ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Код 93
Сезон крови
Богатый папа, бедный папа
Настоящий ты. Пошли всё к черту, найди дело мечты и добейся максимума
Невеста напрокат, или Дарованная судьбой
Руководитель проектов. Все навыки, необходимые для работы
Добрый волк
Криштиану Роналду
Литерные дела Лубянки
A
A

Сергей понял, о чем идет речь. Дома мужики долгим вечером судачили как-то о волчьей траве и о том, как люди Правителя сурово наказывают любого, кого поймают хоть е малой понюшкой. Траву ту будто бы везде с корнем изводят, говорили одни, а другие утверждали, что вовсе и не истребляют, из нее, мол, лекарство маги варят. А гончар тогда встрепенулся и кричать стал, что никакого лекарства не варят, отрава это чистая, у его дружка кум сдуру этой травки перебрал и кранты ему, в лупилу тут же сковырнулся, пришлось бедолагу на месте кончать...

Никита звякнул ложкой о котел. После еды разговаривать не было сил, веки слипались, огоньки на углях плыли перед глазами разноцветными пятнами.

Завернувшись в кошму, Сергей прилег у стены. Ему показалось, что он и не спал вовсе, но когда встрепенулся от тычка в бок, уже светало. Вскочил, потер лицо ладонями и потянулся к ведру: ему полагалось спозаранку ходить за водой. Однако Владимир ухватил его за плечо и негромко велел оставаться на месте. Сергей насторожился. Старатели были чем-то обеспокоены.

Никита влез на телегу и осматривался по сторонам, Владимир, отпустив парня, поднял с земли арбалет, Антон же, тихо ругаясь, сбивал ломиком замок с двери.

Наконец вожак спрыгнул с телеги.

- Худо дело, - сказал он.

Сергей поднял голову и увидел зарево. Над подлеском со стороны поселения, куда они так и не добрались засветло, поднимался столб серого дыма. Издалека доносились еле слышные крики, треск, ему показалось, что кто-то исходит плачем.

- Деревню жгут! Уходить надо... - Никита вдруг замолчал.

Сквозь низко стелющуюся туманную проседь меж редких сосенок на косогоре вдруг проступила странная фигура. Припадая на руки и корячась, прыгал от дерева к дереву кто-то в развевающихся лохмотьях. Заметив старателей, вскинул руки, подскочил на месте и завыл радостно. Не успел Владимир поднять арбалет, как фигура исчезла в тумане.

- За подмогой побежал, - сплюнул Владимир и выругался в сердцах. Бросаем все, и ходу, братцы, ходу!

- Теперь не уйдешь, догонят, - отозвался Никита и рывком поднял с телеги короб с оружием. - Ну, что ты там? - Это он уже Антону.

- Сейчас, сейчас. - С этими словами Антон крутанул ломик, и замок, хрустнув, отлетел.

Владимир обрезал постромки и хлопнул кнутом по широкой спине мерина. Сивый укоризненно скосил на него глаз, переступил копытами, но остался стоять.

- Да пошел отсюда, глупый, - с размаху ударил опять Владимир. - Сожрут тебя, мясо ходячее!

Мерин коротко всхрапнул и побрел прочь.

Сергей почувствовал, как у него вдоль позвоночника пробежала струйка холодного пота. Еще ни разу не было, чтобы старатели прогоняли коня. Значит, из всех передряг, в которые они попадали, эта самая серьезная. Без мерина им барахло не унести, придется все железки бросать, а где Потом новым тяглом обзаводиться?

- Разбойники напали? - шепотом спросил он у Владимира.

Тот лишь мотнул головой, а Никита услышал и сказал: - Хуже, парень, гораздо хуже. Это лупилы. С разбойниками еще договориться можно или отбиться. А с этими разговор другой - или мы их всех перебьем, или...

Он замолчал, а потому, как перекосило лицо Владимира, Сергей понял, что если лупилы просто убьют старателей, то это еще не самое худшее. Но тогда и ему веники, вот черт!

- Ну, скоро вы там?! - раздался голос Антона из темного проема.

Никита и Владимир втащили в здание короб с оружием, Сергей подхватил узел со снедью и затащил его в темное помещение, чуть не грохнулся на скользком полу, выбежал обратно, подхватил котел, но тут вожак крикнул, чтобы он тащил канистры с водой. Антон успел еще прихватить мешок с самыми ценными железками, а Владимир связку пик.

