ЛитМир - Электронная Библиотека

   Тут же у него послышался голос, который он уже слышал:

   - Он меня видит, господин лейтенант! Он, кого мы ищем, видит меня в камуфляже, в котором ни один человек не должен меня увидеть! У меня больше нет сил для того, господин лейтенант, чтобы недвижным оставаться на одном и том же месте, я покидаю нашу засаду!

   Васька испуганно бросил труп, инстинктивно резко выпрямился, начал испуганно осматриваться по сторонам. Испуг у парня вскоре прошел, испарился в неизвестном направлении! Васька же продолжил методично сектор за сектор осматривать лесную местность вокруг себя. Очень скоро он убедился в том, что не может найти источник голоса, внезапно прозвучавшего у него в голове! Только сейчас его головной мозг завершил анализ услышанных слов и всего того, что он видел вокруг себя. Вывод бы ясен, услышанные им слова не имели отношения к этой местности.

   Шумно передохнув, Васька все же решил покончить с обыском трупа офицера, а затем трогаться в дорогу. Ему показалось, что вот уже половину дня он провел на этой развилке дорог, что вскоре здесь появится новые немцы. Из карманов офицерского кителя, он вытащил множество бумажек. Но все они были на немецком языке, а в немецком языке Василий пока был не в зуб ногой, поэтому, собрав вместе все эти бумаги, он засунул их в пластиковый пакет, а сам пакет швырнул на дно коляски. Затем он нашел множество советских паспортов, штук сто, не меньше, но Василию было также непонятно, для чего именно эти паспорта горожан были нужны обер-лейтенанту Нетцке.

   Василий уже завершал обыск и был готов в любую минуту вскочить в седло своего мотоцикла, чтобы навсегда покинуть это место, как вдруг он заметил, что ожили глаза трупа немецкого офицера. Они вдруг задвигались, таким образом, словно кого-то разыскивали, а внутри самого деревенского парня вдруг зазвучал деревенский набат, предупреждая о пожаре. Васька предпринял невероятное усилие воли, чтобы разорвать какие-то тенета, вскочить на мотоцикл и, стремглав, бежать отсюда, но не успел этого сделать. Когда глаза мертвеца соприкоснулись с взглядом его глаз, то дикая головная боль вдруг обрушилась на Василия, дышать стало нечем! Едва не теряя сознание, не обращая внимания на боль, вдруг разбушевавшуюся у него в голове, Васька сумел его завести и сесть в седло мотоцикла, выжать педаль сцепления. Мотоцикл тронулся с места, он практические не управляемым покатился под сильный уклон, с каждой минутой набирая скорость! Последнее, что осталось в сознании Василия Василькова, почему-то оказалось девичье лицо!

  2

   - Какое сегодня число? - Первым же делом поинтересовался Васька, как только он открыл глаза, но ничего, кроме сплошной темноты, не увидел.

   - Какое число, спрашиваешь, молодой человек, да все прежнее, сегодняшнее! - Послышался старческий голос. - У нас сегодня 22-е июня 1941 года! Сегодня неметчина без объявления войны, перешла границы Советского Союза. Сегодня - первый день войны, а сколько теперь таких дней у нас будет впереди, один Господь Бог только знает!

   - Почему вокруг так темно? - Поинтересовался Василий.

   - Ну, молодой человек, на этот твой вопрос мне ответить гораздо легче, чем на твой первый, предыдущий вопрос! А то, что ты ничего не видишь, молодой человек, так это похоже на то, что ты получил сильную травму головного мозга! Что касается ситуации со светом, то сейчас у нас время где-то около четырех часов пополудни. Сказать более точное время не могу, часов при себе не имею. Так что сейчас у нас очень светло, но не очень-то радостно. Над нашими головами летают одни только немецкие самолета, за весь день я так и не увидел ни одного нашего советского самолета. А по нашим дорогам движутся одни только немецкие войска, и почему-то одни только танковые! Иногда слышны артиллерийские залпы, похоже, что где-то идут бои. Видимо, красноармейцы пытаются остановить, повернуть вспять эти вражеские танковые войска, но уже сегодня видно и понятно, что им вряд ли удастся этого сделать!

