ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Фостер! — сердито закричал тренер. — Ты мертв! Понял? Будь вто газовая атака… — он устало покачал головой. — Ступай, тренируйся самостоятельно. Добивайся лучших результатов, если хочешь выжить.

Но Майк не надеялся выжить.

Ступив на крыльцо своего дома, он заметил свет в гостиной. Послышался голос отца, мать что-то ответила из кухни. Закрыв за собой дверь, Майк принялся стягивать пальто.

— Это ты? — спросил отец. Он сидел, развалившись на стуле. На коленях — ворох пленок и бумаг из магазина, где он торговал мебелью.

— Куда ты пропал? Обед полчаса как готов. — Отец снял пиджак и закатал рукава. Руки бледные, тонкие, но мускулистые. Редеющие волосы, темные большие глаза. По лицу разлита привычная усталость.

— Извини, — сказал Майк.

Отец посмотрел на карманные часы — наверное, единственные в городе.

— Чем же ты занимался? — он вгляделся. — Что-нибудь случилось?

— Я ходил в центр, — ответил Майк. И с вызовом добавил: — Смотрел новое убежище.

Отец молча сгреб со стола бумаги и затолкал их в папку. Тонкие губы затвердели, на лбу собрались морщины. Майк, словно не замечая, двинулся к стенному шкафу, повесил пальто на вешалку и повернулся в тот момент, когда мать вкатила в столовую столик с тарелками.

Они ели молча, не глядя друг на друга. Первым не выдержал отец.

— Наверное, такой же хлам, как и предыдущие модели. Чуть больше безделушек и хрома.

— Там есть лифт, гарантированный от поломок. На полпути не застрянешь.

— А через полгода они выбросят новую модель — с фильтром усовершенствованной конструкции. А через полгода — еще.

Майк помалкивал. Все это он уже слышал.

— Давай купим старую модель, — наконец сказал он. — Любую, можно даже подержанную.

— И сколько же просят за эту.

— Всего сто тысяч.

Отец вздохнул.

— Всего…

— У них удобный график выплат!

— Как же иначе? Плати всю оставшуюся жизнь. Проценты, налог, проценты на налог… Гарантия на какой срок?

— Полгода.

— Ну конечно же…

Боб Фостер покраснел. Всю жизнь он по крохам собирал дарованное судьбой: работу, деньги, магазин, должность бухгалтера, потом менеджера и, наконец, владельца.

— Нас запугивают, чтобы мельница вертелась, — в отчаянии выкрикнул он жене и сыну. — Не желают, чтобы начался спад производства. Убежища, система безопасности — становой хребет этой дикой экономики.

— Боб, прекрати. Нет сил терпеть, — раздельно и внятно произнесла Рут Фостер.

Фостер-старший оторопел.

— Рут, ты что? Ты ведь знаешь, у нас ни цента лишнего. В торговле затишье. Налоги…

Тонкое лицо миссис Фостер вспыхнуло.

— Ты должен купить убежище! Я не могу больше ловить на себе эти взгляды. Я не могу слышать фразы, которые бросают — мне вслед. Ты — единственный в этом городе против Готовности. Все, кроме нас, платят за то, что эти штуки кружатся над городом.

— Нет, — ответил Боб Фостер, — я не могу.

— Почему?

— Потому что не могу себе это позволить, — просто ответил он.

Наступило молчание.

— Ты все вложил в магазин, — выговорила Рут в конце концов. — И все равно он прогорает. Ты словно крыса, таскающая в свою нору любой мусор. Никому сейчас не нужна мебель из дерева. Ты — анахронизм, пережиток, диковина. — Она хлопнула по столу, и он подпрыгнул, будто перепуганное животное, торопливо собрал пустые тарелки и тронулся в кухню. Тарелки болтались в посудомоечном отсеке.

Боб Фостер тяжело вздохнул.

— Не будем сейчас об этом. Поговорим попозже, когда успокоимся.

— Всегда «попозже», — с горечью произнесла Рут.

Муж исчез в гостиной. Сгорбленная фигура с реденькими серыми волосами. Лопатки выпирали, как сломанные крылья.

* * *

В гостиной царила тишина. Ну кухне Рут устанавливала программу для плиты на следующий день. Сбросив обувь, Боб Фостер растянулся на диване. Голова его покоилась на подушке, лицо посерело от усталости.

— Тебя можно кое о чем спросить, — произнес Майк, чуточку поколебавшись.

Отец зашевелился и со стоном открыл глаза.

