ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Если же оставить физику физикам, я должен сказать определенно: я рассказу Жукова верю. Почему? Но, во-первых, врать ему было совершенно незачем. Во-вторых, полсотни монет в нашем музее, четыре из которых - редчайшие переданы в Эрмитаж. Что еще? Да, обрывок газеты.

Это - факты. Достаточно их или нет - зависит от точки зрения.

Но вот еще два факта, на первый взгляд совсем далекие от того, о чем мы говорим.

Четыреста лет назад итальянский монах Джордано Бруно высказал дикую для своих современников мысль о бесконечности природы и о бесконечном множестве миров во Вселенной.

Сегодня эта истина кажется абсолютно ясной. И тем не менее, как это ни парадоксально, применяем мы ее по привычке только к одной из форм существования материи - к пространству. Справедливо это? Нет. Очевидно, что идея бесконечности природы и множественности миров объемлет весь материальный мир - в обеих его формах. Если это так, - а диалектика вынуждает нас признать, что это так, - значит, границы этого мира становятся еще необозримее, если можно сказать так о безграничном. И это значит, что человека ждут потрясающие открытия не только на далеких звездах...

Четыреста лет назад итальянский монах Бруно взошел на костер.

Четыреста лет назад безымянный русский мужик, привязав к плечам самодельные крылья, прыгнул с колокольни и разбился. Полет первого человека-птицы был скорее даже не полетом, а падением. Но это падение обернулось крыльями для всего человечества.

Первая попытка проломить стену Времени едва не закончилась для Ивана Жукова так, как для его далекого предка попытка взлететь...

Сегодня человек чувствует себя хозяином в пространстве. Но наступит день и час, когда подчинится ему и океан Времени, и ждут его на этом пути новые острова, новые материки, новые миры...

Теперь же, как поступали древние римляне, мне остается сказать: dixi - я закончил.

16
{"b":"55933","o":1}