ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Необходимые монстры
Почти касаясь
Миллион решений для жизни: ключ к вашему успеху
Склероз, рассеянный по жизни
Вино из одуванчиков
Шаг до трибунала
Кремоварение. Пошаговые рецепты
Полтора года жизни
Пятизвездочный теремок
A
A

Друзья опять затеяли дружескую перепалку. Кирк слушал их вполуха. Он думал об отчете Пейтон и предстоящей встрече.

Вскоре обед был закончен. Кирку и Маккою принесли кофе, Спок снова взял чай. К ним уже присоединились почти все члены экипажа, Кирк едва успевал кивком головы отвечать на приветствия. У Энъярта становилось все шумнее и шумнее. Но когда зажужжало устройство вызова, шум этот моментально стих и Кирк услышал:

– Капитана и его помощников приглашают в кабинет командора Фавере. Повторяю...

Пока голос повторял сообщение, Кирк уже встал.

– Идем.

По пути к Фавере Кирк думал, что, скорее всего, его ждет генеральная репетиция перед встречей с адмиралом Ногурой. И он попробует извлечь урок из этой репетиции.

Кент и Пейтон уже были у Фавере. Фавере и Пейтон, казалось, так и не расставались. Лица влюбленных светились счастьем. Они не могли устоять против того, чтобы не обмениваться взглядами, улыбками. Их радость была почти осязаемой. По лицу Кента ничего нельзя было прочесть, оно оставалось непроницаемым, и нельзя было наверняка сказать, доволен ли он прочитанным. Он изредка постукивал по голубой папке, которую положил на стол перед собой.

– Пожалуйста, садитесь, – пригласил Фавере. Кирк устроился в кресле, Спок и Маккой продолжали стоять.

Прежде чем речь зашла о главном, капитан решил кое-что уточнить.

– По дороге сюда мы видели грузовой звездолет, на котором испытывали дефлекторы, – сказал он. – Но он в таком виде. Что с ним случилось?

– Вы уже улетели, когда к нам пришли плохие новости, – ответил Фавере. Он взял в свои руки пулю, как будто хотел из нее выжать ответ.

– Плохие новости? – переспросил Спок.

– Да-да. Вскоре после вашего отъезда грузовой корабль начал распадаться на части. И я могу сказать, что этот процесс продолжается и сейчас, – увидев поднятую бровь Спока, Фавере продолжал:

– Фазовые дефлекторы устояли перед фазерами и фотонными торпедами, но кое-что осталось непредсказуемым. Поле изменяет структуру металла, и корабль начинает быстро разрушаться. Слокум, помощница Омена, сейчас работает над этой проблемой, но, – Фавере пожал плечами, – пока безуспешно. Мы надеялись, что профессор Омен, когда вернется, найдет способ предотвратить дальнейшее разрушение, – он бросил пулю в верхний ящик письменного стола и некоторое время сидел поджав губы, давая возможность всем обдумать сказанное.

– Если я могу вам чем-нибудь помочь, то я готов, – сказал Спок.

– Спасибо, я сообщу об этом мисс Слокум, – ответил Фавере.

Кирк подумал о превратностях судьбы и о том, чем обернулась профессиональная удача Омена. Он усовершенствовал фазер и фотонные торпеды, но его последняя работа была не такой уж успешной. Дефлекторы, оказывается, вызывают распад корабля, который сами же и защищают. Вопреки науке, вопреки логике, многое оставалось непредсказуемым даже для такого человека, как Омен. На какой-то момент Кирка поразила и испугала мысль о том, насколько была опасна работа Омена в действительности. Холодок пробежал по его телу, как будто он чувствовал дуновение ветра. Все это напоминало Кирку чувство новых открытий, страха, вызова судьбе – все то, ради чего он работал.

– Не беспокойтесь. Эти фазовые дефлекторы, возможно, и не выстоят против циклора, – сказал он.

Кент нахмурился, а по выражению лица Фавере было видно, что он чувствует себя неуютно.

– Мистер Кент проинформировал меня, что Федерации известно о том, что клингоны разрабатывают циклор. Но эта информация чрезвычайно секретна, – сказал Фавере.

Кирк пожал плечами:

– О существовании циклора знают не только члены моего экипажа. Я думаю, мистер Кент доверяет мисс Пейтон?

– Да, – сказал Кент.

