ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ну, — сказала Джули, — треть из нас — мутанты. Почему бы не сказать себе правду? Вот мой сын, к примеру. Он же самый настоящий мутант.

Кертис взял ее за руку:

— Не называй так Тима, я не позволю!

— Но это же правда! — И она выдернула ладонь. — Были бы мы на планете Солнечной системы — в смысле, если бы не отделились вовремя, — мы бы с тобой оказались в лагере для интернированных! Сидели бы и ждали, когда нас… ну, ты понял.

И она яростно ткнула пальцем туда, где стоял сын.

— И никакого Тима у нас бы не было.

Из угла комнаты вдруг подал голос человек с острым лицом:

— Мы бы не оказались в Солнечной системе. Мы бы с ними порвали — сами! Без чьей-либо помощи! Фэйрчайлд к этому никакого отношения не имеет! Мы просто захватили его с собой. Пусть не забывают, кто есть кто!

Кертис мрачно оглядел говорившего. Рейнальдс, глава корпуса телепатов. Как всегда, пьян. Пьян и брызгает ядовитой слюной в адрес Нормов.

— Такое возможно, — решил не обострять Кертис. — Вот только сколько бы это заняло времени? Сдается мне, что прилично.

— И ты знаешь, и я знаю, почему Колонию еще не стерли с лица земли, — ответил Рейнольдс.

На раскрасневшемся от выпитого лице расплылась насмешливая и надменная улыбка:

— Сколько эти чинуши продержатся без Большой Макаронины и Салли, без вас двоих, без Корпуса и остальных? Не врите себе — не нужны нам эти юридические тонкости и бухгалтерские уловки. Мы победим не потому, что станем благочестиво кивать на какие-то там свободу, равенство и братство. Мы победим потому, что на Терре нет псиоников.

Обстановка в гостиной разом перестала быть сердечной и дружелюбной. Гости из числа Нормов сердито зароптали.

— Смотри, — сказал Фэйрчайлд Рейнольдсу. — Ты все еще человек. Да, ты умеешь читать мысли, но то, что у тебя есть такой талант, не значит…

— Не надо мне нотаций читать, — отрезал Рейнольдс. — Тупоголовые не будут мне указывать, понял?

— Ты забываешься, — тихо сказал ему Кертис. — Дождешься, что кто-нибудь тебе как следует врежет. Фэйрчайлд не сможет — глядишь, у меня получится.

— Ты достал меня — ты и твой Корпус, вечно суетесь, куда не просят, — прорычал Воскрешатель из числа псиоников и схватил Рейнольдса за ворот. — Ты что же думаешь, вы круче всех, потому что можете ментальные усилия объединять? Думаешь…

— Руки убери, — очень гадким голосом сказал Рейнольдс.

Упал на пол и разбился бокал, одна из женщин закричала и забилась в истерике. Мужчины дрались, к схватке присоединился третий, и в мгновение ока в середине комнаты закрутился целый вихрь обиды, злобы и возмущения.

Фэйрчайлд громко крикнул, призывая гостей к порядку:

— Бога ради, одумайтесь! Если мы будем драться друг с другом — нам точно конец! Неужели вы не понимаете — мы должны сообща делать дело!

Крик и шум улеглись не скоро. Бледный от злобы Рейнольдс протолкался мимо Кертиса, бормоча едва слышные оскорбления.

— С меня хватит, я ухожу!

За ним с непреклонным видом потянулись остальные Телепаты.

* * *

Машина быстро мчала их с Джули сквозь синеватую тьму. А в голове у Кертиса все вертелся и не желал забываться один пассаж из пафосного пропагандистского монолога Фэйрчайлда:

«Вам сказали, что победа Колоний будет означать победу псиоников над нормальными людьми. Но это не так! Отделение планировали и осуществляли не псионики и не мутанты! Мятеж представлял собой единовременную и спонтанную реакцию всех классов колонистов!»

— А вот интересно, — задумчиво проговорил Кертис. — А может, Фэйрчайлд ошибается. Может, псионики его контролируют, а он ничего и не подозревает. Но вообще, он мне нравится. Хотя он и дурак, каких мало.

— Да, он глупый, — согласилась Джули.

