ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

Если сей корабль внеземного происхождения, что было очевидно хотя бы по его внешнему виду, то откуда же он взялся? Поди, недруги? Из него вылезло несколько гуманоидов, которые спустились на грунт в могучем лифте, желая осмотреться.

Из Западной и Китайской башен продолжали выбираться люди, к которым присоединились их товарищи из дальних поселений. Все были немножко испуганы и кучковались малыми группами, что-то негромко обсуждая. Похоже, каждого успело обдать телепатической волной.

Тишина. Наконец скользнула дверь лифта и вышел человечек в шафрановой тоге. Его голову венчала корона, откуда взмывали языки виртуального пламени. На груди висела картонка с огненной надписью:

НУ ЧЕГО ПЕРЕПУГАЛИСЬ? МЫ ЖЕ ВАШИ ПОТОМКИ

Толпа загудела.

— Ага, — скривился Доран. — Еще неизвестно, как эти сынки относятся к своим папашам и мамашам.

— Но что, если это правда? — Голосок Туот звенел от душевного подъема. — Получается, кризис деторождения преодолен!

Эта конструктивная мысль подверглась обсуждению позднее, потому что прямо сейчас всеобщее внимание было приковано к величественной процессии, показавшейся из гостевого корабля.

Включилось нечто вроде солнечной тени, которую один из визитеров держал над самой высокой фигурой.

Эта внушительная личность, как ни странно, обратилась к народу на его родном языке. И первой откликнулась Ума, которая провизжала:

— Вы слышали? Нет, вы слышали?! Он сказал метанипоко! Наше слово! Это мы его придумали!

Великан поперхнулся, затем расплылся в улыбке и повторил:

— Метанипоко.

Мало того, он выбежал вперед и обнял Уму за плечи. Не сгибая, впрочем, руки в локтях.

Под эту минуту и подгадали Тад с Гунча, появившись со своим эскортом.

Ноэль приблизилась к Таду и узнала, что с пришельцами удалось вступить в контакт; однако комендант не могла взять в толк, откуда гостям известно про метанипоко, которое изобрели на Фарсиде.

— Да брось ты ковыряться в мелочах, — посоветовал ей кто-то из-за спины. — Подумаешь, задачка! Смотри лучше, как все мы ошарашены, в каком восторге!

При помощи толмаческой коробки предводитель визитеров опять обратился к толпе, которая пока что не желала расходиться. Одним показалось, что он говорит по-английски, зато в ушах Гунча и других онемевших от удивления представителей Китайской башни его речь звучала на чистом пекинском диалекте.

— Нам приятно вас найти… Я буду рассказывать про вещи великого значения. Возможно, вы и не догадываетесь, что концепция «Вселенной» является рудиментом докоперниковского мышления. Земля в ту эпоху считалась центром коловращения так называемых небесных светил. Даже после того, как научный прогресс доказал серьезные просчеты сей точки зрения, вы, древние, продолжали пользоваться упомянутым термином из лени. Действительность много шире и куда более расплывчата, нежели вы себе представляете. Даже Эйнштейн давным-давно возвестил в своей специальной теории относительности, что растяжение времени возможно. С точки зрения неподвижного наблюдателя время в быстро летящих ракетах течет по-другому. На наших кораблях мы замедляем его чуть ли не до полной остановки. Фундамент для нового понимания реальности был заложен еще вашим современником по имени Нома.

Пару столетий спустя — только, боюсь, не ваших, а наших столетий — великий Галлован рассудил, что есть способы, посредством которых высокоскоростной объект способен оседлать ударную темпоральную волну и на ее гребне унестись далеко вперед — или, если на то пошло, назад. Эта катахреза, которую мы именуем Матрицей уравнений Голована, в просторечии «муга», есть логическое распространение теоретических посылок Нома. На разъяснение уравнений уйдет белый день и темная ночь, к тому же я вообще сомневаюсь, что у вас хватит мозгов в них разобраться. Тут, знаете, требуется подготовочка.

— Нахал какой! — воскликнула Дэйз. Процесс, замедливший старение поселенцев чуть ли не до точки бессмертия, уронил и скорость достижения половой зрелости. Впрочем, Дэйз уже не первый век числилась взрослым, полноправным и трудящимся членом марсианской колонии.

