ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Окруженный грудами каких-то полуразобранных устройств, Пинарио поднял глаза и увидел, что в лабораторию вошел не кто иной, как его непосредственный начальник Леон Уайзман.

— Очень рад, что ты заглянул, — соврал Пинарио; он знал, что отстает от графика по крайней мере на пять дней и ничего хорошего от предстоящей беседы ждать не приходится. — Только надень защитный костюм — чего не бывает…

Показное радушие не сработало, лицо начальника сохраняло недоброе выражение.

— Я насчет этих ударных отрядов, штурмующих крепость, по шесть долларов за пучок, — сказал Уайзман, осторожно пробираясь среди сложенных штабелями нераспечатанных коробок, дожидавшихся своей очереди на проверку.

— А, — облегченно вздохнул Пинарио, — эти ганимедские игрушечные солдатики.

Тут его совесть была чиста. Каждый испытатель знал специальную инструкцию Шайенского[4] правительства «Об Опасностях Загрязнения Мирного Городского Населения Вкраплениями Враждебной Культуры» — абсолютно неудобоваримый бюрократический «указ», как выражаются русские «товарищи». Теперь при задержках в работе всегда можно было сослаться на номер этого бюрократического шедевра.

— С ними работают особо, — пояснил он. — В связи с особой опасностью.

— Давай взглянем, — предложил Уайзман. — Кстати, ты как считаешь, есть что-нибудь во всех этих предосторожностях или просто очередной психоз насчет «враждебной среды»?

— Думаю, лучше уж перестраховаться, — пожал плечами Пинарио. — Особенно когда дело касается детей.

Несколько движений рукой — и массивный блок стены, отгораживавшей соседнее помещение, отъехал в сторону.

От зрелища, открывшегося их глазам, Уайзман немного опешил. Посреди комнаты в окружении игрушек сидел пластиковый манекен ребенка лет пяти в самой обычной детской одежде.

— Мне надоело, — проговорил манекен. — Сделайте что-нибудь еще.

По всей видимости, игрушки, разложенные на полу, управлялись голосом; бросив прежние свои занятия, они начали все заново.

— Экономим лабораторные расходы, — объяснил Пинарио. — Тут у нас — хлам самой новейшей модели, покупатель получает за свои денежки целый репертуар различных представлений. Если бы мы приводили их в действие сами, пришлось бы торчать здесь днем и ночью. Прямо перед говорящим пупсом располагалась группа ганимедских солдатиков и предмет их воинственного пыла — крепость. Солдатики подбирались к ней — осторожно, какими-то хитрыми путями; произнесенная капризным голосом команда прервала намечавшийся штурм, теперь они перегруппировывались.

— А вы снимаете все это? — спросил Уайзман.

— Само собой.

Изготовленные из практически неразрушимых термопластиков — гордости ганимедской индустрии — солдатики имели рост дюймов шесть или около того. Их чисто вымышленная форма представляла собой дикую мешанину военного обмундирования Спутников и внутренних планет. Сама крепость, мрачное угловатое сооружение из чего-то вроде металла, напоминала форт — древнее, известное из книжек военное укрепление; по верхнему краю стен — многочисленные смотровые щели, подъемный мост убран, на верхней башенке — яркий, аляповатый флажок.

Резкий хлопок и свист, это крепость выстрелила в своих противников; снаряд громко, но безвредно взорвался посреди группы солдатиков, взметнулся клуб дыма.

— Сопротивляется, — заметил Уайзман.

Но все равно в конце концов сдается, — сказал Пинарио. — Так надо. Психологически она символизирует внешний мир. Ну а солдатики, само собой должны олицетворять старания ребенка совладать с этим самым миром. Участвуя в штурме, ребенок начинает чувствовать, что способен вступать во взаимоотношения с грубой действительностью. В конце концов он побеждает, но лишь ценой долгих, терпеливых усилий. Во всяком случае, так говорится в инструкции, — добавил он, передавая Уайзману яркий буклет.

— Так что же, схема атаки каждый раз меняется? — спросил Уайзман, бегло пролистав брошюрку.

— Они у нас воюют уже восемь дней подряд, и схема ни разу не повторилась. В общем-то неудивительно, в этой игре очень много элементов.

