ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Биография Мигеля Серрано: И будет сказание вечным

Короткая биография Мигеля Серрано, принадлежащая перу чилийца Криса Салазара, лично знакомого со своим великим соотечественником. Немногословный и ясный текст поможет разобраться с многочисленными книгами Серрано, соотнеся время их написания с событиями в жизни автора. Шаг за шагом читатель сможет проследить развитие уникальной философии. Эта биография, открывающая ряд ранее малоизвестных фактов, адресована всем интересующимся наследием и личностью Мигеля Серрано.

Ограничение использования книги

Данная электронная книга свободна для некоммерческого использования и распространения при условии, что Вы не будете изменять текст книги.

Оригинал книги (актуальная версия перевода) всегда доступен на сайте электронного издательства «Ex Nord Lux DIGITAL» (http://nordlux-digi.org)

От издателя

Уважаемый читатель! Мы всегда рады видеть Вас на сайте электронного издательства «Ex Nord Lux DIGITAL», а также группах издательства в соцсетях:

Сайт электронного издательства: http://nordlux-digi.org

Telegram: https://telegram.me/exnordlux

ВКонтакте: https://vk.com/nordlux_org

Facebook: https://www.facebook.com/exnordlux

LiveJournal: http://exnordlux.livejournal.com

Twitter: https://twitter.com/exnordlux

И будет сказание вечным

Последний рассвет февраля оказался дождливым. Всполохи молний резали небо, рев доносился из звездных миров, будто старавшихся ужаснуть людей божественным гневом, о котором они позабыли века назад. Странная, необычная погода для середины лета в Сантьяго де Чили.

И всё же, он был красив — этот день, когда ушел дон Мигель Серрано Фернандес, оставив заботы об отечестве после всех надежд и сражений, после яростной преданности идее. Синхронистичность была его верой — и летний день его смерти взорвался ливнем, бесконечной канонадой молний, ударами Торова молота, бьющего об небесный свод будто о наковальню.

Вся жизнь Серрано — в исключении, неприятии, восстании: в том, что существовать не может, но всё же существует. Всегда против течения, против всех и вся, не думая о последствиях для карьеры, репутации, независимо от мнения света, который ценит только покладистых. А любовь его жизни — наш город, Сантьяго–де–Нуэва Эстремадура. Его закоулками и тупичками он ходил вновь и вновь, каждый раз — будто впервые оказавшись здесь. Вот что он говорил в интервью веб–сайту nuestro.cl:

«Я каждый день ощущаю ностальгию, тоску о том, что ушло. И всё же, Сантьяго пока существует — с тайнами, неведомыми уголками по соседству, нищими кварталами, с Авенида Мата, Мапочо. Повсюду потаенные места, скрытые площади. Вопреки небоскребам. Квартал Конча и Торо, Вальпараисо. Улица Кармен, улица Марколета. Холм Санта Лусия. Я ощущаю ностальгию по тем беседам в барах до утра, тоску по тому значению, каким в былые времена наделялась дружба».

Те же люди, что помогли замести под ковер воспевающие преступления Сталина «Оды» Пабло Неруды, или, надев шелковые перчатки, перебирали гневные речи Володи Тейтельбома, фанатично оправдывающего резню, учиненную большевистской тиранией — те же самые люди так никогда и не простили Серрано «неприемлемых» политических убеждений. Его выставили сумасшедшим нацистом, по любому поводу «предавали анафеме», неизменно препятствуя любому признанию его трудов и получению заслуженных наград.

Однако никто не мог лишить Серрано восхищения со стороны тех, кто был с ним лично знаком. Меня удивило разнообразие тех, кто пришел проститься с ним: интеллектуалы, художники, музыканты, поэты и, конечно, круг его товарищей. Смерть Серрано, возможно, вызвала то же единодушие, что окружало его и при жизни. Это необъяснимо, если не отбросить предрассудки, витающие вокруг личности Серрано, как планеты вокруг слепяще–яркого Солнца.

Литературное поколение 1938

Мигель Серрано Фернандес родился 10 сентября 1917 года, на улице Санто–Доминго в Сантьяго де Чили; в городе, от которого так никогда и не смог освободится, хотя и покидал надолго. «Обок с высокими пиками моего края», так описывал он свою сокровенную связь с чилийской столицей, особым значением наделяя ее название. Рано потеряв родителей, он был зачислен в школу имени Барроса Араны. Любопытно, что многие соученики Серрано впоследствии стали видными фигурами в мире искусств.

Юность его тесно переплетена с чудесным цветком нашей художественной культуры: литературным поколением 1938 — вероятно, самым плодотворным и ценным во всей истории чилийской литературы. Серрано был, так сказать, частью Круглого стола литературных приятелей, старых и малых, постоянно укреплявшегося творческими извержениями в ежедневных собраниях на улице Сан Диего и Авенида Матта. Среди прочих, здесь были Гектор Баррето, Теофило Сид, Хуан Эмар, Гильермо Атиас, Браулио Аренас, Энрике Гомес Корреа, Хайме Райо и Эдуардо Ангуита. Каждый из них наделил чилийскую литературу особенной личной чертой — именно потому их и принято считать поколением самых одаренных наших художников слова.

Серрано был любимым племянником Висенте Уидобро, ведущего чилийского поэта того времени. Окружали его и другие авторы, сочувствовавшие (с началом гражданской войны) делу испанских республиканцев. И всё же, к политике Серрано склонился только в 1936, когда его друг, писатель Гектор Баррето погиб в столкновении между социалистами и нацистами в одном из ресторанов, часто посещаемых молодыми авторами — драка закончилась стрельбой, Баррето был убит. Тогда Серрано пишет черновики с первой попыткой изложить свои политические принципы, напечатанные позднее в некоторых журналах социалистов. Серрано также всегда содействовал сохранению литературного наследия убитого поэта, став буквально его послом в мире тех, кто остался жить. Общение в кругах политических левых привело к знакомству с Бланкой Луз Брум, уругвайской поэтессой, тогда жившей в Чили (в зрелые годы Брум также склонится к национализму).

Оставаясь обособленным от групп вроде «Мандрагора» или «Давид», Серрано не только принадлежал к сущностной части своего поколения, но и сам участвовал в его формировании, когда в 1938 году, в возрасте всего 21 года, издал свою «Антологию реалистической повести в Чили». Ценность и прозорливость этого труда делает его одним из величайших достижений национальной литературы. С дерзостью, вызвавшей многие споры среди коллег, Серрано включает в книгу повести некоторых своих юных друзей, в ту пору известных только узкому кругу товарищей.

Профессиональные писатели, как, например, Карлос Дрогетт, яростно оспаривали право Серрано на такие самонадеянные суждения — и всё же, время подтвердило правоту дона Мигеля. Ангуита назвал «Антологию» Серрано «заявкой на установление аксиомы, абсолюта — согласно которым произведение жанра короткой повести может расцениваться как по–настоящему чилийское».

Национал–социализм и эзотеризм

В том же 1938 году, 5 сентября, произошло одно из самых чудовищных событий чилийской истории: бойня в Рабочем страховом фонде, когда 59 молодых национал–социалистов, вдохновленных Третьим райхом участников восстания против правительства Артуро Алессандри, были зверски убиты в здании Рабочего страхового фонда (теперь — Министерство юстиции на площади Конституции) со злобой и жесткостью, всколыхнувшими чилийское общество; одним из последствий стало поражение на следующих выборах официального преемника президента, Густаво Росса Санта Марии. С небольшим перевесом был избран Педро Агирре Серда.

1
{"b":"559451","o":1}