ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

– Этот Омен убил себя? Не захотел быть вашим пленником?

Кирк мысленно согласился с Тормом, он в данном случае оказался прав, называя вещи своими именами.

– Да, ты, пожалуй, прав.

– Он был достойным соперником. Но как же насчет оружия?

– Какого оружия?

– Вы уничтожили вращающийся огненный шар. Может быть, вы и нам сделаете такой же.

Кирк задумался. Конечно, Спок смог бы сделать генератор Алефов, но зачем? Не все то, что может быть сделано, должно быть сделано.

– Нет, – сказал Кирк, – этот секрет умер вместе с ним.

– Посмотрим, посмотрим, – многозначно сказал Торм. Он хотел еще что-то добавить, но вместо этого отсалютовал и скрылся с экрана. Это было в стиле клингонов – неожиданно, на полуслове прерывать связь.

– Капитан, на "Кормане" меняется уровень мощности, – доложил Зулу.

Кирк задумался. Возможно, Торм решил атаковать их? Или придумал еще что-то. Вдруг "Корман" развернулся и резко метнулся в сторону. Вскоре он был уже не больше движущейся звезды среди моря звезд, а потом и вовсе исчез из виду.

– Он взял курс на Империю Клингонов, капитан, – сказал Чехов.

– Хоть одна хорошая новость, – вздохнул Кирк, – Мистер Чехов, берите курс на Звездную Базу 12.

Чехов стал сверять свои данные с астронавигационным дисплеем, ввел туда свои координаты.

– Курс взят, капитан. При искривлении пространства четыре мы прибудем туда через двенадцать часов.

– Искривление шесть, мистер Зулу. Включайте.

– Есть.

В тот вечер все отдыхали. После ужина Спок пошел в свою каюту заниматься медитацией. Кирк надеялся, что это пойдет ему на пользу, так же, как и хороший сон для уставшего человека. Кирк поужинал вместе с ним, но разговора не получилось. Иногда такое бывает, когда уже все закончено и дело сделано. Все уже было сказано, все продумано, все свершено. И зачем находить новые слова, чтобы вновь говорить о пройденном этапе жизни?

Кирк не хотел ни о чем думать. Слишком долго его голова была занята Алсфом, Едгином, Оменом. Мир, война, "Энтерпрайз", его работа – все это перемешалось в голове капитана и, казалось, плавало в ней, как рыба в аквариуме. Кирк стал мечтать. Он смотрел, как звезды в искривленном пространстве сливались в одну яркую радугу, а затем эти яркие радуги пересекались позади корабля, как будто "Энтерпрайз" был каким-то чудовищным землеройным животным, схватывающим космическое пространство перед собой и, как землю, отбрасывающим его назад. Капитан знал, что все это лишь его вымысел, а математика искривления пространства не имеет ничего общего с рытьем норы и отбрасыванием земли. И все же было забавно представлять звездолет в роли чудовищного, необычного животного.

Кирк отдался фантазиям. Его мозг отдыхал. Он чувствовал, как потоки воздуха доносят до него запахи корабля, в которых была смесь пластмассы, металла, разгоряченных человеческих тел и чего-то еще неуловимо знакомого. Кирк представил, что скоро вся эта нелегкая работа закончится, и они наконец получат такой долгожданный отдых. Он вновь стал все прокручивать у себя в голове, размышлять и взвешивать, все ли он сделал так, как надо, не допустил ли ошибки. Так капитан делал всегда, после каждого задания. Это помогало ему приобретать опыт, пусть даже ценой собственных ошибок и неудач. Это помогало оценить свою работу. В этот раз Кирк не нашел в ней ошибок, казалось, он все сделал, как надо. Лишь в глубине души засела досада на профессора Омена. "Но нет, надо отбросить это, – мысленно сказал сам себе Кирк, – его нельзя было спасти, и ничего нельзя было изменить. Омен сам все решил, и переубедить его было невозможно". Подумав так, Кирк успокоился и сказал себе, что совесть его чиста, и он не виноват в смерти или бегстве профессора.

– Простите, капитан, к вам можно? – в дверях комнаты стояли Пейтон и Маккой, не решаясь заходить.

– Входите, входите. Я не хочу долго оставаться наедине со своими мыслями.

– А где же Спок? – спросил Маккой.

– Занимается медитацией. А как вы себя чувствуете, мисс Пейтон?

