ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

— Ничего особенного? — эхом отозвался В-Стивенс. — Ничего особенного, просто небольшая такая война, совсем маленькая. — Венерианин говорил возбужденно, на его лице читалось жадное предвкушение. — Делайте ставки прямо сейчас. И не надо рисковать, ставьте на верного победителя. Ведь эта будущая война, если разобраться, уже в прошлом, в истории, как походы Александра Македонского. Разве я не прав? — повернулся он к Паттерсону. — Что вы на это скажете? Я не могу ее остановить — и вы тоже не можете. Верно? Паттерсон медленно кивнул.

— Думаю, вы правы, — сказал он упавшим голосом. И ударил. Изо всех сил.

И только слегка зацепил венерианина — бросившись на пол, тот выхватил из кармана фризер, карманный излучатель холода. Не дожидаясь, пока В-Стивенс прицелится, Паттерсон ногой выбил оружие из его дрожащей руки, а затем наклонился и одним рывком поставил противника на ноги.

— Получилась ошибка, Джон, — сказал он, задыхаясь. — Я не должен был показывать тебе документы Ангера. Нельзя было, чтобы ты все это узнал.

— Правильно, — с трудом прошептал В-Стивенс. Он смотрел на Паттерсона со снисходительной жалостью. — Но теперь я знаю. Мы оба знаем. Вы проиграете эту войну. Даже если вы запечатаете Ангера в сейф и засунете его в центр Земли — все равно уже поздно. Как только я выйду отсюда, «Кока-Кола» все узнает.

— Нью-Йоркское представительство «Кока-Кола» сгорело.

— Ничего, свяжусь с Чикаго. Или с Балтимором. В самом крайнем случае — вернусь на Венеру. Надо ведь разнести добрую весть. Война будет долгой и трудной, но в конце концов мы победим. И ничего вам тут не сделать.

— Но я могу вас убить, — возразил Паттерсон. Его мозг работал с лихорадочной скоростью. Ведь еще не поздно. Если задержать В-Стивенса, а Дэвида Ангера передать военным…

— Я знаю, о чем вы думаете, — прохрипел В-Стивенс. — Если Земля не захочет сражаться, если вы уклонитесь от войны — тогда у вас появится какой-то шанс. — Его губы скривились в дикой, саркастической усмешке. — И вы надеетесь, мы позволим вам избежать войны? Только не теперь. Как там у вас говорят? «Все компромиссы — предательство»? Поздно, слишком поздно.

— Слишком поздно, — сказал Паттерсон, — только в том случае, если вы отсюда выйдете.

Не спуская глаз с В-Стивенса, он нащупал на столе тяжелый стальной брусок, которым придавливали бумаги, — и тут же в его ребра уперся ствол фризера.

— Я не совсем уверена, как стреляют из этой штуки, — медленно сказала В-Рафия, — но здесь только одна кнопка, так что ее я и нажму.

— Верно, — облегченно вздохнул В-Стивенс. — Только не нажимай сразу. Мне бы хотелось с ним немного поговорить. Может быть, прислушается все-таки к голосу разума.

Он вырвался из рук Паттерсона и отошел на несколько шагов, осторожно ощупывая рассеченную губу и сломанные передние зубы.

— Вот ты и доигрался, Вэйчел.

— Это безумие, — резко сказал Паттерсон, глядя на дрожащий в неуверенной руке В-Рафии фризер. — Вы что, думаете, мы будем участвовать в заранее проигранной войне?

— А у вас не будет выбора. — Глаза В-Стивенса горели мстительным восторгом. — Мы заставим вас драться. Когда мы ударим по городам, вам просто некуда будет деться. Вы начнете сопротивляться, это в человеческой природе.

Первый импульс из фризера прошел мимо — Паттерсон отшатнулся в сторону и попытался схватить узкую руку, державшую оружие. Не сумев этого сделать, он упал ничком — и вовремя, луч опять просвистел мимо.

В-Рафия никак не могла направить фризер в сторону поднимающегося с пола врача, она пятилась, широко раскрыв полные ужаса глаза. Выбросив руки вперед, Паттерсон прыгнул на перепуганную девушку. Он увидел, как напрягся ее палец, увидел, как потемнел при включении поля конец ствола. И это было все.

Резко распахнулась дверь, и В-Рафия попала под перекрестный обстрел одетых в синее солдат. Едкий убийственный холод пахнул Паттерсону в лицо, вскинув руки, он снова повалился на пол, а над головой по-змеиному посвистывали смертельные лучи.