— О чем?

Майк уселся напротив.

— Расскажи мне еще раз, как ты дал Президенту совет.

Фостер-старший приподнялся.

— Я не давал Президенту никаких советов, просто разговаривал с ним.

— Расскажи, а?

— Я ведь рассказывал миллион раз… Ну, хорошо. Ты был совсем маленьким, когда это произошло, — отец постепенно смягчался, углубляясь в прошлое. — Ты едва-едва начал

ходить, я нес тебя на плечах.

— А зачем ему сдался наш город? — с жадным любопытством спросил мальчик. Президент был его кумиром, Майк восхищался им жертвенно и пылко.

— Да просто рекламная поездка по городам страны, внезапно ожесточился отец. Посмотреть, как мы живем. Много ли накупили НАТС, убежищ, бацилл чумы и радаров. Корпорация «Дженерал Электронике» только начала возводить свои громадные выставочные залы — все яркое, блестящее, дорогое. Первые системы защиты для домашнего пользования. — Губы отца скривились. — Удобные графики выплат! Реклама! Плакаты! Прожекторы! Бесплатное пиво и цветы для дам!

Горло Майка сжалось.

— Это был тот самый день, когда мы получили флаг Готовности, — вымолвил он со страстью. — Он приехал, чтобы вручить нам наш флаг. Когда флаг подняли в центре города, все замерли!

— Ну да, вот уж повезло. Немного городов в то время имело свой флаг. Люди покупали £ машины и телевизоры. До них еще не дошло, что хорошие деньки миновали.

— Он приехал сюда, проделав огромный путь! И ты разговаривал с ним!

— Вернее, я сказал ему несколько слов. Все выкрикивали приветствия, флаг взвился к небу, а я сказал ему: «Это все, что вы привезли нам? Полоску зеленой материи?» — Отец затянулся сигаретой. — С тех пор я и стал против Готовности.

— Президент когда-нибудь вернется?

Боб Фостер сел на диване и тускло спросил;

— Сколько стоит эта треклятая штука?

Сердце Майка остановилось.

— Сто тысяч долларов.

— В субботу твоя мать, ты и я вместе пойдем в этот магазин. Скоро начнется сезон. В это время года у меня обычно дела идут неплохо — люди берут деревянную мебель для рождественских подарков. — Он резко встал с дивана. — Мы купим это чудовище. Ты доволен?

Задыхаясь от восторга, Майк сумел только кивнуть.

* * *

Убежище установила проворная бригада рабочих — за дополнительную плату. Двор позади дома был быстро прибран, земля и кустарник водворены на место, а счет деликатно подсунут под входную дверь. Опустев- щий тягач, доставивший покупку, загромыхал обратно по улице, и в округе все стихло.

Окруженные группой восхищенных соседей, Майк с матерью стояли на заднем крыльце.

— Теперь у вас есть убежище, — произнесла миссис Карлайл. — Самое лучшее.

— Верно, — подтвердила Рут Фостер, купаясь в лучах благожелательности, подкрашенной завистью. Она уже и забыла, когда соседи в последний раз приходили к ним.

— Теперь вам есть, где укрыться, — сказал мистер Дуглас с нижней части улицы. Он полистал инструкцию. — Тут говорится, что вы можете сидеть здесь хоть целый год. — Он уважительно покачал головой. — Моя модель рассчитана на восемь месяцев! Вот я и подумываю, а что если…

— Нам этого вполне хватит, — вмешалась его жена, но в ее голосе слышалась затаенная тоска. — Рут, можно спуститься в убежище?

Майк издал звук, словно его душили, и резко подался вперед. Мать понимающе улыбнулась.

— Сначала туда спустится Майк — честно говоря, все это сделано ради него.

Поеживаясь от пронизывающего сентябрьского ветерка, мужчины и женщины наблюдали, как Майк подошел к убежищу и замер в нескольких шагах от входа.

Осторожно, словно боясь коснуться чего- нибудь, он вошел. Под его тяжестью включился лифт и с чуть слышным шелестом заскользил по угольно-черной шахте и бесшумно остановился.

Мальчик выбрался наружу. Лифт пошел наверх, герметично закупоривая шахту — непроницаемая пробка из стали и пластика. Автоматически зажегся свет. Убежище пока было пустым — мебель установят позже. Пахло лаком и машинным маслом. Внизу монотонно гудели генераторы. Присутствие Майка задействовало системы очистки и дезактивации.

72
{"b":"558796","o":1}