ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Энциклопедия русской кухни
Умирай осознанно
Самый главный приз
Европа в эпоху Средневековья. Десять столетий от падения Рима до религиозных войн. 500—1500 гг.
Тайлисан. Ради настоящего
Щенок Уинстон, или Неделя добрых дел
Из пухляшки в стройняшку. Спецагенты по правильному питанию. Научим есть всё, худеть и быть лучше, чем вчера
Восемнадцать капсул красного цвета
Квази
A
A

— Макс, — вымолвила я хрипло.

— Ты прекрасно знаешь, что не хочешь бороться с собой так же, как и я. Сдавайся, Колокольчик. Позволь мне сделать то, что мы оба желаем.

Гори все синим пламенем!

Я давно ждала этого.

Все, что я так долго держала в себе, внезапно вырвалось наружу. Я прильнула к его губам и жадно поцеловала. На вкус он был все тот же, только от него еще исходил легкий мятный аромат. Как вкусно… Он застонал, и наши языки переплелись, словно в танце. Наши руки принялись свободно блуждать по телу. Мне нужно больше, Боже, я хочу прильнуть к его соскам, как и минуту назад.

Я прервала поцелуй и склонилась к его груди, плотно обхватив ртом его соски, играя языком с его пирсингом. Он тяжело вздохнул и выругался, запуская пальцы в мои волосы и сильнее прижавшись ко мне грудью. Ему нравилось то, что я делаю. О, Боже, это просто блаженство! Я еще сильнее начала посасывать его грудь, и он так сильно потянул меня за волосы, что мне стало больно, но я не обращала на это никакого внимания. Я ласкала ртом его твердые и маленькие соски до тех пор, пока не почувствовала, что его пенис упирается в мое тело. Напряженный, и в полной готовности.

Он не успел возразить, как я встала на колени и стянула с него шорты. Это было легко, так как они имели свободный фасон и держались на резинке. Как только его член оказался на свободе, я быстро взяла его в руку, слегка сжимая. Затем я склонилась к нему, и без лишних колебаний обхватила ртом. Глубоко и плотно.

— Твою мать! — просипел Макс.

Я жадно и глубоко ласкала его, наслаждаясь вкусом, так давно тоскуя по нему. Я вращала языком снова и снова, взяв в руку его мошонку и слегка сжимая ее. Я понимала, что теряю контроль над собой, но мне было все равно. Я хотела каждую его клеточку. И пока живу, я всегда буду страстно желать его.

— Если ты не прекратишь, я кончу. Вставай!

Он отодвинул меня, и я облизала губы, пристально глядя в его глаза. Он наклонился и провел большим пальцем по моей припухшей нижней губе. Из его горла вырвалось животное рычание, и он прислонил меня к первой попавшейся опоре – это был стол. Он прижал руку к моей груди и опустил меня на него.

— Я хочу вкусить тебя. Я так тосковал по твоей сладости.

Когда он задрал мое платье, я задрожала. За долю секунды он сорвал с меня кружевные трусики. Подняв мои колени, он уложил меня на спину так, что мои каблуки оказались на его плечах.

— Черт, какая же ты сексуальная. Я сейчас просто разорвусь, не успев войти в тебя.

Когда он наклонился и запустил в меня палец, на котором осталось свидетельство моего возбуждения, я задрожала и закусила нижнюю губу. Он отправил свой палец в рот и облизал его, сверкнув на меня глазами, полными желания. Затем он опустил голову и прильнул к моему клитору, посасывая с той же силой, что и я, когда ласкала его. Боже!

Я снова и снова повторяла его имя, толкая бедра вперед навстречу к его желанным губам.

— Макс, о, Боже!

Он еще с большей страстью принялся ласкать меня. Он брал мой набухший клитор ртом, играл с ним, поглаживал языком, дразнил до тех пор, пока мое терпение не иссякло. Когда я была уже на пике возбуждения, его палец скользнул в меня, и он начал движение с такой силой, которая могла бы причинить боль, но этого не случилось. Это было чертовски приятно.

— Макс, я кончаю, — кричала я, глядя вверх, выгнувшись вперед и разрываясь на части.

После моих слов, он быстро убрал палец и развернул мое дрожащее тело так, что мои колени и ладони оказались на столе. Он пробежал пальцем по моим ягодицам, снова запуская его в меня, а затем прорычал:

— Тебе хорошо? Черт, ты такая горячая! Эти туфли на каблуках, твоя киска…

— Пожалуйста, — умоляла я.

— Будет жестко. Черт, это будет очень жестко!

— Да! — взвыла я.

