА – АНАБЕЛЛА

Макс сидел за обеденным столом с бутылкой пива в руках и свирепо смотрел на меня. Он знал, что я терпеть не могу, когда он пьет, но теперь ему все равно. Он просто сидел и смотрел на меня, как будто провоцируя меня на ссору. Я не стала поддаваться на его уловки и спокойно занималась приготовлением обеда, не подавая вида, что он делает мне очень больно. Он не добьется своего.

— Ты будешь есть? — пробурчала я, глядя в тарелку.

— Нет.

— Хорошо, Макс.

Я открыла крышку мусорной корзины и выбросила его еду, не обращая внимания на то, как он вздрогнул, глядя на то, что я делаю. После этого я отправила в мусор и свой сэндвич. Нет аппетита. За последний месяц я потеряла несколько килограммов, и все это из-за стресса.

Жизнь Макса протекала с переменным успехом: были и хорошие дни, и не очень. Но в последнее время все больше склонялось к плохому. Не знаю, по какой причине, но сегодня он остался дома. Возможно, все дело в его синяке под глазом.

— Что с твоим лицом? — спросила я, кивая на синяк.

— Я подрался.

— С кем?

— С соперником.

— Понятно, что не с лучшим другом, — недовольно сказала я.

Он сложил руки.

— Вообще-то у меня бойцовский клуб, если ты помнишь.

— И ты принимаешь участие в поединках? – спросила я, задыхаясь от ужаса.

Я знала, что чтобы заработать больше, по выходным Макс начал увлекаться так называемыми «поединками ради забавы». В последнее время мне стало казаться, что от забавы остается все меньше, а поединки стали приобретать более серьезный характер. Я не ожидала, что, начав заниматься этим, он будет получать телесные травмы.

— Что тут такого? — закряхтел он, поднимаясь из-за стола. — Это снимает стресс.

— Ты себя вообще слышишь? — вскрикнула я, взмахивая руками. — Макс, скажи честно, какого черта с тобой происходит?

— О, только не надо снова это дерьмо, — проворчал он, развернувшись и направляясь к выходу.

— Куда ты собрался?

— Свалить отсюда подальше.

34
{"b":"558781","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Бригадный генерал. Плацдарм для одиночки
Стоит только замолчать
Э(ро)тические нормы
Возможно, в другой жизни
Неслучайная жертва
Тобол. Много званых
Невозможный мужчина
Иван Московский. Первые шаги
Ректор для Золушки