ЛитМир - Электронная Библиотека

– Доброе утро, девочки, – не заостряя внимание на дочери, сказала Коралина, также садясь за стол.

– Доброе утро, – улыбнулась родителям Свон и села на место рядом с Реджиной.

– Доброе утро, Эмма, – улыбнулся отец Эмме, а потом перевел свой строгий взгляд на дочь, не убирая его и продолжая стоять, – здравствуй, Реджина.

– Мила, неси завтрак, – крикнула миссис Миллс, чтобы отвлечь мужа.

Реджина посмотрела на отца.

– Здравствуй, пап.

– Выспалась? – поинтересовался отец, стоя возле стола и продолжая сверлить дочь строгим отеческим взглядом.

– Да, спасибо, – Миллс на вид была очень спокойна, но внутри все равно чувствовала за собой вину.

– Я хочу поговорить с тобой. Сразу после завтрака, – проговорил серьезно отец и присел на свое место за столом.

Реджина кивнула и увидела, как в столовую входит Эйден.

– Всем доброго утра, – кинул парень и увидел за столом сестру. Он подошел к Эмме и нежно, но мимолетно ее поцеловал.

– Что у тебя с рукой? – увидев кусок мяса, который держала Реджина, спросил Эйден.

Коралина и Грэг поприветствовали сына и взглядом проводили его до Эммы.

– Неудачная попытка построить из себя вратаря, – ответила за Реджину Свон.

– Она чуть не покалечила меня, – провопила брюнетка.

– Реджи, что у тебя за поведение? Скачки, футбол. Я не отчитывала тебя даже когда ты была ребенком, – посмотрев на дочь, уже грозно говорила Кора.

– А у нас Реджина за детство отрывается, – прошипел Эйден.

Реджина уже хотела ответить, как в столовую вошла Мила и внесла поднос с завтраком.

Все члены семьи Миллс совершенно не понимали поведения Реджины и были очень ей недовольны и даже не скрывали этого. Отец старался больше не смотреть на свою так сильно изменившуюся и не в лучшую сторону дочь. Коралина также не понимала состояния Реджины. Только Эйден понимал, что к чему, но все же был недоволен и даже возмущен таким поведением своей младшей сестры, за которую несет не меньшую ответственность чем родители.

Одна только Эмма понимала Реджину полностью, хоть ей и самой было трудно. Она знала каково сейчас брюнетке, но также знала, что ничем кроме дружбы, веселья, которое они получили утром, Свон не сможет помочь.

За завтраком все молчали, изредка перекидываясь рабочими фразами. Эйден обнимал Эмму, а Реджина заставляла себя не смотреть на них. Когда завтрак был закончен брюнетка под шумок хотела сбежать, избежав разговора с отцом.

– Жду в кабинете, – не успела дочь встать со стула, Грэг опередил ее резким словом и сам встав из-за стола вышел из столовой.

Реджина кинула злобный взгляд на Эйдена и пошла в след за отцом.

Когда она вошла, мужчина уже сидел в кресле.

– О чем ты хотел поговорить?

– Я продаю Вулкана, – сразу выдал отец.

– Что? Ты не посмеешь! Вулкан мой, и я не позволю тебе этого сделать, – Реджина была в ярости. Еще никогда она не повышала голос на отца и не разговаривала с ним в таком тоне.

– Забирай. В моей конюшне он не останется, – говорил совершенно серьезно отец и, открыв портсигар, достал сигару. Он курил только когда очень нервничал или был сильно расстроен.

– Куда? Как я его заберу? У меня работа! Отец, не делай этого. Вулкан убежал ко мне, это я виновата, – Реджина была зла, что отец ставит ее перед таким выбором.

– Ты виновата? Почему? Зачем он сбежал к тебе? – спокойно спрашивал отец, вставая со своего кресла и отходя к окну, при этом начиная курить.

– Мы поссорились с Эйденом, я была расстроена, и Вулкан почувствовав, что мне плохо, сбежал ко мне, – глубоко дыша, чтобы и дальше не кричать на отца говорила Миллс.

– При этом разрушив половину конюшни. А ваша ссора разрушила привычный, тихий уклад и работу моих сотрудников, – говорил холодно отец, смотря на зеленый газон заднего двора. Он был очень расстроен и переживал за Реджину, но в то же время безумно негодовал из-за ее поведения и поступков.

– Я оплачу все расходы, связанные с поломками и буду полностью содержать Вулкана, а на счет ссоры – это наше личное дело.

