ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Прослезилась от воспоминаний…

Юля

171

В моей семье есть одна традиция. Возвращаясь из командировки, всегда привожу дочкам что-нибудь в качестве подарка. Любую мелочь: шоколад, конфеты, сувенирные игрушки. И каждый раз меня с нетерпением ждут два маленьких человека, чтобы сперва броситься на шею, а потом с головой зарыться в сумке, увлеченно разыскивая желаемое. Когда искомое благополучно извлечено, они садятся рядом и начинают делить. Но, не сорясь, а мирно, уступая друг другу. Такая вот взаимная любовь! Смотреть на них в этот момент – и есть самое неподдельное счастье. Ради которого стоит работать, каждый раз возвращаться домой, жить.

Николай Хижняков, пилот-инструктор S7 Airlines

172

Летнее утро, июль 2010 года. Мы с сестрой в Алуште, на пляже львовского политеха. Думаю, вы знаете этот пляж в профессорском уголке, где в море лежат два огромных камня. Я медленно захожу в море, потому что вода кажется прохладной, но вот уже привыкла и ныряю с головой. А дальше к буйку наперегонки с сестрой – кто первый? А вокруг такая красота. Виден даже Меганом. Чувство радости такое же, как в детстве. Какое чудо, что мы живем в таком месте. Всего час и ласковое любимое море у моих ног.

173

Летнее утро, пять часов утра. Нам с братом четырнадцать и пятнадцать лет соответственно. Еще не ходит транспорт и нет прохожих, а мы идем через весь город на электричку, чтобы попасть на первую и уехать к морю, сидя, а не стоя (в те годы электрички были забитые донельзя). Воздух чистый как хрусталь наполнен запахами цветущих деревьев. Нам кажется, что наш город – сказочный. А впереди у нас длинный день, и мы будем купаться в море, загорать, строить замки из песка и ракушек на берегу. Я отчетливо помню то ощущение бесконечного счастья, которое почувствовала, когда мы шли с Валеркой по улице Горького, подходя к улице Жуковского. До вокзала было еще далеко, но мы не торопились, времени было достаточно. Мы шли, болтали и были счастливы нашей юностью и предвкушением новой, волнующей встречи с самым любимым для нас – с морем!

174

Счастье – эфемерная и необъяснимая штука. От секунд до нескольких лет может длиться. Можно его чувствовать, как тихий и ровный свет, можно ощутить и запомнить его, как мгновенную вспышку. Оно возникает из ниоткуда, и даже при странных обстоятельствах. И даже вообще в ситуации, никак этому не способствующей. Но оно есть.

Позапрошлый год. Рождество. Я пою праздничную службу первый раз. Я дико замотана: вовсю идет работа над дипломом, службы в храме, каждодневные три-четыре часа дороги «дом-институт-бабулька-дом», хозяйственные заботы, горшки вперемешку с ариями… И тут – два дня в моем полном распоряжении! И 6 января только первый. Вечерняя служба кончилась, до Рождественской заутрени еще два с лишним часа. Сочельник. И я гуляю по ГУМу. Кофе в кофейне, новогодние огни на стеклянной крыше, тихая музыка, редкие посетители. Так спокойно. Я сижу у окна, смотрю на улицу, где в синем воздухе светятся фонари, иногда проезжают машины, слышится смех малочисленных прохожих – и мне так хорошо! Я счастлива.

175

Почти полночь. Пробки на дорогах, кажется, все спешат купить подарки; в машину лучше не садиться. Зато можно переждать в кафе, где под занавес дня саперави кажется особенно вкусным; из расположенного по соседству с храмом VI века дома слышно мужское многоголосие, а пара, сидящая за столиком возле тебя, вызывающе громко целуется. Выходишь, наконец, на проспект Руставели, машин стало не намного меньше, зато вдруг начинается салют, словно репетиция грядущего торжества. С послевкусием терпкого вина, воспоминаниями о только что закончившемся спектакле в театре марионеток у Резо Габриадзе, ощущением прикосновения по-весеннему теплого ветра, ты садишься, наконец, в такси и, объезжая, почти что с дозором, празднично иллюминированный Тбилиси, понимаешь, что такое счастье.

