ЛитМир - Электронная Библиотека
Содержание  
A
A

А между «морскими» в свет вышла повесть «Багряная планета»(1973) — о проблемах космических полетов, бережного отношения к окружающей среде, об экспедиции на Марс и гибели некогда могущественной цивилизации… Известный научный журналист Владимир Губарев писал в предисловии: «Это повесть о нас, о земных проблемах, которые чрезвычайно волнуют человека XX века». Не грешил против истины Губарев, но вот только все проблемы поднимались в книге с привлечением полного набора «марсианских штампов».

Как писатель-фантаст Жемайтис вершин не достиг, оставшись лишь крепким «середняком»… Но даже «Пурпурная планета» была в 1977-м переведена на литовский язык. (Кстати, в аннотации чешского издания книги Жемайтиса «Velka laguna»(1979) он был назван «литовским писателем»…) Гораздо интереснее читать его «морские» книги «Поединок на атолле»(1968), «Клипер „Орион“»(1973) (также экранизированную). «Поединок на атолле», выпущенный издательством «Московский рабочий» «для детей среднего и старшего возраста» психологически убедителен, и читать его взрослому читателю можно без всяких скидок, несмотря на то, что героем книги является пионер Фома Фомин. Тот гостил у бабушки в Белоруссии, когда началась война… Попал в немецкое «рабство», сбежал, оказался на тихоокеанском побережье. Его морские странствия автор описывает очень подробно и достоверно. «Несчастья и злоключения закалили меня», так говорит сам Фома, его «поединок» с жестоким капитаном-нацистом заканчивается полной победой юнги! Возвращается на родину Фомин закаленным моряком.

Успехи Жемайтиса в «маринистике» не раз отмечались и при его жизни, но вот вклад Сергея Георгиевича в развитие советской НФ шестидесятых годов не оценен по достоинству до сих пор. Несмотря на то, что и БНС в «Комментариях к пройденному», и В. Д. Михайлов в мемуаре «Хождение сквозь эры» отмечали: заботами Жемайтиса и Клюевой «расцвела отечественная фантастика Второго поколения»; в «Молодой гвардии» в шестидесятые «существовала великолепная редакция Жемайтиса с Клюевой и Михайловой»… В отечественной «Энциклопедии фантастики: Кто есть кто» (1995) написано гораздо скромнее: «Особо следует отметить редакторскую деятельность Жемайтиса: именно при нем (и ред. Б. Клюевой) в „МГ“ 1960-х вышли книги ведущих советских авторов…» Не устает говорить о его заслугах Бела Григорьевна Клюева! И ведь действительно — Жемайтис не только дал ей «carte blanche» для творческой/свободной работы, но и защищал от нападок «системы»! Белла Григорьевна пишет в воспоминаниях: «Само собой установилось, что заниматься фантастикой в редакции в основном буду я»… Но! Книги Немцова, Овалова, Студитского «выходили под редакцией Жемайтиса — Сергей Георгиевич спасал нас от позора…» Выходили под его редакцией и вполне достойные, интересные книги — «Волшебный бумеранг» (1968) Миколы Руденко, «Четверть гения»(1970) Романа Подольного, собрание сочинений и «Час Быка» И. А. Ефремова.

Необходимо отметить и то, что Жемайтис стал в 1962 году одним из организаторов «официального» Семинара (Литобъединения) фантастов при издательстве «Молодая гвардия» (на самом-то деле писатели стали собираться гораздо ранее). Какие люди приходили тогда в редакцию! Днепров, Гансовский, Гуревич, Громова, Беркова, Колпаков, Парнов и Емцев, Мирер, Полещук, Ревич, А. Стругацкий…

В шестидесятые все было замечательно! Подрастал сын Сергей, родившийся в 1952 году, молодая (на тринадцать лет моложе) жена — Наталья Борисовна Панина старалась поддерживать семейный уют… Изменения к нелучшему начались в конце десятилетия. Из воспоминаний Клюевой: «Как долго нас терпели! В начале [на самом-то деле — в середине] 1973 года директор издательства Ганичев предложил Жемайтису уйти на пенсию. Сергей Георгиевич воевать не стал, хотя совсем не собирался расставаться с работой. Увы, скоро у него случился инфаркт…»

