ЛитМир - Электронная Библиотека

Энн сразу проснулась. Слабый свет проникал в окно, отчего углы комнаты в мансарде тонули в непроницаемой пустоте. Она прислушалась, ей не хотелось двигаться.

Тиканье часов падало в полную тишину – скрытое сердцебиение ночи. Дождь кончился.

Огонь догорел, осталось лишь тусклое свечение углей. Балки и комоды, преображенные темнотой, казались больше обычных своих размеров, но ее нижняя юбка застывшим белым водопадом пенилась на спинке стула. Очертания комнаты тускло отражались в полированном ведерке для угля у камина.

В окне показалась какая-то фигура. Энн закрыла глаза и снова их открыла. На теле все волоски встали дыбом. В окне никого не было. Затаив дыхание, она протянула руку к трутнице рядом с кроватью. Опять что-то щелкнуло. Энн медленно повернула голову – кто-то поднимал оконную раму. Сердце сжалось у нее в груди, девушке показалось, что сейчас ей станет дурно. Сырой воздух ворвался в комнату. Незваный гость уже перенес ногу через подоконник.

Крик должен разбудить Эдит и тетю Сейли, но они не успеют… Они с Артуром никогда не поженятся… Тетя Сейли и Эдит найдут ее изувеченное тело… ее мать и отец получат сообщение… все будут раздавлены горем. Энн скатилась с кровати и припала к полу у стены. Держась в тени, она поползла к камину.

Незваный гость проник в комнату, в темноте только поблескивали глаза и зубы. Тихие шаги приближаются к кровати. Фигура останавливается, потом человек начинает поворачиваться. Господи, помоги! Ночная рубашка на ней белая!

Энн схватила кочергу и закричала что было сил. Колотя, как безумная, продолжая кричать, она широко размахивала тяжелым предметом. Раздался оглушительный треск – кочерга угодила по углу комода и чуть не вывернула ей руку. Дерево треснуло. Тени сразу же ожили. Ночной визитер бросился к окну, перемахнул через подоконник и исчез.

Энн уронила кочергу, повернулась и столкнулась с кем-то высоким и теплым, чьи-то руки сомкнулись на ее предплечьях. Крик застрял в сжавшемся от ужаса горле девушки.

– Тише! – послышался мужской голос. – Вы смелы, мэм, вы выказали самую впечатляющую храбрость. Теперь все в порядке, хотя, полагаю, вы попортили мебель.

В коридоре загрохотали шаги, дверь распахнулась. На пороге появились тетя Сейли в ночном чепце, халате и с фонарем в руке. Рядом, плечом к плечу с ней, стояла Эдит. В комнате стало светло.

Служанка целилась в незнакомца из мушкета.

– Стоять на месте! Не двигаться! Поднимите руки вверх!

– Что именно вы хотите, мэм, чтобы я сделал? – невозмутимо поинтересовался мужчина. – Выполнить все эти команды одновременно я не способен.

– Отпустите ее, или я буду стрелять!

– Тогда сдаюсь. – Он отпустил Энн, поднял руки и повернулся.

Незнакомец был весь в черном: черный плащ, черная рубашка, черные брюки, черные сапоги. Его волосы и глаза были чернее ночи. Его голова касалась потолка, его плечи заполняли пространство между стропилами.

Мрачный гигант замер посреди ее комнаты, сделав попытку поднять руки, однако потолок в мансарде был явно не рассчитан на его рост.

– Прошу вас, мэм, не стреляйте, – сказал он с усмешкой. – Комнате и без того нанесен ущерб. Эта леди напала на комод с кочергой.

– Держите руки так, чтобы я могла их видеть! – бросила Эдит. – Станьте на колени!

Незнакомец немедленно опустился на колени. То была поза человека, ждущего казни. Но, несмотря на покорную позу, его вряд ли можно было считать побежденным, такая мощь и сила исходили от его смиренной фигуры.

Энн припала к кровати, думая о том, что у нее никогда больше не хватит духа спать здесь. Комната выглядит почти как прежде, хотя на углу комода, там, куда она угодила кочергой, белеют щепки. Кто-то пытался ее убить. Незнакомый человек стоит на коленях в ее спальне. Девушке стало дурно.

– Их было двое, – прошептала она, – у его сообщника было оружие… нож, кажется. Он убежал.

– Это не мой помощник, а моя добыча – если бы вы не вмешались, мэм.

Человек повернул голову и посмотрел на нее. Под густыми черными ресницами блеснули необычайно красивые золотисто-карие глаза. А лицо! Спокойная властность архангела, находящего нечестивую радость в трепете смертных перед неотвратимостью неизбежного.

