ЛитМир - Электронная Библиотека
Эта версия книги устарела. Рекомендуем перейти на новый вариант книги!
Перейти?   Да
A
A

"Утверждаю" КГБ - 60-й годовщине

Великого Октября

План операции "Карающий меч"

Цель: раскрыть и ликвидировать разветвленную сионистско-террористическую организацию, выступающую под названиями:

Группа содействия выполнению Хельсинкских соглашений в СССР.

Украинская группа содействия выполнению Хельсинкских соглашений.

Комитет по правам человека.

Инициативная группа по правам человека.

Советская группа "Эмнисти Интернейшнл"

Участники операции:

1. КГБ

2. Прокуратура

3. Милиция

4. Министерство юстиции

5. ТАСС и средства информации - по особому списку

Этапы операции и сроки:

1. Предварительная подготовка - 1 декада декабря 1976 года

2. Обыски - декабрь 1976 г. - январь 1977 г.

3. Подготовка общественного мнения - январь-февраль 1977 года.

4. Аресты - февраль - ? 1977 г.

5. Предварительное следствие - февраль-октябрь 1977 г.

6. Подготовка к судебному процессу - ноябрь 1977 г.

7. Суд - после празднования 60-летия Октября.

8. Послесудебная работа - после суда 1-2 месяца.

Прежде чем начать рассмотрение этапов операции, скажу несколько слов об "Утверждаю". Не знаю, кто утвердил этот план. Во всяком случае масштаб выше КГБ. Но, может, и никто не учинил утверждающей подписи, а утверждение состоялось в устной форме, чтобы не оставить факсимиле для истории. Если так, то над планом вместо "Утверждаю" написано "Согласовано". Под этим подписи: КГБ, Прокуратуры, МВД, Министерства юстиции и представителя ЦК КПСС или Совета Министров, ведающего средствами информации. Теперь о содержании этапов.

1. 8-го декабря 1976 года в московском метро произошел взрыв. Были человеческие жертвы. Я не утверждаю, что это дело рук КГБ, но событие это использовано им немедленно и интенсивно. Виктор Луи, являющийся корреспондентом какой-то из западных газет, который часто подчеркивает свою связь с КГБ, сделал заявление, что взрыв дело рук диссидентов-террористов. Академик А. Сахаров немедленно выступил с резким протестом против этого провокационного заявления. Академика сразу же вызвали к заместителю Генерального Прокурора СССР, который сделал ему предупреждение, назвав его заявление клеветническим. Газета "Известия" поместила по этому поводу сообщение под кричащим заголовком "Клеветник предупрежден".

Таким образом, задача первого этапа решена. Поскольку заявление В. Луи ни КГБ, ни Прокуратура не дезавуировали, диссидентам наклеен ярлык террористов. Для рядовых граждан слово "диссидент" становится синонимом бандит, изувер, покушающийся на мирных граждан - стариков, детей, женщин. Да к тому же они еще и клевещут на нашу советскую власть, на родное наше КГБ. Миллионы докладчиков и информаторов на предприятиях, в учреждениях, учебных заведениях, колхозах и совхозах распространяют эту клевету, да еще добавляют сюда сионистов и агентов мирового империализма. Теперь диссидентов можно и брать. "Гнев народа" против них обеспечен.

2. В том же декабре 1976 г. провели обыски у членов Украинской группы содействия выполнению Хельсинкских соглашений. Как всегда в таких случаях, изымали книги, рукописи, самиздат. Но появилось и новое. Впервые за послесталинский период подбрасывали "компрометирующие материалы". Миколе Руденко подброшено 39 американских долларов. Олесю Берднику - порнографические открытки, а Олексе Тихому - даже оружие (немецкая винтовка времен 2-й мировой войны). Характерной для этих обысков была и не встречавшаяся прежде грубость.

Расскажу об обыске у члена Украинской группы Оксаны Мешко. Этой женщине 73 года. В сталинские времена она отбыла 10 лет лагерей. Когда вернулась оттуда в 1954 году, сын отказался с ней говорить, так как она "враг народа". С трудом пришлось матери преодолевать отчуждение, воспитанное в сыне школой и окружающей средой. В 1956 году она была реабилитирована, и полковник КГБ, выдававший ей справку о реабилитации, сказал: "Родина просит прощения у Вас".

