ЛитМир - Электронная Библиотека
A
A

Но особенно злобно говорится о жалкой кучке "антисоветски настроенных людишек", клевещущих на свою родину, свой народ. Их в СССР якобы преследуют за "инакомыслие". А за что преследуют не "якобы", а на самом деле? - хочется спросить. Но, увы, вопрос напрасный. И без него ясно, что дальше пойдет низкопробная злобнейшая клевета в духе "Литературки" и "Голоса ...", но только без фамилий.

"Правда" начинает с того, что тщится доказать, будто выступления западных печати и радио скоординированы из какого-то одного центра. "Центр" не называется. Думайте о ком угодно, хоть про ЦРУ. Для доказательства приводятся цифры: за последнюю неделю января передано радиостанциями, вещающими на страны социализма, 120 материалов "в защиту прав человека", использовав их 320 раз. "Правда" видит в этом какую-то внешнюю силу, но не хочет увидеть то, что есть, - невероятный рост нарушений прав человека внутри. И именно эти нарушения создают то количество, которое так возмущает "Правду". Чтобы не было таких передач, надо убрать их причину - нарушения прав человека, Хельсинкских договоренностей.

Но "Правда" настойчиво стремится не к тому, чтобы исчезли нарушения. Для нее важно убрать сообщения о нарушениях. Поэтому она обрушивается на диссидентов, передающих сообщения о нарушениях, а не на нарушителей прав человека. Газета называет диссидентов отщепенцами, говорит, что они "ничтожная группка людей, которые никого и ничего не представляют, далеки от советского народа и существуют только потому, что поддерживаются, оплачиваются и превозносятся Западом. Их деятельность и взгляды чужды миру и социализму... Эти отщепенцы, вступившие в своей борьбе с советским строем на путь прямого сотрудничества с зарубежными антисоветскими центрами, прикрывают свое нутро личиной "борцов за права человека".

Итак, обвинение в прямом сотрудничестве с зарубежными антисоветскими центрами. Изменой родине, вроде бы, попахивает?

Вот какая установка, оказывается, дана следствию: состряпать дело об измене Родине. "Правда" выбалтывает это и одновременно дает совет, как "разоблачить" "преступников", "маскирующихся" защитой прав человека. Оказывается, такие, как нынешние арестованные, когда попадают за рубеж, то "быстро раскрывают свое подлинное лицо", а "кое-кто из них подвизается на пресловутой радиостанции "Свобода"... Ага, знаем - это же станция ЦРУ? Вот вам и связь с этой опасной организацией. Забыли только малоуважаемые "правдисты", что для создания такой логической цепочки надо как минимум доказать, что арестованные состояли в одной организации с работающими на "Свободе", в "Континенте" и ему "подобных организациях". По этому вопросу я еще скажу специально в главке о диссидентах, а сейчас лишь подчеркиваю жульнический и зловещий характер указанной логической связи.

Далее "Правда" - в который раз! - разъясняет клеветнический характер утверждений диссидентов, что их преследуют за убеждения. "Между тем в Советском Союзе не преследуют за убеждения". Совершенно верно! Я это подтверждаю. Мне всего один раз это было объяснено. Да так впечатляюще, что я с тех пор больше по этому вопросу не спорю. В феврале 1964 года я впервые (не по своей воле) попал на Лубянку. Назначенному по моему делу следователю подполковнику (ныне он генерал) госбезопасности Георгию Петровичу (двойной тезка одного из моих сыновей) я высказал свое возмущение тем, что КГБ является органом преследования за убеждения, отличные от официальных. И он тихим, как бы вкрадчивым голосом неспешно объяснил: "Нет. Вы ошибаетесь, Петр Григорьевич, за убеждения у нас в стране никого не преследуют. Вас арестовали не за убеждения, а за то, что Вы их высказывали и этим наносили ущерб государству. Убеждения Вы можете иметь любые. За это Вас никто даже не упрекнет". В общем, как в известном анекдоте: "Можешь знать и думать обо мне что угодно, я ничего против не имею. А скажешь - получишь в рожу!".