– У меня при себе пара пистолетов, – обратился он к Эдит и тете Сейли. – Вы должны либо разрешить мне положить на пол свое оружие, либо сами меня разоружить. Возможно, найдется более удобная комната, где мы могли бы все обсудить, что-нибудь более подходящее, нежели спальня этой леди?

Женщины в нерешительности мялись у дверей. Дуло мушкета клацнуло о косяк.

– Или свяжите мне руки, если хотите, – продолжал он. Так вы будете чувствовать себя в большей безопасности. Хотя я просил бы вас сначала закрыть окно и опустить засов на ставнях.

Энн попыталась встать. Было такое ощущение, что у нее ледяная вода, а не кровь в жилах. Она сидела в ночной рубашке перед опасным ангелом. Ноги у нее замерзли. Где-то были тапочки! Право же, она непременно должна найти тапочки!

– Это не смешно, – сказала Энн.

Он обернулся к ней и улыбнулся. От его улыбки по спине у нее побежали горячие мурашки.

– Я ваш узник, мэм. Вы вольны поступить со мной, как вам заблагорассудится.

Жар бросился ей в лицо.

– Я не понимаю. – Голос у нее был хриплый, она сглотнула и начала снова: – Вы говорите как джентльмен. Вам явно безразлично, разоружим мы вас или нет. Вы нисколько не боитесь, да?

– Теперь не боюсь, – ответил он. – Теперь вы в полной безопасности. Ставни нужно закрыть только для того, чтобы избежать новых неприятностей.

– Это что, какое-то забавное пари? – Энн собралась с духом, хотя сердце у нее бухало, как паровой двигатель. – Мои братья очень любят проделывать что-то похожее, хотя, полагаю, не пугают до смерти людей среди ночи.

– Это не забава и не пари, – ответил он. – Не забудьте про ставни.

Небо за окном нависало прямоугольником темноты. Тетя Сейли и Эдит жались друг к другу, стоя в дверях.

– Негодяев было двое? – спросила наконец Эдит. – Второй все еще там?

– Я сам закрою ставни, – сказал незнакомец, – вы обещаете не стрелять?

Мушкет дрогнул. Тетя Сейли обеими руками вцепилась в фонарь. Ни одна из женщин не пошевелилась.

– Я закрою, – сказала Энн.

Она попыталась встать. Однако, как только ее босые ноги коснулись пола, колени девушки подогнулись и она начала заваливаться на бок.

Два шага – и архангел поймал ее. Энн не видела, как он встал. Или он воспользовался невидимыми крыльями, чтобы пролететь эти два шага? Он одной рукой подхватил ее, как только она начала падать, а другой потянул одеяло с кровати. Энн вцепилась в одеяло, которым он укутал ее, переместив в центр комнаты. Голова девушки опустилась на его плечо, босые ноги беспомощно торчали из одеяла.

– Мисс Марш дурно, – сказал он. – Эдит, сейчас вы опустите свое оружие, затем закроете окно и ставни. Поторопитесь убедиться, что все двери и окна также надежно заперты. Миссис Сейли, я должен извиниться за то, что перепугал вас, но мне необходимо позаботиться о мисс Марш.

Тетя Сейли плюхнулась на стул у двери.

– Ах, какой ужас! Откуда вы знаете наши имена?

– Я спросил у соседей. И еще они сказали, что эта леди – дочь вашего брата. Ну, как насчет окна, Эдит?

Словно загипнотизированная, горничная положила мушкет и присела в реверансе.

– Слушаюсь, сэр.

– Миссис Сейли! – Он поклонился, прижимая Энн к своей груди, как дитя. Конец длинной косы девушки свисал через его руку. – Надеюсь, вы простите меня, если я отнесу вашу племянницу вниз? Она перенесла потрясение и озябла. Как только Эдит убедится, что дом надежно заперт, мы все можем сойтись в вашей гостиной и выпить чаю. – Он опять улыбнулся. – Крепкого чаю, надеюсь, чтобы прийти в себя.

Тетя Сейли смотрела, как незнакомец выходит из комнаты с ее племянницей на руках. Энн оглянулась и увидела, что Эдит поспешила к окну, а тетка осталась сидеть в коридоре на стуле словно громом пораженная.

4
{"b":"559","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Как устроена экономика
Девушки сирени
Французские дети не плюются едой. Секреты воспитания из Парижа
Сестра
Финансовые сверхвозможности. Как пробить свой финансовый потолок
Начало жизни. Ваш ребенок от рождения до года
Четырнадцатый апостол (сборник)
Трансерфинг реальности. Ступень I: Пространство вариантов