– Тогда ваш секрет в безопасности. Командор, вы заметили, наверное, что в моем отчете содержится вся информация со всех сенсоров, какими тогда, во время атаки циклора, располагал "Эниерпрайз". Я думаю, что будет целесообразно передать его Бахии Слокум. В отсутствие профессора Омена, она как никто другой сможет разобраться во всем этом.

– Она работает сейчас над проблемой дефлектора, – напомнил Кент. Кирк улыбнулся:

– Это было лишь предложение.

На какой-то момент Кирк овладел ситуацией. Он задавал множество вопросов и получал ответы. Ему было интересно знать, стоит ли ему говорить о циклоре, если Кент или Фавере окольными путями будут выведывать у него об этом. А, может быть, они решат, что Кирк не понял важности этого оружия и скоро забудет о циклоре. Но они плохо знали капитана, чтобы даже допустить такие мысли о нем.

Кент, казалось, был сильно взбешен. Он бросил голубую папку на стол Фавере:

– Если капитан закончил со своими вопросами, то я хотел бы поговорить о докладе мисс Пейтон.

– Да, я закончил, – сказал Кирк. Он напрягся в ожидании того, что сейчас последует.

– Вы не хотели бы начать, командор Фавере?

– Нет, спасибо, мистер Кент. Начинайте вы. – Кирк поерзал в своем кресле. Эта чрезмерная вежливость действовала на нервы и немного раздражала его.

Кент не спеша прочистил горло. Он снова взял в руки голубую папку и осторожно держал ее между большим и указательным пальцами. Он начал говорить лишь тогда, когда завладел вниманием всех присутствующих.

– Я должен признаться, что содержание этого отчета было сюрпризом для меня, – сказал советник и надолго замолчал, ожидая реакции. Но ее не последовало, и он был вынужден продолжать.

– И хотя я не очень доволен, меня тронула эта забавная история. На самом деле, чудеса! – он философски улыбнулся и покачал головой.

"К чему это он клонит?" – подумал Кирк. Кент некоторое время задумчиво смотрел на капитана, а потом сказал:

– Я знаю, что вы думаете обо мне, Кирк. Вы думаете, что я напыщенный старый дурак, который взялся за Звездный флот только для того, чтобы привлечь внимание к себе и чтобы меня выбрали президентом Федерационного Совета.

Кирк не мог не улыбнуться от этих его слов, настолько они были точны.

– Но, – продолжал Кент, – вы ошибаетесь. Это правда, я политик, и я ищу главный шанс. И как, капитан звездолета вы можете оценить это.

– Конечно.

– Я упрям, но не так глуп, как вы думаете. Когда кто-то предъявляет мне факты, я взвешиваю их, и если необходимо, меняю свое мнение, – он положил голубую папку на стол и постучал по ней пальцем. – Это изменило мое мнение.

– Какое мнение? О чем? – нетерпеливо спросил Маккой.

– Во-первых, я сожалею о своем сотрудничестве с профессором Оменом. Я ничего не знал о его действиях. И если я в какой-то мере подстрекал его к уничтожению кораблей всех видов, то признаю, что совершил трагическую ошибку.

– Вы не знали этого, – сказала Пейтон. – Даже Омен признался в этом.

– О, да, – сказал Кент, – я не знал, и это оправдывает меня. Если бы я поддерживал Омена в его деятельности, я бы придумал что-нибудь получше, чем послать Хэзел Пейтон в это трудное путешествие, – он хохотнул и покачал головой.

– А во-вторых? – спросил Фавере.

– Во-вторых, – сказал Кент, – на меня произвели большое впечатление действия капитана Кирка в такой сложной ситуации. Быстрое мышление и наилучшее использование оборудования позволило "Энтерпрайзу" вырваться из мертвого пространства. Вы не уничтожили корабль клингонов, хотя могли это сделать. Вы предложили профессору Омену шанс капитулировать и остаться среди нас. Судя по докладу мисс Пейтон, капитан был сильно расстроен, когда Омен не принял такого предложения. Я еще раз повторюсь, капитан, это произвело на меня большое впечатление.

Кирк был настолько поражен речью Кента, что не был уверен, все ли он правильно понял.

– Мистер Кент, вы преувеличиваете мои заслуги.

– Нет, капитан, – он повернулся к мисс Пейтон и сказал:

– Вы знаете, что это значит, не так ли?

Пейтон улыбнулась. В конце концов она ведь знала, что было в ее докладе. Она только сомневалась, как ее босс отреагирует на это.

– Не заставляйте меня гадать, сэр, – сказала Хэзел.

29
{"b":"55947","o":1}