ЛитМир - Электронная Библиотека

– Я не обвиняю тебя в смерти Каллиана, – жестко сказал Деметрио. – Но ты сам должен признать, очевидность говорит против тебя. Как ты проник в замок?

– Я спрятался в тени клети, что примыкает к этому зданию, – неохотно ответил киммериец. – Когда этот пес, – он ткнул в Аруса большим пальцем, – прошел мимо и свернул за угол, я добежал до стены и забрался наверх…

– Ложь! – воскликнул Арус. – Ни один человек не может забраться по почти гладкой стене!

– Ты никогда не видел, как киммерийцы лазают по отвесным скалам? – прервал Деметрио ночного сторожа с явным неодобрением. – И допрос веду я. Продолжай, Конан!

– Угол там покрыт резьбой, – снова заговорил киммериец. – Было совсем несложно попасть наверх. Я как раз добрался до крыши, когда этот пес вторично обошел дом. Я отыскал крышку люка, такую, с железным засовом, запертую изнутри. Пришлось разрубить засов мечом…

Арус, который помнил, насколько толст засов, глотнул воздуха и отвернулся от варвара, а тот посмотрел на него еще более мрачно и продолжал:

– Я пролез через этот люк и попал в комнатку. Но там задерживаться не стал, а двинулся в сторону лестницы. Понимал, что шум может кого-нибудь разбудить, но в таких делах без риска не обойтись.

– Откуда ты знал, где находится лестница? Только домочадцы Каллиана и его богатые меценаты имеют доступ к верхним покоям.

Конан угрюмо замолчал.

– Что ты сделал, когда оказался у лестницы? – спросил Деметрио.

– Спустился вниз, – невнятно ответил киммериец. – Она привела меня в покой, который находится за этой занавешенной дверью. На лестнице я слышал, как открывается какая-то другая дверь. Когда я прокрался за занавес, увидел, как этот пес наклонился над убитым.

– Почему ты вышел к нему из своего укрытия?

– Было темно, когда я заметил человека возле замка. Потом обнаружил его здесь. Пока он не затрезвонил и не вскинул арбалет, я принимал его за вора.

– Но даже если так, – допытывался Деметрио, – почему ты выдал себя?

– Подумал, он собирается украсть… – Киммериец осекся.

– То, за чем явился настоящий вор, – закончил вместо него Деметрио. – Ты сказал мне больше, чем хотел сказать. Сюда ты прибыл с определенной целью. Не стал, по твоим же словам, тратить время на верхние помещения, где хранятся драгоценнейшие раритеты. Тебе известно расположение комнат, ты знаешь все лестницы, все входы и выходы. Любой, кто хорошо ориентируется в замке, мог направить тебя сюда для кражи чего-нибудь стоящего!

– И для убийства! – крикнул Дионус. – Видит Митра! Да он это, он! Взять его! Еще до утра мы получим признание.

Диким прыжком Конан отскочил назад и выхватил меч из ножен с такой быстротой, что острый клинок зазвенел.

– Назад, если хоть немного дорожите своей ничтожной жизнью! – зарычал он. – У вас достает смелости пытать лавочников, раздевать девок и битьем развязывать им языки, но не воображайте, будто вам удастся наложить свои жирные лапы на мужчину с севера! Кое-кого я заберу с собою в ад! А если ты, собака, – он обернулся к ночному сторожу, – не опустишь свой арбалет, то очень скоро почувствуешь брюхом, крепко ли я бью ногами.

– Постой! – сказал Деметрио. – Дионус, останови своих псов! Я еще не убедился, что он имеет отношение к убийству. – И шепнул префекту: – Глупец! Подожди, пока мы не соберем больше воинов или пока не уговорим его положить меч.

Деметрио, как и подобало человеку цивилизованному, считал недостойным подменять могущество ума грубой физической силой – тем паче когда варварская свирепость может дать противнику преимущество.

– Ладно, – проворчал Дионус. – Назад. Но не спускать с него глаз!

– Твой меч! – потребовал Деметрио у Конана, протягивая руку.

– Возьми, если сможешь! – ответил киммериец.

Дознаватель пожал плечами.

– Хорошо. Но не пытайся бежать. Четверо воинов с арбалетами стерегут снаружи. Мы всегда ставим вокруг дома оцепление, прежде чем войти.