– Оплатишь и будешь содержать, но не в моей конюшне, – стоял на своем отец, пытаясь вывести на разговор Реджину и хоть немного понять ее, и чтобы она поняла его.

– Если ты продашь Вулкана или заставишь меня его забрать, я уеду из этого дома навсегда. Он единственный кто всегда рядом, когда мне трудно. Вулкан хоть и животное, но понимает меня лучше всех, а вы все только пытаетесь что-то во мне разглядеть, – крикнула брюнетка.

– Реджина, я разочарован. Я сильно разочарован в тебе и твоем поведении, – проговорил с паузами отец, не обращая внимание на нервозность и крики дочери. Подойдя к столу, он потушил так и не докуренную сигару, – тебе уже давно не 15 лет, чтобы делать такие заявления. Но вот почему в тебе проснулся несмышлёный подросток, прости, но ни я, ни мать, ни даже твой брат не понимаем. А сейчас можешь идти. Я не хочу больше с тобой разговаривать, – закончил на корню разговор Грэг, понимая, что от дочери ничего кроме истерик и криков не добьется и сел в свое кресло.

– Моя жизнь и так превратилась в дерьмо, так что не пытайся сделать ее еще хуже, забирая у меня Вулкана, – прошипела Реджина, – и прости, что разочаровала, – брюнетка развернулась и пошла к двери.

– Милая, расскажи мне, – совсем другим голосом просил отец, не успев Реджина выйти из кабинета.

Брюнетка закрыла дверь, которую успела открыть, оставаясь в кабинете.

– Пап, прости меня. У меня в жизни столько всего происходит, что я и сама не могу в этом разобраться, – закидывая голову и смотря в потолок, протянула брюнетка.

– Расскажи, Реджина, просто расскажи мне и тебе станет легче, – Грэг встал с кресла и подошел к дочери, приобнимая ее за плечи и ведя к дивану, возле стены.

Когда они сели на диван, Реджина поудобнее устроилась и отвернула голову, смотря в одну точку на книжном стеллаже.

– Три года назад в баре я познакомилась с человеком. Мы переспали, а на утро я проснулась одна. Я влюбилась как идиотка и искала каждый раз этого человека, когда приезжала к вам.

Отец внимательно слушал дочь и не смел ее перебивать, впитывая в себя каждое слово, эмоцию и чувствуя, как его девочке безумно тяжело и больно.

– Я нашла и тогда мой мир окончательно рухнул. Мало того, что она… – Миллс не знала говорить отцу кто это. Но ей очень хотелось, чтобы хоть кто-то ее понял и знал, что она чувствует, – пап, я люблю девушку и эта девушка – Эмма.

– Эмма? Эмма Эйдена? – безумно удивился отец. Нет, Эйден ему говорил, что Реджина любит и ищет человека. Но он никак не предполагал, что этот человек девушка. А уж то, что это Эмма – невеста его сына, совсем выбило почву из-под ног Грэга, и он даже не знал, что на это сказать дочери.

– Да, это Эмма, невеста Эйдена. Пап, я запуталась, – протянула брюнетка, из ее глаз уже давно катились слезы, – я люблю ее, но я никогда не разрушу его счастье.

– Дорогая, – был потрясен словами дочери Грэг и медленно обнял ее, кладя ее темную головушку себе на плечо и гладя по волосам, и совсем тихо проговорил, – милая. Девочка моя, успокойся. Я понял, я теперь понял, что с тобой творится. Реджина, прости. Как же тебе сейчас тяжело, я понимаю.

– Папочка, папа, что мне делать? Как мне жить? – Реджина наконец почувствовала реальное понимание и поддержку. Она наконец смогла выдохнуть от того, что она не одна хранит в себе эту тайну. Брюнетка плакала, уткнувшись своему отцу в плечо и крепко его обнимала.

– Милая, дорогая моя, доченька, – успокаивал Грэг, – я не знаю. Ты знаешь, как я тебя люблю. Я все отдам за тебя. Но Эди. Эйден. Я люблю его. Он мой сын, твой брат, – говорил Грэг, а потом покачал головой, – Господи, какие же вы сложные, дети мои.

– Пап, вот почему все так? Почему именно он встречается с ней, почему именно мой брат женится на девушке, которую люблю я? – шептала Реджина.

– Игры судьбы, – ответил на полном серьезе отец, ведь это было болезненно, но правдой, – скажи мне, а что Эмма? Она знает?

21
{"b":"558847","o":1}