— Хотя, пожалуй, он прав, — шмыгнул носом Пигги.

Дэйз вскинула руку, желая задать вопрос.

— А кто он, этот Нома? Или мы даже этого понять не в силах?

Благородный гость улыбнулся и с подчеркнутой вежливостью ответствовал:

— Возможно, вы и в самом деле чересчур примитивны для множества вещей, однако уверен, что даже вам доводилось слышать про японского астрофизика, который первым из людей отворил калитку в Реальностное пространство. Его-то и звали Нома Никасаки. — Он вновь продемонстрировал зубы и продолжил свой дискурс: — Преобразования муги и ее прикладные аспекты привели к созданию небольшой машинки-прототипа, которая была запущена в прошлое. Оттуда она прислала сигнал, подтвердивший, что наши расчеты верны. Что дорожка, по которой можно мчаться быстрее скорости света, и впрямь существует. Именно она скрепляет швы реальности… Но это было еще до того, как машинка пропала.

Гунча внимала рассказу и попутно разглядывала Тада. Ее партнер слушал с отвисшей челюстью. Заметив внимание спутницы, он зашептал:

— Какая мощь! Какая сила! Как думаешь, они заберут нас в будущее, если напроситься?

Она дернула плечиком, думая про себя: «А интересно, что его заводит? Власть или вкус к приключениям? Похоже, рано или поздно мы с ним разбежимся. Увы-увы. Ну да ладно… Все равно он начинает действовать мне на нервы».

И Гунча вновь настроилась на речь благородного пришельца.

— …стройка корабля приличных габаритов, который прямо сейчас доступен вашему вниманию. Вот он. Завис. Если его хорошенько разогнать, он запросто выскочит за так называемый световой порог. Правда, не без помощи гравитационной колеи, которая петляет между всеми твердыми и тяжелыми телами. В общем, путешествовать можно где угодно, лишь бы рядом была какая-нибудь звездная система. В том числе в прошлое. Как вы сами изволите видеть…

* * *

У Жиор тряслись коленки и стучали зубы. Это же апофеоз эволюции! Славной докторше очень хотелось, чтобы сей экстраординарный момент сопровождался самыми доблестными, серебряными нотами — и вот, пожалуйста, ее желание исполнилось.

— Слушай, может, им подарок какой сделать? — шепнула она Геринту. — Не ровен час обидятся да нас прихлопнут…

— Что же у нас есть, чтобы не показаться нищими до смехоты? — резонно возразил Геринт.

* * *

Благородный посол тем временем пошел по второму кругу, на случай, если кто не понял с первого раза:

— Благодаря преобразованиям Галлована и его последователей сейчас мы в состоянии переноситься в далекое-предалекое прошлое. Без каких-либо отрицательных последствий для самих себя. Вы, друзья мои, пусть и первобытные донельзя, но все же наши предки. Хоть это вам понятно, нет? Повторяю: вы наше предшествующее звено в достославной цепи существований. Мы развились еще дальше, как физически, так и психически. Кстати, раз уж зашла речь об умственном аспекте, то знайте, что когда мы беседуем, то шлем друг другу телепатокартинки или, если угодно, идеограммы по типу китайского письма. Их мы можем окрашивать в тона неясности или фактичности согласно требованиям момента. Ваши далекие отпрыски виртуозно владеют всеми оттенками языковых вариаций, коих насчитывается… — тут он многозначительно поиграл бровями, — аж полсотни штук. А может, и все пятьдесят пять. Что касается телесного развития, то здесь очень кстати будет публичная демонстрация. Я вам сейчас покажу…

С этими словами он расстегнул ширинку своих диковинных штанишек.

Узрев нагую плоть пришельца, толпа зашлась изумленным вздохом. Морщинистую — как слоновий хобот — кожу рассекала вертикальная щель, чьи края смыкались сочными губами, явно способными приоткрываться, буде возникнет такая надобность.

Хмыканье, фырканье, хихиканье…

— Я щас сблюю! — пробормотал Фипп.

207
{"b":"558829","o":1}