ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Заключительное посвящение и колофон

Текст завершается посвящением автора и колофоном.

«Эти слова написаны созерцателем-отшельником Лосангом Чокьи Гьялценом, который слышал много наставлений. В силу накопленных тем самым благих заслуг пусть все существа быстрее станут торжествующими буддами, пройдя этим путем ума, помимо которого не существует иных врат в состояние покоя.

Я собрал эти техники, ведущие к распознанию великой печати реальности – махамудры, вняв настойчивым просьбам Гедун-Гьялцена, обладателя монашеского звания учёного безграничных познаний в десяти областях знания, и Шераба-Сенгье из Хатонга, обладателя монашеского звания мастер десяти трудных текстов. Осознав всё безумие заботы о восьми мирских дхармах, оба они теперь живут в уединении вдали от людей, избрав жизнь мудрецов и сделав этот путь ума сердцем своей практики. Написать этот труд меня просили и многие из других моих учеников, искренне желающие практиковать махамудру на её предельном уровне.

В особенности сочинить этот текст меня побудили слова победоносного Энсапы, всеведущего владыки мастеров подлинного достижения, которые он изрек в одной из своих песен в назидание себе и другим: «Я разъяснил весь ламрим – этапы пути к просветлению традиции Кадам – от искреннего вверения себя духовному учителю до шаматхи и випашьяны. Но я не перенес на бумагу наивысшие практические наставления по махамудре, не входящие в вышеупомянутые пути ума и малоизвестные сейчас в Стране Снегов».

Итак, то, что в свое время не было записано из-за необходимости в ограничениях, предназначалось для более поздних времен. То же самое утверждают и коренные тексты писаний. Например, из «Лотосовой сутры»: «Поскольку это может быть полностью осознано лишь глубинной мудростью будд (сангье-еше), ты никогда не можешь сказать тем, кто преждевременно захотел бы сам написать о нём, что ты просветлен. Если спросишь почему, так потому, что те, кто суть источники Прибежища, учитывают времена».

Потому, а также заботясь об исполнении подобных пророчеств, я, созерцатель-отшельник Лосанг Чокьи Гьялцен, не позволивший прийти в упадок линии благословения, исходящей от тех, кто непосредственно практиковал этот путь ума, непревзойденного Учителя Мира, царя Шакьев, через моего коренного гуру, всеведущего Сангье-еше, и сам вошедший в эту линию, не позволив этой сокровенной практике потеряться, и неся в себе практические наставления сутр и тантр, составил сей труд в монастыре Ганден».

Эти учения, очевидно, были эзотерическими, что значит, что они не были записаны в восемнадцати томах трудов Цонкапы. Чангпа Рёлпай Дордже подтвердил это в своих «Ответах на вопросы». Кто-то из Амдо спросил его: «В те времена в Ю, в центральном Тибете, среди последователей гелуг-па существовала традиция, известная как махамудра. Но я не нахожу её в трудах Цонкапы. Как же это так? Правы ли они?» Чангкья Ринпоче ответил, что это была особая, необычная традиция, и как таковая, очень хорошая.

Таким образом, термин «традиция гелуг/кагью», использованный в названии текста, похоже, указывает на некую линию передачи. Я считаю, что это так. Манера изложения чуть отличается от того, как обычно говорил Цонкапа о традиции мадхьямики, как видно из «Океана разума» (комментария к «Коренным строфам о срединности» Нагарджуны), из «Полного разъяснения намерений» (комментария на «Дополнение к [строфам о] срединности» Нагарджуны), «Великого и краткого представления исключительно восприимчивого состояния ума», и «Сути прекрасного объяснения определительных смыслов, поддающихся толкованию». Да и в нашем тексте есть множество цитат из трудов прежних учителей кагью. Даже в «Ритуале почитания духовного учителя», касающегося гуру-йоги в связи с махамудрой, Первый Панчен-лама использует такие технические термины, как «состояние изначального будды» и «Самантабхадра, полностью совершенное состояние». Особенно слова о церемониях, хвалах и просьбах в связи с четвёртым посвящением имеют несколько эклектичный характер. Они разделяют основу терминологии с воззрением дзогчена.

Поскольку это так, мы можем заключить, что среди линий, передаваемых геше школы гелуг, была одна линия внутренних, скрытых, личных наставлений, объяснение которых не давалось публично. Это было ранее эзотерическим учением, малоизвестным и передававшимся устно вплоть до Сангье-еше, пока оно не было словесно изложено здесь Первым Панчен-ламой, Лосангом Чокьи Гьялценом. Как сказал Цонкапа в «Светоче, разъясняющем пять этапов [стадии завершения Гухьясамаджи]», «Не проходи тексты, свёрнутые на полках, просто касаясь их носом»; иначе говоря, эти учения суть руководства, которые нужно применить на практике.

26
{"b":"55965","o":1}