Варвар опустил клинок, не теряя, однако, бдительности; если он и расслабил мышцы, то лишь самую малость. Деметрио осмотрел убитого.

– Удавлен, – пробормотал он. – Зачем было душить его, когда удар мечом и быстрее, и вернее? Эти киммерийцы рождаются с мечом в руке. Я никогда еще не слышал, чтобы кто-нибудь из них убил человека таким способом.

– А может быть, он хотел отвести от себя подозрение, – предположил Дионус.

– Возможно. – Деметрио ощупал убитого умелыми пальцами. – Он мертв уже по меньшей мере полчаса. Если Конан не лжет насчет способа своего проникновения в дом, то он не мог совершить убийство до того, как здесь появился Арус. Или все-таки ты проник сюда раньше, а, Конан?

– Я взобрался на стену после того, как Арус сделал свой последний обход, – в бешенстве зарычал Конан.

– Это ты так говоришь. – Деметрио разглядывал посиневшую шею убитого. Голова склонилась набок под неестественным углом – был раздроблен позвоночник. Деметрио в недоумении покачал головой. – Зачем убийце понадобилась веревка толщиной в руку? Что за страшная сила раздавила эту шею?

Он встал и шагнул к ближайшему дверному проему, который вел в маленький покой.

– Здесь возле двери сброшен бюст с постамента, – сказал он, – а здесь поцарапан пол и сорван занавес, как будто жертва судорожно схватилась за него в попытке устоять на ногах… На Каллиана Публико напали в этой комнате. Вероятно, ему удалось освободиться от убийцы на короткое время, и он попытался спастись бегством. Выскочил в коридор, но убийца последовал за ним и уже здесь прикончил.

– Но если дикарь невиновен, то где же убийца? – спросил префект.

– Невиновность киммерийца еще не доказана, – возразил дознаватель. – Но для начала обыщем помещение…

Он остановился, прислушиваясь. С улицы донесся грохот колес. Звук нарастал, затем стих, словно обрубленный.

– Дионус! – распорядился Деметрио. – Отправь двух человек вниз! Пусть приведут сюда кучера.

– Судя по звуку, – сказал Арус, который хорошо изучил все уличные шумы, – я бы сказал, что эта карета остановилась перед домом Промеро, напротив магазина шелков.

– Кто такой Промеро? – спросил Деметрио.

– Секретарь Каллиана Публико.

– Доставьте и его вместе с кучером, – приказал Деметрио.

Двое стражников двинулись прочь. Деметрио все еще изучал труп. Дионус, Арус и оставшиеся в комнате воины не сводили глаз с Конана, который стоял неподвижно, с мечом в руке, как живое воплощение угрозы. Через некоторое время в доме затопали обутые в сандалии ноги, и почти сразу же вошли оба стражника, с ними крепкого сложения смуглый человек в кожаном шлеме и длинной куртке кучера, держащий в руке кнут, и перепуганный коротышка, типичный представитель того рода людей, что выбиваются из среды ремесленников и становятся правой рукой богатого купца или торговца. Обнаружив на полу труп, коротышка с криком отшатнулся.

– Ох, я же знал, что все это плохо кончится! – пролепетал он.

– Ты Промеро, секретарь покойного, я полагаю, – сказал Деметрио. – А ты?

– Энаро, кучер Каллиана Публико.

– Вид убитого хозяина, кажется, не слишком потряс тебя, – заметил Деметрио.

Темные глаза блеснули.

– А чего ты ждал? Кто-то сделал то, что я давно уже собирался сделать, да никак не мог решиться.

– Так, так! – пробормотал дознаватель. – Ты свободный человек?

В глазах Энаро мелькнула горечь, когда он распахнул куртку и показал выжженное на плече клеймо.

– Ты знал, что твой господин вернется сюда ночью?

– Нет. Вечером я подогнал карету, как обычно, к замку. Он сел, и я направил лошадей к его вилле. Но прежде чем мы выехали на Паллианову дорогу, он приказал мне возвращаться назад. Он показался мне очень взволнованным.

– И ты повез его обратно в замок?

– Нет. Он велел остановиться возле дома Промеро. Там он меня отпустил и приказал вернуться за ним вскоре после полуночи.

– Сколько времени было тогда?

– Только-только стемнело. Улицы были почти пусты.

– Что ты делал после этого?

12
{"b":"55953","o":1}