ЛитМир - Электронная Библиотека
ЛитМир: бестселлеры месяца
Ты поймешь, когда повзрослеешь
Ненавижу эту сучку
Assassin’s Creed. Origins. Клятва пустыни
Добрый волк
Вдохновляй своей речью. 23 правила сторителлинга от лучших спикеров TED Talks
Бессмертники
Французские дети не плюются едой. Секреты воспитания из Парижа
Пепел и сталь
Адмирал. В открытом космосе
A
A

Старую левую перчатку он носил теперь на поясе рядом с мешочком, в котором хранил кремень, трут и огниво. Эта перчатка была ему нужна для того, чтобы было что бросить под ноги очередному сопернику, которого Танкред намеревался вызвать на дуэль.

* * *

Антиохия была взята. Во время штурма Танкред, устав рубить двумя мечами, вложил меч левой руки в ножны. И в этот-то момент на него набросилась сразу дюжина сельджукских рыцарей. Наш герой с такой силой рванул из ножен только что убранный меч, что ножны оборвались с пояса, так и не отпустив меча. Не имея возможности помочь себе правой рукой, которая была занята фехтованием, Танкред решил рубиться мечом, облаченным в ножны. Но он был так зол, что первый же удар меча разрубил по всей длине железные ножны, шлем турка, его череп и надвое развалил его туловище. При виде бледного мозга, выпавшего из черепа неверного, брезгливого Танкреда тут же стошнило, но он сумел облегчиться, не прекращая драки...

Главную же долю своей славы Танкред, пожалованный за прошлые заслуги титулом "князь Антиохийский", добыл, конечно, при осаде Иерусалима.

В утро последнего штурма Танкред долго молился своему покровителю Георгию Победоносцу. И когда от распятия, по-прежнему живущего на рукояти его меча, он обратил взгляд на город, то в очертаниях облаков, плывущих над крепостью, ему привидился зловещий оскал того самого дракона, с которым сражался Предводитель небесного воинства.

И вот в который раз на кожанный камзол Танкреда, кое-где уже протертый деталями панциря, снова ложатся доспехи, и в который раз он целуе свой меч перед битвой.

Под кипарисами палестинских предместий его благословляет все тот же аббат Мартелльер... Кстати, какое удачное имя для гиганта, который с таким мастерством владеет молотом двухпудовой дубины : ведь "martellier" означает "человек молота", "молотобоец".

Под стенами Иерусалима - весь цвет крестоносного рыцарства. Здесь Готфрид Бульонский, его младший брат князь Балдуин, Раймунд IV Тулузский, Гуго Вермандуа, герцог Стефан Балуа, Роберт II Фландрский и многие другие достойные люди старушки-Европы.

Все, даже молодежь, необычайно серьезны. Эта та битва, ради которой они шли сюда два долгих года. Это не турнир, во время которого герольд может подать одному из рыцарей привязанный к кончику копья чепец или наколку -"дамскую милость", вручение которой давало право на передышку. Здесь бойцам предстоит драться без отдыха и, что будет потруднее, без воды. На адской жаре, в разгар палестинского лета...

С крепостной стены стаями летели стрелы, пущенные умелыми руками метких азиатов. Щит Танкреда, который за время осады уже научились узнавать со стен, скоро был так густо утыкан стрелами и короткими дротиками, что с башен кричали: "Ёж, дикообраз!". И "ёж" плыл к крепости над головой Танкреда и его коня, а под щитом свистел меч, разящий турок, предпринявших безрассудную вылазку.

Навес, под которым крестоносцы раскачивали таран, мерно бьющий в стену уже несколько дней, загорался все чаще - сверху лили горящую смолу. Снизу навес заливали водой, и эту воду, стекавшую с кровли, засыпанной стрелами, камнями и копьями, залитой смолой, крестоносцы ловили ртами, ибо их руки были заняты тяжелым телом тарана. Невероятен был их труд, но таран уходил в камень все глубже и глубже. И, наконец, показался просвет. И вот он уже настолько широк, что в нем может стать рыцарь, и уже - даже два. Этими двумя стали Танкред и Роберт Нормандский. Они проложили дорогу всему крестоносному воинству.

Что было в Иерусалиме потом? Если через несколько веков российские "апшеронцы" получили от короны алый кант на сапог за то, что сражались по колено в крови, то впечатлительные хронисты тех времен писали, что кровь в поврженном Иерусалиме "достигала сапог всадника"...

* * *

Иерусалим пал 15 июня 1099 года. Многие крестонсцы вскоре вернулись домой. А Танкред остался в Святой Земле, где он властвовал над Антиохией, вел большие и малые войны. Умер он там же, у Гроба Господня, в 1112 году от Рождества Христова, в возрасте 37 лет. Говорят - умер от усталости сердца.

Состарившийся аббат Мартелльер на исходе собственной жизни сел за мемуары. В них мы можем найти и последние речи Танкреда:

"Нас будут судить. Потомки заметят за нами много грехов. Но пусть они не забудут и наших добродетелей: мужества, чести, не задетой торгашеством, стремления жить жизнью, достойной мужчины и воина..."

И еще:

"Мы рвались спасать Палестину, а спасли ... Европу. О, даже трудно представить, что было бы, если бы мы искали славу на нежных европейских полях!..."

* * *

Перед погребением аббат Мартелльер переодел Танкреда в монашескую рясу. Так он в последний раз позаботился о судьбе души Танкреда, князя Антиохийского, рыцаря Креста...

4
{"b":"55949","o":1}