   - Значит, все-таки имеются советские люди, которые не склонили головы перед вражеским нашествием!

   - Да, такие люди имеются, но их почему-то очень мало, парень! Немецкие же войска повсюду, куда не бросишь взгляда! Между прочим, парень, насколько я понимаю, ты пришел в сознание, но нам так и не представился, кто ты, зачем к нам пришел?

   - Извини, старик!

   - Но я тебе не старик! Давай договоримся о том, что обращаться друг к другу будем, как простые советские люди, по имени и отчеству. Итак, кто ты?

   - Василий Васильевич Васильев, если по-деревенски, то меня можно называть попросту, Васькой! Мне двадцать лет, завтра, в понедельник меня должны призвать в армию, но боюсь, что теперь не призовут! Так что теперь придется самому учиться воевать, пристать к какой-либо воинской части и вместе с красноармейцами бить врага, перешедшего нашу границу!

   - Да, Василий Васильевич, теперь мне понятно, почему у тебя в мотоцикле так много оружия, ты им целый полк можешь вооружить! Ну, а меня зовут Игорь Ефграфович Рожнов, я доктор в сельской больнице, по специальности детский психиатр, но лечу всех людей подряд и сразу от всех болезней! Ты к нам на больничный двор на своем мотоцикле влетел, а затем с него свалился прямо посередине нашего двора, подняться сам на ноги пытался, но так и не смог! Когда я первый раз тебя осмотрел, то ты и слова вымолвить не мог, а сейчас вон, как свободно языком болтаешь! Думаю, что вскоре и тьма в твоих глазах рассеется. Только мне кажется, что тебе немного нужно поспать. Сейчас наша Анюта тебе теплого молочка принесет, ты его попей и постарайся заснуть. Сон лучше всякого лекарства лечит! А я, тем временем, других больных осмотрю, а затем снова к тебе подойду!

   Этот разговор с сельским врачом психиатром привнес в голову Василия какое-то странное успокоение, куда-то ушла копившаяся в сознание парня тревога. Он дождался, когда придет Анюта с молоком, попил теплого молока, ею принесенного. Вскоре после молока парень крепко заснул. Он проспал, не просыпаясь целых три часа. За это время в сельскую психиатрическую больницу прибыли два грузовика и всех больных, а их было совсем немного, всего лишь пять человек, увезли в районную больницу. Врач Рожнов Вас не отдал, сказал, что он скоро выздоровеет!

   Когда Васька снова открыл глаза, то на этот раз с его глазами все было нормально. Они хорошо видели! Игорь Ефграфович пару раз их проверил на таблице остроты зрения и остался доволен полученным результатом. Он также очень внимательно, наложив ладони своих рук на виски головы Василия, прислушивался ко всему тому, что творилось у него в голове. При этом сам что-то нашептывал, а Ваське показалось, что в какой-то момент по рукам врача потекло тепло, переливавшееся в его тело, отчего ему стало хорошо.

   Вскоре Василий убедился в том, что боли у него в голове начали пропадать. Они совсем не ушли, не покинули его головы, кое-где осталось! Но эти боли стали терпимыми, он мог их переносить, порой сам Васька мог от них избавиться. Для этого было нужно только выйти на крыльцо и подышать свежим воздухом. А затем прислушаться к тишине, в данный момент разлившейся над полями и над селом, постараться уйти в нее и тогда головная боль проходила. Или же она делалась совсем слабой, незаметной, а значит терпимой!

   Поначалу Васька сам этого не заметил, только осторожное расспрашивание врача, Игоря Ефграфовича Рожнова, заставило парня обратить на все эти обстоятельства внимание.

   Он вдруг начал слышать голоса других людей. Правда, Игорь Ефграфович его тут же поправил, сказав, что он слышит не голоса, а мысли других людей. Весь первый военный вечер Игорь Ефграфович с Васькой поработал, помогая ему разобраться в том, что же именно он слышит. Таким образом, вскоре выяснилось, что Василий может услышать общий настрой человека или женщины, которые вдруг оказались в его активной зоне его внимания. Тогда он мог практически безошибочно определить, как тот или ной человек к нему относится, дружески, враждебно или совершенно нейтрально!

7
{"b":"558886","o":1}