Он вынул палец и вошел в меня, обхватывая мои бедра рукой. Он сделал сильный толчок в меня. Я дернулась, и из моего рта вырвался сдавленный крик, когда я почувствовала, как он плотно наполняет меня. Да, Боже, да! Он брал меня жестко, его бедра хлопали о мои ягодицы. Боже, это просто немыслимо! Как же это прекрасно!

— Как же я скучал по всему этому, — прорычал Макс, сжимая мои бедра. — Ты просто восхитительна, ты создана только для меня.

— Сильнее, Макс! — закричала я. — Черт, трахни меня сильнее!

Он брал меня на этом столе как в последний раз. Он сделал все как надо. Это было незабываемо. Я получила такой фантастический оргазм, что на мгновенье все вокруг побелело. Вдруг, он резко вышел из меня, и взорвался прямо на моих ягодицах. Пролилась горячая жидкость. Это было так эротично. Боже, это был наш самый лучший секс.

Мы какое-то время оставались в такой позе, пытаясь восстановить дыхание. Затем Макс вытер меня и помог спуститься со стола. Он прижал меня спиной к себе и рукой обхватил меня за живот.

— Это было волшебно, Колокольчик.

— Да, и не говори, — промурлыкала я, сплетая свои пальцы с его пальцами.

— Несмотря на то, что я мечтаю остаться здесь с тобой и провести всю ночь вместе, я должен идти на поединок.

— Жду тебя мокрым от пота, и в боевой готовности, чтобы продолжить наши игры.

— Обязательно, детка, — захихикал он.

Он развернул меня к себе, оставил мимолетный нежный поцелуй на моих губах, затем отпустил, и, подмигнув, ушел.

Моя душа ликовала от счастья.

ГЛАВА ДВАДЦАТЬ ПЕРВАЯ

ТОГДА – АНАБЕЛЛА

Я не могла пошевелиться.

Меня охватило полное оцепенение.

Словно в ночном кошмаре, я снова и снова прокручивала в голове услышанные слова.

Этого не может быть. Не сейчас. Только не теперь, когда все так плохо. Это должно было случиться в самый счастливый момент нашей жизни, но не в такой тяжелый.

— Ало, мисс, вы здесь?

— Д-д-д-а.

— С вами все в порядке?

— Я-я-я…. Скажите, а вы уверены?

— Мы не можем дать вам стопроцентной гарантии пока не сделаем ультразвуковое обследование. Однако результаты анализов достаточно убедительны, поэтому можно сказать, что да, результат положительный.

— Спасибо, — прошептала я, повесив трубку.

Я беременна.

Беременна!

У меня будет ребенок от мужчины, который даже не может находиться со мной в одном помещении. Не говоря уже о том, что он выпивает, принимает наркотики и увлекается азартными играми. Наверное, теперь он не сможет стать таким отцом, каким я его представляла. Я не знала, что делать. Ну почему, Господи, это случилось именно сейчас? У меня просто нет сил с этим справиться! И у Макса, определенно, тоже.

О, Боже, я беременна.

Как сказать ему об этом? Я просто не знаю.

Но я должна это сделать.

~*~*~*~

Макс пристально смотрел на меня. Просто стоял и смотрел. Я уже собиралась все рассказать ему, но он постоянно пил, и все, чего я действительно хотела – это заехать ему по лицу. Теперь он сидел на обеденном стуле и почти свирепо смотрел на меня из-за того, что я срочно вызвала его домой.

Но ведь это и правда, срочно.

Внутри меня растет ребенок. Боже, одна только мысль об этом сводила меня с ума.

— Ну, и что я здесь делаю? Что за форс-мажор?

— Ты снова пил? — спросила я.

— Ты действительно решила снова меня достать изо всякой херни, которая вообще здесь не к месту?

Я вздохнула.

— Нет, Макс. Я просто хочу, чтобы ты ответил на вопрос. Это очень важно для меня.

— Да, я выпивал.

— И был в казино?

Он изучающе посмотрел на меня.

— К чему ты клонишь, Колокольчик?

Я вздрогнула от его слов, потому что он целый месяц не называл меня так. Это было больно, и приятно одновременно.

— Я хочу, чтобы ты был честен со мной, Макс. Мне просто…. Просто скажи прямо, пожалуйста. Не важно, что случилось месяц назад, но мне нужна правда.

Какое-то время он внимательно рассматривал мое лицо, затем кивнул.

39
{"b":"558781","o":1}
ЛитМир: бестселлеры месяца
Мой любимый зверь
Дело родовой чести
Нежная война
Феномен «Инстаграма» 2.0. Все новые фишки
Домашний юрист. Все что нужно знать о своих правах
Континентальный сдвиг
Сладкое зло
Будет больно. История врача, ушедшего из профессии на пике карьеры
Хозяин Замка Бури