Сейчас ее тяжело больной сын (туберкулез) отбывает семилетний срок "за антисоветскую пропаганду" во Владимирской тюрьме. И мать, которой пришлось долго и упорно бороться за душу сына, теперь борется за его жизнь. В письме Леониду Ильичу Брежневу она написала: "Мой сын, Олесь Сергиенко, тяжело болен, а я стара и тоже больна. Если сын останется в заключении, мы можем никогда не увидеться. Освободите его. Я 10 лет провела в сталинских лагерях. Меня реабилитировали и от имени Родины просили прощения. У меня тогда нечего было попросить у Родины. А сейчас есть. Я прошу отдать мне сына. Зачтите ему тот срок, который я отбыла ни за что. Он тоже сидит ни за что, и я верю - придет время, когда его реабилитируют. Но мы с ним можем не дожить до этого. Поэтому я прошу зачесть ему мой срок". Л.И. Брежнев никак не откликнулся на этот материнский вопль. Пусть совесть будет ему судьей за это. Но откликнулось КГБ. К ней пришли с обыском. И такой опасной представилась этой банде громил старая больная женщина, что, пока она шла через две комнаты к наружной двери, чтобы открыть ее, у нее в морозный зимний день выломали окно и через него ворвались в квартиру.

Обыск вели грубо, ломали, рвали, разбрасывали, опрокидывали вещи. Когда ей предложили раздеться для личного обыска, она потребовала ордер на таковой. Вместо ордера ей скрутили руки и начали срывать одежду. Она потеряла сознание, пришлось вызывать скорую помощь. После приведения ее в сознание обыск продолжался в том же стиле, хотя врач скорой помощи предупредил, что ей нужен покой. Вместо покоя ее довели до второго сердечного приступа и вторично вынуждены были вызвать скорую помощь. Вот как торжествует "советская законность". Новые сталинцы под руководством нового маршала начали снова старый сталинский произвол.

В январе 1977 г. обыски докатились до Москвы. Обыскали членов Группы содействия выполнению Хельсинкских соглашений в СССР Юрия Орлова, Александра Гинзбурга, Людмилу Алексееву. Предупрежденные киевлянами москвичи внимательно следили за тем, чтобы не подбросили чего-нибудь. Жена А. Гинзбурга - Арина Жолковская - по существу за руку поймала подбрасывавшего ей иностранную валюту, но, несмотря на это, в протокол обыска вписали "найденные в ее квартире 1000 немецких марок и 100 американских долларов". Таким образом, задача второго этапа тоже была выполнена: у диссидентов "нашли" оружие и валюту, что указывает на их террористические намерения и на то, что они имеют валютные поступления с Запада.

3. Имея такие материалы, можно было начинать третий этап-подготовку общественного мнения, организацию "гнева народного". И начали. Появляется письмо "очевидца", "инакомыслящего" А. Петрова (Агатова). Оно очень убедительно для неинформированного читателя, для тех, кто не знает, что "социально близкий" органам КГБ мошенник Петров является их платным осведомителем или, как говорили в дореволюционной России, провокатором.

Затем заголосил "Голос Родины". Он тоже дал "убедительный" материал против диссидентов, если учесть, что опровергнуть опубликованную там явную ложь негде. У неинформированного читателя остается только одна возможность принять написанное за истину. Для него диссиденты тунеядцы, находящиеся на содержании у империалистов.

И, наконец, высказалась "Правда". До какой же мерзости падения нужно дойти, чтобы под рубрику "Правды" (правды!!) помещать то, что написано в статье "Что скрывается за шумихой о "правах человека". Здесь что ни слово, то ложь, но зато советским трудящимся после прочтения этой статьи станет ясно, что диссиденты в СССР "...жалкая кучка антисоветски настроенных людишек, клевещущих на свою родину, свой народ", "...которые никого и ничего не представляют... и существуют... только потому, что поддерживаются, оплачиваются и превозносятся Западом". Это "... отщепенцы, вступившие в своей борьбе с советским строем на путь прямого сотрудничества с зарубежными антисоветскими центрами..."

Итак, решена задача и третьего этапа. Ведь это же готовое обвинение в измене Родине. Суду остается только оформить это обвинение своим решением и назначить меру уголовного наказания. Судья иначе поступить не в состоянии. Ведь он член партии. А это директива ее центрального органа. Центральный орган позаботится и о "возмущенном народе". Он приводит образец того, как надо отнестись к диссидентам: "Советские люди гневно осуждают и отвергают отщепенцев, продавшихся реакционным силам империализма: "Предателями, врагами Советской власти" называет их, к примеру, Г. Жуков, ветеран Великой Отечественной войны из г. Гомеля. "Им, этим моральным уродам, в семье великого советского народа не нравится... Народная власть, добытая и защищенная в кровавых тяжелых боях, им ненавистна..." и т. д.

10
{"b":"55975","o":1}
ЛитРес представляет: бестселлеры месяца
Девушка с тату пониже спины
#Я хочу, чтобы меня любили
Код 93
Код да Винчи
Невеста напрокат, или Дарованная судьбой
Теряя Лею
Звание Баба-яга. Потомственная ведьма
Порядковый номер жертвы