Вроде бы не забыт был сразу писатель: в 1981 году в Воениздате вышел его роман «Жестокий шторм», в 1983-м в «его» серии «Библиотека советской фантастики» вышла повесть «Плавающий остров» — второе издание «Вечного ветра» (редактор Т. Журавлева), в 1987-м в Одессе в серии «Морская библиотека» переиздали роман «Клипер Орион». Но почему-то ни в справочнике «Писатели Москвы» (1987), ни даже в «Энциклопедии фантастики. Кто есть кто»(Минск, 1995) не было указано, что Жемайтис Сергей Георгиевич в 1987 году скончался…

С тех пор лишь однажды текст Жемайтиса появился в печати — в третьей книге «Неизвестных Стругацких»(2006) опубликовано письмо от 7 мая 1973 года с рекомендациями авторам по поводу «многострадального» сборника Стругацких «Неназначенные встречи»… Заканчивалось оно просто:

«С искренним уважением — С. Жемайтис»!

СИБИРСКИЙ ФАНТАСТ И НАСТАВНИК

Фанткритика — это просто - i_033.jpg

«Широка страна моя родная…» Слова из песни не выкинешь, Россия по-прежнему территориально самая великая страна в мире. Насколько она велика, подавляющее большинство жителей даже не задумывается — в полной уверенности, что «настоящая жизнь» сосредоточена в столице (ну ещё в Питере). А уж москвичи на замечания о том, что жизнь идёт не только в Москве, лишь улыбаются… И питерцы им не указ. У фантастов и фэнов великой страны были попытки создать альтернативные «центры влияния», но только уральский Свердловск восьмидесятых годов прошлого века «затмил» тогда обе столицы. Фестивали «Аэлита» во времена, когда редакцией фантастики «Уральского следопыта» заведовал Бугров — явление выдающееся и исключительное!

Проведение фантастических конвентов за Уральским хребтом не принесло впечатляющих устойчивых результатов, хотя попытки предпринимались не раз. Например, в конце ноября 1994 года в Новосибирске состоялся Фестиваль фантастики с примечательным названием «Белое пятно». Оно, конечно, намекало, что Сибирь — ещё не обжитая фантастами территория, но назван так конвент был не поэтому. Председатель Оргкомитета Геннадий Прашкевич тогда специально подчёркивал: есть и у сибиряков достойное имя — Михаил Михеев, «именно по его роману „Тайна белого пятна“ и назван фестиваль». А тремя годами ранее в Москве вышла не совсем обычная книжка — сборник фантастики «Амальтея», на титульном листе которого было написано: «80-летию Михаила Михеева посвящается». Книга в своём роде редкая, своеобразный парад лучших произведений «мастерской Михеева». Отмечая несомненные заслуги сибирского наставника, Прашкевич писал: «Михеев — фигура, может и не столь крупная. Но не будучи таким уж заметным писателем на российском фоне — в его время работало очень много крупных литераторов — он был совершенно замечательным учителем для большого числа пишущих людей». А вот в Сибири было трудно найти читателя, который не знал бы его книг: в раннем детстве малыши знакомились со стихотворной сказкой «Лесная мастерская», повзрослев — запоем читали его приключенческие и фантастические книжки.

«Был в Новосибирске такой всенародно любимый старик Михал Петрович Михеев…» — пишет уже в наше время некогда сибирячка, а ныне столичный житель и президент Фонда «Нацбест» Татьяна Набатникова. Так то в Новосибирске. Ни одной книги в Москве, всего полдюжины столичных публикаций — разве можно претендовать с таким «багажом» на известность? А вот не потерялось на советских просторах творчество Михеева! И как тут не вспомнить в роли пропагандиста хорошей фантастики журнал «Уральский следопыт». К примеру, в декабрьском номере за 1968 год увидел свет рассказ Михеева «В Тихом Парке» с оригинальными рисунками Ю. Григорьева — запомнившийся на всю оставшуюся жизнь…

Как бы «далёкое будущее»: парк из запрограммированной саморастущей пластмассы, за которым присматривают два человекоподобных робота, РТ-120 и ЭФА-3… «Посетителей вполне устраивали искусственные растения», но вот «искусственная» жизнь — ни в коем случае. Проблемы у «настоящих живых людей», случайно синтезированных из хаоса белковых молекул, всё те же: «Ты меня любишь?» Наверное, потому что и меня тогда тревожили всяческие «чувства», так запомнился этот рассказ… Заканчивающийся «почти как у Диккенса»… «Часто автор использует метод „доказательства от противного“» — писал Михеев позже, хотя продолжил так: он «верит, что на Земле всегда будут цвести живые цветы…»

25
{"b":"558839","o":1}