ЛитМир - Электронная Библиотека

— Итальянцы — это совсем другое.

— Неужели? Чем же они отличаются? — спросила я, направляясь к «Кафе Д. К.»

— Да всем. Во-первых, когда наши предки сошли на Эллис-Айленд, они прежде всего научились говорить по-английски. И они не садились за руль такси, если не знали города. Эй, смотри-ка, а здесь очень даже неплохо.

Кафе работало круглосуточно, и в воздухе стоял неистребимый запах лука и жареного мяса. На стенах висели постеры с изображением нанизанных на вертел цыплят. Другие рекламировали ливанское пиво и зеленый чай. Взятая в рамку газетная вырезка с гордостью сообщала, что однажды здесь ели «Роллинг стоунз». Какая-то женщина протирала стекло с таким торжественным видом, словно в этом заключалась миссия ее земного существования. На нас она не обратила ровным счетом никакого внимания.

— Отдохни, — сказала я Марино. — Это не займет больше минуты.

Он уселся за свободный столик и сразу закурил, а я подошла к прилавку и попыталась разобраться в подсвеченном меню над грилем.

— Слушаю, — сказал повар, ловко поворачивая плюющий жиром кусок говядины и бросая на него поджаренные кольца лука.

— Один греческий салат. Один цыпленок-гриль в пите и... минутку, сейчас посмотрю. — Я прошлась взглядом по меню. — Один кюфта-кебаб. Думаю, по-вашему это звучит именно так.

— Навынос?

— Да.

Я вернулась к столу. В кафе был телевизор, и Марино рассеянно наблюдал за разворачивающимися за пеленой помех событиями очередной серии «Стар трек».

— Все будет иначе, когда она переберется в Филадельфию, — сказал он.

— Да, все будет иначе.

На экране капитан Кирк направил фазер на клингона или кого-то еще.

— Не знаю. — Марино выпустил струйку дыма. — Что-то здесь не так, док. У нее все было в порядке, и она добилась этого сама. И что бы она там ни говорила о переводе, я думаю, что уезжать ей не хочется. Просто она не верит, что у нее есть выбор.

— Я тоже не уверена в этом.

— Черт возьми, у человека всегда есть выбор. Ты не видишь, где тут пепельница?

Я оглянулась и подала ему стеклянное блюдечко с соседнего столика.

— Ну вот, теперь я соучастница.

— Ты ворчишь только потому, что больше тебе и заняться нечем.

— Это ты мне говоришь? Да я же половину своего времени трачу на то, чтобы не дать тебе умереть.

— Звучит довольно забавно, принимая во внимание, на что ты тратишь другую половину своего времени.

— Ваш заказ! — крикнул повар.

— Как насчет того, чтобы угостить меня пахлавой? С фисташками.

— Нет.

Глава 9

Люси и Джанет жили в десятиэтажном здании, называвшемся «Западный парк» и расположенном в одном из дальних кварталов Р-стрит. На маленьких балкончиках стояли велосипеды, молодые люди курили и пили вино, наслаждаясь приятным вечером, кто-то играл на флейте. Голый по пояс мужчина закрывал окно. Я нажала кнопку под номером 503.

— Кто там? — голосом Люси ответил интерком.

— Мы.

— Кто мы?

— Мы, с вашим обедом. Открывай, здесь не жарко.

Замок щелкнул, впуская нас в холл, и мы прошли к лифту.

— За те деньги, которые она платит здесь, в Ричмонде можно было бы, наверное, снять пентхауз, — заметил Марино.

— Пятнадцать сотен в месяц за квартиру с двумя спальнями.

— Ну и ну! И как Джанет собирается оплачивать эти апартаменты одна? Не думаю, что Бюро платит ей больше сорока сотен.

— У нее небедная семья. А об остальном не спрашивай — не знаю.

Он покачал головой. Дверцы лифта открылись.

— Вот что я тебе скажу, не хотелось бы мне начинать все заново. В Джерси, когда я был еще совсем молодой, пятнадцати сотен хватало на целый год. Преступность была не та, что сейчас, а люди добрее, даже в нашем дерьмовом квартале. А что мы имеем теперь? Взять, к примеру, наше дело. Какую-то бедняжку порезали ножом, а потом еще и сожгли. Мало того, когда мы закончим с ней, обязательно подвернется кто-нибудь другой. Мне это все напоминает того парня, который закатывал камень на гору. Стоило ему подняться к вершине, как камень скатывался. Иногда мне кажется, что мы зря стараемся, док. Зачем?