Короче говоря, я сразу усвоил поучения Кантона и с тех пор твердо знаю, что, какое бы собственное суждение я ни высказал, я тем самым совершаю преступление. Не преступны только те высказывания, которые являются не плодом собственной мысли, а взяты из газет (советских, разумеется), проверенных книг и указаний тех, кому доверено таковые давать. "Диссиденты" этого почему-то никак понять не могут. Поначитаются разных там Герценов и Огаревых о том, что "только выговоренное убеждение свято", что "немота поддерживает деспотизм" (обе цитаты заимствованы из книги Л. Чуковской "Свободное слово"), и кричат потом, что их преследуют за убеждения. Вот и приходится "Правде" еще раз объяснять, что это клевета, что арестованных А. Гинзбурга, Ю. Орлова, М. Руденко и О. Тихого будут судить не за их твердое убеждение, что Советский Союз не выполняет Хельсинкские соглашения, и даже не за то, что они вкупе с другими членами групп содействия представили факты, подтверждающие их убеждения, а за то, что в своей борьбе с "советским строем" вступили "на путь прямого сотрудничества с зарубежными антисоветскими центрами" и, "прикрывая свое истинное нутро личиной "борцов за права человека", клеветали на Советский Союз, обвинив его и "другие социалистические страны в нарушении Хельсинкских договоренностей", стремясь "посеять недоверие и подозрительность в преддверье Белградской встречи представителей стран - участниц общеевропейского совещания". (Это уже из другой "Правды" - за 20.02.77 г., из статьи "Международный обзор".)

Ясно, дорогой читатель, что таких людей надо было изолировать заблаговременно, не допуская до Белградского совещания? Ясно должно быть и за что судить будут этих четырех "отщепенцев". И я спрашиваю теперь: при чем же здесь какие-то убеждения. Судить будут не за них, а за "клеветнические измышления, подрывающие международный престиж Советского Союза" и за прочие неблаговидные дела: "за незаконное хранение оружия (а может, и за подготовку к террористическим актам), за валютные операции, за связи с иностранцами и еще не знаю, что "сфальсифицируют" (фу ты, какая оговорка - "вскроют") наши вездесущие бдительные органы.

Естественно, что против таких "преступников" и гнев народа должен быть возбужден. И "Правда" сообщает о массе писем, приходящих в редакции разных газет, на радио и телевидение, в "которых советские люди гневно осуждают и отвергают отщепенцев, продавшихся реакционным силам империализма". Вот оперативность! И откуда только узнали о вспышке отщепенства? И суда еще не было. Да и дела еще по-настоящему не заведены, а до общественности, конечно, вообще не доводились. А в письмах их называют "предателями" "врагами Советской власти". Да, на какие только подлоги и подлости не пойдешь ради торжества "правосудия".

Разумеется, кучка отщепенцев "не представляет опасности для советского строя". В сталинские времена к таким сентенциям добавляли: "Она будет раздавлена, как мокрицы, сапогом пролетарской диктатуры". Теперь закончили на том, что "не представляет опасности". Я склонен поддержать эту оценку. Но только вопрос возникает: зачем же так беспощадно расправляются с "не представляющими опасности", зачем так злобно клевещут на них и зачем для их подавления содержат такой огромный аппарат в КГБ, МВД и пр. - сотни тысяч? Или, может, миллионы? Думаю, последнее верней. Но точно не знаю. Да и откуда знать. Наше правительство народное, не то что в какой-нибудь Дании, поэтому оно может и не отчитываться в таких "мелочах". И не отчитывается. Даже хранит сведения об этом как государственную тайну.

Кучка "отщепенцев" "не представляет опасности", а народу нашему "необходимо как никогда проявлять высокую политическую бдительность..." Ах, эта бдительность! Скольких миллионов жизней стоила она нашему народу. Тогда она тоже нужна была "как никогда". Бдительность? Нет, всеобщая подозрительность из этого призыва растет. Ведь речь идет не о призыве быть столь бдительным, чтобы не допустить развязывания войны, чтобы не остановиться потрясенным на улице, как летом 1941 года, от сообщения, что чужие войска идут по нашей земле, или не проснуться, как утром в другое лето (1968 г.) от голоса диктора, сообщающего, что наши войска вторглись на территорию другой страны. Нет, не к этой бдительности призывает нас "Правда". К подозрительности она зовет нас. К созданию такого климата в стране, в котором мог бы заработать, как при Сталине, весь, теперь очень слабо задействованный, могучий аппарат антинародных репрессий.

8
{"b":"55975","o":1}