В салоне машины стояла густая темнота, и кончик сигареты вспыхивал в ней подобно яркому угольку разгорающегося гнева. На заднем сиденье спал Тим — его убаюкало тепло и урчание двигателя. За окном крохотной наземной машины проплывали бесплодные каменистые пустоши Проксимы III — бесконечные, туманные, чужие и враждебные. Изредка попадались возведенные человеком здания и проложенные им дороги, поля и элеваторы.

— Я не доверяю Рейнольдсу, — продолжил Кертис, прекрасно зная, к чему приведет этот предвиденный обоими диалог. Но он не хотел избегать разговора. — Рейнольдс умный, бессовестный и честолюбивый мерзавец. Его интересуют только престиж и статус — больше ничего. А вот Фэйрчайлд заботится о благе Колонии. И он и вправду верит в свободу и равенство и вообще все, что надиктовал в камни.

— Но это же чепуха! — презрительно бросила Джули. — Терранцы обхохочутся! Я еле выслушала все это — и каких усилий мне стоило не засмеяться, ты бы знал! А ведь — бог его знает, — но здесь на кону наши жизни!

— Ну, — осторожно сказал Кертис, понимая, во что ввязывается, — может, на свете есть Терранцы, наделенные чувством справедливости — в отличие от вас с Рейнольдсом.

И он развернулся к жене:

— Я знаю, что ты сделаешь, и ты тоже знаешь то же самое обо мне. Может, ты и права, и нам пора разойтись. Мы десять лет вместе — немаленький срок, когда чувства уже угасли. А кроме того, это не мы придумали.

— Нет, не мы, — согласилась Джули.

Она затушила сигарету и тут же прикурила другую.

— Если бы только… если бы здесь был еще один мужчина-провидец. Ну хотя бы один. И я никогда Рейнольдсу этого не прощу, никогда. Это же он все придумал… А мне не следовало соглашаться. Ради славы нашей расы! Все выше и выше и выше поднимем мы знамя Пси! Мистическая свадьба двух первых настоящих Провидцев в человеческой истории… И посмотри, каков плод этого брачного союза!

— Заткнись, — отрезал Кертис. — Он не спит и может услышать.

Джули горько отозвалась:

— О да, он может услышать. Услышать — но не понять. Мы хотели знать, каким будет второе поколение — ну вот, узнали. Провидец плюс провидец дает урода. Бесполезного мутанта. Нелюдя — давай не будем себя обманывать. «Н» на его карте означает «нелюдь».

Кертис сжал пальцы на руле:

— Это слово я не позволю употреблять ни тебе, ни кому бы то ни было еще.

— Нелюдь! — и она наклонилась ближе, зубы сверкнули в белом свете приборной доски, глаза вспыхнули. — Возможно, Терранцы правы — может быть, провидцев и впрямь нужно стерилизовать. Или уж сразу убивать. Уничтожать — чтобы духу их не осталось. Я думаю…

И она осеклась. Не захотела заканчивать фразу.

— Говори, — скажал Кертис. — Думаешь, когда мы победим и установим свою власть в колониях, мы должны поддерживать и оставлять в живых не всех. А Корпус, понятное дело, будет контролировать процесс.

— Мы должны отделить зерна от плевел, — сказала Джули. — Сначала отделить Колонии от Терры. Потом нас от остальных колонистов. И если выбор падет на него, то даже если это мой сын…

— Знаешь, чем ты сейчас занимаешься? — резко перебил ее Кертис. — Ты выносишь суждение о людях, исходя из их практической ценности для общества. Тим для социума бесполезен, поэтому незачем оставлять его в живых, правда?

Давление поднималось, но ему уже было не до того.

— Будем спаривать людей, как скотов. У человека нет права на жизнь. Жизнь — это привилегия, которой мы изредка позволяем ему пользоваться — если на то будет наша воля.

Кертис вел машину по пустому шоссе.

— Ты слышала, как Фэйрчайльд кудахчет насчет свободы и равенства. Так вот, он в это верит. И я верю. И я также верю в то, что Тим — и все остальные — имеют право существовать, вне зависимости от того, насколько полезен его талант. И даже вне зависимости от того, есть ли у него талант.

— У него есть право на жизнь, — согласилась Джули. — Но помни — он не такой, как мы. Он — диковина, выбракованная порода. У него нет наших способностей, наших… — и она помялась и вдруг торжествующе выдала: —…исключительных способностей!

Кертис притормозил у обочины. Остановил машину и открыл дверь. Давящий, сушащий легкие воздух тут же ворвался внутрь.

105
{"b":"558796","o":1}