— Ты и сам знаешь. Без нас было бы еще хуже, — ответила я, останавливаясь перед знакомой бледно-оранжевой дверью и нажимая кнопку звонка.

Внутри лязгнула задвижка, и на пороге появилась Джанет. На ней были спортивные шорты с эмблемой ФБР и тенниска с надписью «Грейтфул дэд», сохранившаяся, похоже, со времен колледжа. Из-за ее спины доносился голос Энни Леннокс.

— Входите, — с улыбкой сказала она, отступая в сторону. — Пахнет чем-то вкусненьким.

Квартира состояла из двух спален и двух ванных комнат, втиснутых в крошечное пространство с видом на Р-стрит. Кресла, столы, кровати завалены стопками книг и одеждой, дюжины две коробок стояли на полу вдоль стен. Люси была в кухне, откуда слышался звон посуды. Вернувшись, она расчистила место на кофейном столике, разложила салфетки и взяла у меня пакеты с едой.

— Вы спасли нас от голодной смерти. У меня уже гипогликемия. Кстати, Пит, я тоже рада тебя видеть.

— Черт, жарковато у вас здесь, — сказал он.

— Жарко — не холодно, — ответила Люси, вытирая со лба пот.

Молодые женщины быстро разложили еду по тарелкам и расположились прямо на полу. Я опустилась на краешек дивана, а Марино принес с балкона пластиковый стул. Люси была в найковских шортах и топе и грязная с головы до ног. Обе выглядели до крайности уставшими, даже измученными, а уж о том, что они чувствовали, не хотелось и думать. Обе тяжело переживали происходящие в их жизни перемены. Каждый опустошенный ящик, каждая заклеенная коробка становились еще одним ударом, маленькой смертью, концом того, что их связывало.

— Вы сколько здесь прожили? — спросила я. — Года три?

— Около того, — ответила Джанет, подбирая вилкой греческий салат.

— Ты собираешься здесь и остаться?

— Какое-то время. Не вижу пока смысла переезжать. К тому же и Люси будет где остановиться.

— Не хотелось бы затрагивать неприятную тему, — подал голос Марино, — но может ли быть, что Кэрри известно, где вы живете?

Некоторое время они молча ели. Я протянула руку к проигрывателю и уменьшила звук.

— Может ли так быть? — повторила Люси. — А почему она может что-то знать о моей теперешней жизни?

— Будем надеяться, что и не знает, — сказал Марино. — Но хотите вы, девочки, или нет, мы должны думать об этом. Вы живете в таком квартале, где она чувствует себя как рыба в воде. Вот я и задаю себе вопрос: будь я на месте Кэрри, захотелось бы мне узнать, где живет Люси?

Ему никто не ответил.

— Полагаю, мы все знаем ответ, — продолжал он. — Выяснить, где живет док, не проблема. Для этого достаточно пролистать газеты. А кто найдет ее, тот найдет и Бентона. Но тебя... — Марино ткнул пальцем в Люси. — Найти тебя — для нее дело чести. Когда ты переехала сюда, Кэрри уже несколько лет провела за решеткой. Но теперь ты уезжаешь в Филадельфию, а Джанет остается одна. И скажу откровенно, мне это ни черта не нравится.

— Вы ведь не значитесь в телефонной книге? — спросила я.

— Нет, — коротко ответила Люси.

Аппетит у нее, похоже, пропал, и она равнодушно ковырялась в салате.

— А если кто-то придет сюда и станет наводить справки?

— Информация о жильцах не подлежит разглашению, — сказала Джанет.

— Не подлежит разглашению. — Марино саркастически усмехнулся. — Ну конечно. Нисколько не сомневаюсь, что с безопасностью здесь все в порядке. В таком-то доме.

— Не можем же мы все время сидеть и дрожать от страха. — Люси начинала злиться. — Может, поговорим о чем-то другом?

— Например, об уоррентонском пожаре, — предложила я.

— Почему бы и нет?

— Я пойду паковать вещи, — поспешно вставила Джанет — уоррентонское дело ее не касалось.

Я проводила ее взглядом.

— При вскрытии обнаружилось кое-что необычное и настораживающее. Жертва была убита. Она умерла еще до начала пожара, что определенно указывает на поджог. Удалось ли выяснить, с чего именно все могло начаться?

33
{"b":"5589","o":1}