Теперь солдатики двигались по комнате перебежками, постепенно приближаясь к крепости. Какие-то устройства, появившиеся на темных, мрачных стенах, начали выслеживать противников, однако те ловко прятались за другими игрушками, в изобилии разбросанными по полу.

— Эти заразы умеют использовать случайные детали рельефа местности, — объяснил Пинарио. — И их притягивают некоторые предметы; увидев, к примеру, испытываемый здесь кукольный домик, они залезают в него, прямо как мыши. Ни один не пройдет мимо.

Для доказательства своих слов он поднял с полу большой космический корабль, изготовленный на Уране, и встряхнул его; на пол вывалились две пластиковые фигурки.

— А как часто им удается взять крепость? — поинтересовался Уайзман. — В процентах.

— Пока что они брали ее в одной из каждых девяти попыток. На задней стенке крепости есть регулировка, можно поставить, чтобы им везло почаще. Пинарио начал осторожно пробираться через боевые порядки атакующих войск, Уайзман последовал за ним. Они склонились над крепостью.

— Там же сидит и источник питания, — сказал испытатель. — Оригинально придумано. Солдатики получают от нее и энергию, и управляющие сигналы. Формируются сигналы в дробовой ячейке, а передаются по радио на УКВ.

Сняв заднюю стену крепости, он показал своему начальнику коробочку с дробью; каждая из дробинок содержала какой-то элемент управляющей инструкции. Для создания плана атаки дробь встряхивалась и укладывалась каждый раз в новой последовательности, таким образом вводился фактор случайности. Однако так как число дробинок в коробке конечно, конечным оказывалось и число тактических планов.

— Хотим проверить все варианты, — сказал Пинарио.

— Поскорее никак нельзя?

— Нет, надо просто запастись терпением. Как знать, может, тысячу раз все будет хорошо, а потом…

— А потом, — закончил Уайзман, — они развернутся и бросятся на ближайшего человека.

— Или даже хуже того, — мрачно добавил Пинарио. — В этом источнике уйма энергии. Он рассчитан на пять лет работы, но если вся энергия выделится мгновенно…

— Проверяйте дальше, — пожал плечами Уайзман. Они посмотрели друг на друга, а затем снова на крепость. Солдатики подобрались к ней почти вплотную. Неожиданно одна из стен крепости откинулась, в отверстии появился орудийный ствол, на чем сражение и закончилось — вскоре все отважные воины валялись на полу.

— А вот такое я в первый раз вижу, — удивленно пробормотал Пинарио.

Несколько секунд в комнате царила полная тишина, а затем прозвучал капризный голос пластикового пупса:

— Мне надоело. Сделайте что-нибудь еще.

Сейчас картина того, как игрушечные солдатики поднимаются с полу и строятся заново, вызывала какое-то странное, жутковатое чувство.

Через два дня в кабинете Уайзмана появился его начальник.

Фаулер — человек невысокий, коренастый и несколько лупоглазый.

— Послушайте, — сказал он с плохо скрываемой яростью. — Сколько можно возиться с этими проклятыми игрушками? Чтобы к завтрашнему дню все было кончено.

Считая, по-видимому, предмет разговора исчерпанным, он повернулся и направился к двери.

— Тут все не так просто, — остановил его Уайзман. — Пойдемте в лабораторию, я покажу.

По пути Фаулер не утихал ни на секунду.

— Да вы хоть представляете себе, — говорил он, входя в лабораторию, — сколько денег угрохали некоторые фирмы на эту дребедень? Ведь за каждой из этих игрушек, с которыми вы тут возитесь, — набитый под завязку склад на Луне, а то и корабль, болтающийся в космосе, и все они ждут вашего милостивого разрешения на ввоз!

Пинарио куда-то запропастился, так что Фаулеру пришлось обойтись без сигналов рукой, открывавших вход соседнего помещения, и воспользоваться вместо этого своим ключом.

Неутомимый ребенок сидел на прежнем месте, многочисленные игрушки, окружавшие его, все так же занимались своими делами. Шум, стоявший в комнате, заставил Фаулера болезненно сморщиться.

вернуться

4

Шайенн — американский городок порядка 50 тыс. человек, столица штата Вайоминг.

54
{"b":"558797","o":1}