– Спасибо, капитан, намного лучше, хотя доктора я не могу убедить в этом.

– О, я уже вполне убедился, что вы здоровы. Но где написано, что врач не может после обеда погулять со своей пациенткой?

Они присоединились к Кирку, стояли и смотрели, как мимо "Энтерпрайза" пролетает радуга звезд.

– Знаете, у меня как-то неспокойно на душе, – сказала Пейтон. – Я чувствую себя так, будто совершила предательство.

– Предательство? – спосил Кирк. – Это что-то новенькое.

– Да, именно так. Мистер Кент и я оказались в сговоре с человеком, который уничтожал корабли. Из-за нас и "Энтерпрайз" мог бы исчезнуть навсегда.

Маккой собирался возразить, но передумал и посмотрел на Кирка.

Кирк почувствовал себя неловко. Пейтон нравилась ему, он, пожалуй, даже влюблен в нее. Надо было как-то успокоить ее, доказать, что она не права.

– Я так не думаю, Хэзел. Вы ни в чем не виноваты.

– Конечно же, нет, дорогая, – сказал Маккой. Он начал выдвигать аргументы в пользу того, что ни Пейтон, ни Кент не знали точно, что замышляет профессор, что у него на уме. Омен лишь уверял их в том, что Звездный флот больше заинтересован в войне, чем в мире и исследовании Галактики. И они клюнули на эту приманку. Маккой нанизывал аргументы один за другим, как грибы на нитку, пока, наконец, не убедил Хэзел в ее невиновности.

В начале его речи мисс Пейтон казалась озабоченной, потом – задумчивой, а к концу рассмеялась над чрезмерным энтуазизмом Маккоя. В конце концов она согласилась с доктором. И всем сразу стало легче.

– А теперь у меня к вам вопрос, мисс Пейтон, – сказал Кирк.

– Какой?

– Вы находитесь на борту "Энтерпрайза", чтобы писать отчет для Конрода Фрэнклина Кента. Это и сейчас входит в ваши планы?

– Да, – серьезно ответила Пейтон.

– Понятно, – Кирк посмотрел на пол, как будто увидел там что-то необычное. Но что из ее записей Кент может использовать в нападках против Звездного флота?

Пожалуй, почти ничего, хотя у Кента богатый дипломатический опыт, и он прекрасно знает, что фактами можно распорядиться по своему усмотрению. И если Кент захочет навредить Звездному флоту, он сделает это с помощью материалов мисс Пейтон.

– Все же я женщина, которая всегда безукоризненно выполняет свою работу. – Кирк и Маккой улыбнулись.

– Но я думаю, мистер Кент не одобрит мой доклад.

Они удивленно посмотрели на нее.

– Он убьет вас? – пошутил Маккой.

– Нет, случится другое. Он прочтет мой отчет и увидит ошибку в своих взглядах и, скорее всего, изменит свое мнение о Звездном Флоте.

– Это будет приятным сюрпризом, – улыбнулся Кирк.

– Если он изменит свое мнение о Звездном Флоте, то я, возможно, проголосую за него, – сказал Маккой.

"Это твое личное дело, – подумал Кирк. – Но как рано еще об этом думать".

Глава 15

"Энтерпрайз" приближался к Звездной Базе 12. Связь между звездолетом и базой становилась все интенсивней. Некоторые сообщения от командора Фавере были строго официальными. Он спрашивал, как закончилась миссия, интересовался самочувствием членов экипажа. Кирк знал, что Фавере волнуется за мисс Пейтон, хочет узнать, все ли в порядке и поэтому сказал, что Хэзел чувствует себя хорошо.

Когда Фавере спросил об Омене, Кирк, поколебавшись, сказал:

– Его больше нет с нами. – Фавере страшно удивился.

– Что вы имеете в виду? Он мертв?

– Нет, не мертв, – ответил Кирк, но с нами его нет, – он знал, что любой ответ не будет достаточно ясным и полным, а вдаваться сейчас в подробности нет смысла. Стань он что-либо объяснять, это повлечет за собой еще больше вопросов. – Знаете, Фавере, вы сделаете мне большое одолжение, если дождетесь моего официального отчета.

– Как хотите, – обиделся командор. Сообщения от Конрода Фрэнклина Кента были менее официальными, но содержали те же вопросы. Кирк еще меньше был склонен отвечать на них, но что-то сказать все же надо было.

27
{"b":"55947","o":1}