Игорь Оболенский, историк

176

Норвегия, лето 2012 года, катаемся с девушкой по стране, заранее к путешествию мы не готовились. Едем по узким дорогам через леса, фьорды, поля, длинные тоннели, останавливаемся у озер и водопадов, каждый вечер заезжаем в первый попавшийся городок (с более или менее жирным названием на карте), ищем там отель и продолжаем маршрут следующим утром. Сегодня решили проехать чуть больше (через два дня нам нужно быть в Осло на свадьбе брата), хотим остановиться, когда стемнеет, но темнеть так и не начало, потому что мы продвинулись на север, наступили белые ночи. Я за рулем, девушка спит на соседнем сиденье, время два часа ночи, но еще светло, я заезжаю в горы, смотрю на карту и понимаю, что никакого отеля ближайшее триста километров нет и нужно пересечь за ночь горы. Я поднимаюсь по серпантину вверх, датчик на панели показывает ноль градусов, потом минус один, минус два… Дорога петляет, я еду очень плавно, чтобы не разбудить девушку, вдруг пошел снег, он уже лежит на траве и на деревьях, полная тишина, девушка спит…

Георгий Левин

177

Сейчас июль 1993 года, мне четырнадцать, я в «Артеке» все время с девочкой Леной из Донбасса, боюсь даже представить, что мы можем расстаться. Днем мы вместе убегаем в Гурзуф и там гуляем, а вечером после отбоя я по перилам забираюсь к ней в комнату девочек на втором этаже, ставлю будильник в часах Монтана на шесть утра, обнимаю ее, и так мы спим вместе, обнявшись. А завтра ночью в час, мы убежим с ней и двумя ребятами на Медведь-гору, на самую вершину, и уже утром нас, возвращающихся, заметят вожатые, но ничего не скажут. А только ближе к вечеру подойдут и предупредят: мы знаем про ваши отношения, но, пожалуйста, не надо портить дисциплину, не убегайте больше. Мы танцуем на дискотеках, вместе купаемся, я все время ее обнимаю. А сейчас я, никому не сказав, убежал в Гурзуф, чтобы купить ей подарок, она завтра должна была уехать, прибежал обратно, а ее нет – приехали родители раньше, чтобы самим отдохнуть где-то в Ялте, и забрали ее. Я стою растерянный, наворачиваются слезы, у меня нет ее контактов, я даже адреса не спросил: думал записать позже. И она не смогла никому ничего передать, потому что все были на пляже и забрали ее оттуда, открыли комнату девочек только для того, чтобы взять ее вещи. Но все равно я счастлив, я обязательно ее найду, я верю.

Румянцев Олег

178

Счастье может накрыть внезапно и просто так. Со мной оно случилось недавно на прогулке в Екатерининском парке, в один из самых теплых последних дней, когда еще в легких одеждах с короткими рукавами можно ходить. Иду по этому скверику, и вдруг возле одной часовенки на аллее на меня такая какая-то благодать снизошла, нахлынула! Состояние такое было, казалось, что все-все возможно, что все хорошо, нет никаких проблем нерешаемых, вопросов, все совершенно, все происходит лучшим образом, жизнь удивительна, прекрасна, красива.

Сати Казанова, певица

179

Конец августа 1990 года. Мы – я, моя мама и мои маленькие дети – возвращаемся в город из пустынного в будний день дачного поселка. Надо пройти довольно долгий путь до берега Волги, куда к дебаркадеру приходит небольшой теплоход «Москва». Дорога идет через сосновую рощицу, вдоль ерика, заполненного водой, где любят смывать трудовой пот дачники. День жаркий, тихий, полный солнцем, ленивым птичьим пересвистом, стрекотанием кузнечиков, мельканием бабочек в пожелтевшей траве, клонился к закату. Дети попросили разрешить им искупаться на мелководье. Разрешение было получено, и они упоенно принялись голышом плескаться в теплой прозрачной воде. Мы с мамой стояли рядом, любуясь их загорелыми младенческими телами, наслаждаясь их радостью и своим покоем. И вдруг меня залила волна невероятного счастья от физически ощутимой связи с потоком жизни. Вот я – молодая мать, в любви родившая этих чудесных мокрых хохочущих созданий – девочку и мальчика, лучше которых нет на всем свете. Рядом, улыбаясь, стоит моя мама. У наших ног – корзинки с плодами, выращенными нашими руками. Песок под босыми ногами, ветер, пропахший прогретой землей, травами, речной водой… А я – капелька в потоке, связующее звено, веточка дерева совершенного божьего мира… и все у нас впереди – огромная счастливая полная любви и трудов бесконечная жизнь…

16
{"b":"558822","o":1}