Вдруг неподалеку разнесся такой крик, вой и жуткое уханье, что старатели оцепенели. На опушку сквозь легкий туман выступила темная полоса, она становилась все больше и вдруг распалась на цепь полуголых и совсем голых людей, которых и людьми-то назвать нельзя было. Сотня или две их было - Сергей не смог сосчитать, в глазах от страха потемнело, колени задрожали. Лупилы визжали, верещали, размахивали руками, палками, а у некоторых парень успел разглядеть длинные колья, на которые были насажены круглые штуки. Это были человеческие головы.

Он опомнился, когда Никита за шкирку втащил его в здание.

Антон захлопнул дверь и вставил ломик вместо шкворня в приваренные обрезки труб.

- Дверь крепкая, - сказал он, - а вот дужки совсем трухлявые. Хорошо хоть дверь наружу открывается, враз не вышибут.

Тут о дверь что-то сильно грохнуло, затем еще, и торжествующие крики сменились разочарованным воем.

Сергей перевел дыхание и осмотрелся. Узкие окна сверху еле пропускали свет, но зато сквозь них сюда никто не пролезет. В центре небольшого зала темными глыбами возвышались цилиндры, окруженные плотным частоколом из труб. Кислый запах старого металла смешивался с тошнотворной вонью прогорклого масла. Никита чиркнул зажигалкой - дрожащий огонек высветил черные застывшие потеки на бетонном полу, обрывки толстых проводов, свисающие с гирлянды больших фаянсовых тарелок, увенчивающих верхушки цилиндров. Вдоль стен зияли развороченными чревами железные шкафы, металлическая лестница вела к узкому решетчатому балкону, опоясывающему помещение чуть ли не под самым потолком. Антон внимательно оглядел помещение, задержал взгляд на балконе и кивнул, словно разглядел что-то интересное.

- Подстанция. Жаль, провода все срезали...

С этими словами он подергал какие-то рычажки у основания цилиндра. В недрах его слабо хлюпнуло, из пробоины в трубе часто закапала густая жидкость.

- Трансформаторное масло! - обрадовался Антон. - Я думал, все давно раскурочено, а тут даже изоляторы целы. Если сумеем ноги унести, то непременно вернемся. Меди здесь должно быть невпроворот.

- Ты как собираешься свои ноги уносить, под мышкой, что ли? - спросил Никита, наматывая на палки ветошь.

Обмакнул тряпку в масло и запалил факел. За дверью между тем бесновались лупилы и время от времени чем-то с грохотом били об дверь. Старатели подтащили к двери опрокинутый металлический шкаф, накидали в него обломки фаянсовых изоляторов и подперли кольями.

Страх у Сергея пропал: лупилы оказались людьми - сквозь стены просачиваться они не могли, росту были обычного, и рты, судя по крикам, у них человеческие, а вовсе не клювы с острыми зубами, рассказами о которых пугали малышей. Да и в волков они вроде пока не оборачивались, хотя вопли порой затихали и тогда противно скрипел ржавый металл, словно его царапали когтями. А хоть бы и волки! Каждый старатель знал, что хрипун хуже лупилы, от хрипуна сталью не отобьешься и пулей не остановишь.

Удары в дверь становились все чаще, количество вмятин на ней росло, они сливались в большой волдырь. Никита разглядывал захваченный у разбойников ствол, озабоченно покачивая головой, а Владимир вынул из короба два обреза и мешочек с патронами. Антону достался арбалет, а Сергею, цапнувшему было обрез, досталось по рукам.

- Не балуй! - буркнул Владимир. - Бери пику и тесак.

- Ну, полезли наверх! - скомандовал Никита.

Сергей задрал голову и опасливо посмотрел на хлипкие прутья лестницы и узкий балкон, огороженный редкими перилами.

А что как все ржа поела? Вот кувыркнутся прямо лупилам на головы, смеху будет! Он чуть было не рассмеялся, но вовремя зажал рот ладонью - неладный смех рвался из него, душил, сводил низ живота коликами... Антон похлопал его по плечу.

- Что, пацанок, уссался?

- Кончай болтать! - крикнул вожак, - сейчас дверь вышибут!

И он полез наверх. Ступени под ним зазвенели, а когда сапоги Никиты загрохотали по решеткам балкона, то за ним полез Владимир, повесив за спину обрезы и прихватив с собой пику. В помещении стало светлее, Никита укрепил факел между перилами и запалил второй. В дверь бухнуло так сильно, что ломик прогнулся. Сергей и сам не понял, как очутился наверху с тесаком в руках.

7
{"b":"55902","o":1}