Вокруг дрожащего тела В-Рафии вспыхнуло белоснежное облачко абсолютного холода; какую-то долю секунды она еще двигалась, но затем резко замерла, словно пленка ее судьбы остановилась в проекторе. Все цвета жизни сменились одним — мертвенно-белым. Подняв одну руку в тщетной попытке защититься, посреди кабинета В-Стивенса стояла жуткая пародия на человеческую фигуру.

А потом она взорвалась. Превратившаяся в лед вода взломала клетки, превратила их в кристаллическую пыль, разметала по всему кабинету.

Следом за солдатами в комнату опасливо вошел потный, апоплексически побагровевший Фрэнсис Ганнет.

— Это вы, Паттерсон? — Хозяин «Интерплан Индастриз» протянул руку, но Паттерсон сделал вид, что ее не заметил. — Вооруженные силы оповестили меня в обычном порядке. Где этот старик?

— Да где-то здесь, — пробормотал Паттерсон. — Под охраной. — Он повернулся к В-Стивенсу и на какое-то мгновение их глаза встретились. — Вот видите? — хрипло сказал он. — Видите, что получается? Вы этого хотели?

— Извините, мистер Паттерсон, — нетерпеливо оборвал его Фрэнсис Ганнет, — у меня не так много времени, чтобы им разбрасываться. Если верить вашему рассказу, тут что-то действительно серьезное.

— Да уж, — спокойно сказал В-Стивенс, вытирая носовым платком струйку крови, сочившуюся из разбитой губы. — Вполне стоит полета с Луны на Землю. Можете не сомневаться — уж я-то знаю.

По правую руку Ганнета сидел высокий белокурый лейтенант. В изумлении, с благоговейным ужасом на привлекательном, совсем еще молодом лице он смотрел, как из заполняющей экран серой мглы проступают очертания боевого корабля. Корабль был в страшном виде — один из реакторов разбит вдребезги, передние башни смяты, длинная пробоина вспарывает корпус.

— Боже милосердный, — еле слышно произнес лейтенант Натан Уэст. — Ведь это же «Уайнд Гайант». Наш самый большой корабль. Вы только посмотрите — он выведен из строя. Полностью.

— Это — ваш корабль, — сказал Паттерсон. — Вы будете командовать «Уайнд Гайантом» в восемьдесят седьмом, когда его уничтожат объединенные силы Марса и Венеры. Дэвид Ангер будет служить под вашим командованием. Вас убьют, но Ангеру удастся спастись. Немногие уцелевшие члены команды будут бессильно наблюдать с Луны, как углеродные снаряды с Марса и Венеры методично, не торопясь уничтожают Землю.

Теперь на экране виднелись маленькие светлые силуэты; они крутились, перепрыгивали с места на место, словно рыбки в грязном аквариуме. Неожиданно в самой их гуще вспух чудовищный водоворот, энергетический вихрь, хлеставший корабли мощными ударами. Немного помедлив, серебристые земные корабли сломали строй и бросились врассыпную. Сквозь образовавшийся широкий проход проскочили угольно-черные марсианские корабли, а корабли Венеры, ждавшие этого момента, ударили по Земле с фланга. Два флота противников зажали земные корабли в стальные клещи — и раздавили. В разных местах экрана появлялись и тут же исчезали яркие вспышки — недавно грозные, корабли один за другим прекращали свое существование. А вдалеке медленно и величественно вращался огромный сине-зеленый шар. Земля.

На ней уже виднелись страшные, уродливые оспины — некоторые из вражеских снарядов сумели прорваться сквозь оборонительную сеть.

Ле Марр щелкнул тумблером, и экран потух.

— Здесь запись кончается. Все, что мы можем получить, — это такие вот визуальные фрагменты, краткие эпизоды, которые особенно сильно запечатлелись в его мозгу. Непрерывную последовательность снять невозможно. Следующая сцена происходит через много лет, на одной из искусственных станций.

Вспыхнул свет, зрители начали подниматься, разминать занемевшие ноги. Сейчас мертвенно-серое тестообразное лицо Ганнета вполне оправдывало кличку «недопеченный», данную мутантами с Венеры и Марса жителям Земли.

— Доктор Ле Марр, я хотел бы еще раз посмотреть эти кадры. Которые про Землю. — Он замялся, а потом безнадежно махнул рукой. — Ну, вы знаете, про какие я говорю.

84
{"b":"558796","o":1}