ЛитМир - Электронная Библиотека

Она задавала себе вопрос: «Как же я могла так ошибиться?»

И услышала, как он глубоко вздохнул, но решила не поворачиваться. Она же хотела уже давно с ним выяснить их отношения, вот она и выяснила. Это не его вина, что он не сказал ей слов, которые она так хотела услышать. Но, черт побери, это было все равно очень больно.

15.

Бул видел, как Чейз уходила с пляжа, возвращаясь в дом. Он не хотел ее ранить, он совсем не это имел ввиду, по крайней мере сказал не то, что чувствовал на самом деле. Как только он проснулся и ее не оказалось в кровати, первая мысль была — она отправилась готовить ему завтрак. Она порядком испортила его за эти дни своей любовью и заботой, которую он не ощущал в течение очень долгого времени.

Войдя в кухню, он обнаружил, что ее там нет. Она даже не приступала к готовке, мало того, похоже она сюда даже не заходила. Бул почувствовал прилив адреналина от одной только мысли, что ее могли украсть.

Он бросился наружу и застыл на пороге как вкопанный. Она стояла по щиколотку в воде и искала ракушки с другим мужчиной. Она разговаривала и улыбалась ему, словно наслаждалась его компанией, и в эту секунду он не мог даже трезво мыслить.

Мужчина ушел еще до того, как Булл ринулся к ней и нанес непоправимый ущерб своими словами. Чейз все так же продолжала искать ракушки, пока он говорил. Его тон потряс даже его самого, но он шел напролом, как привык делать обычно, но в этот раз не с «холодной головой». Когда последние слова сорвались с его губ, он понял, что выплеснул свое желание отомстить — это первое, заставив его ревновать, а во-вторых, ему хотелось закричать от увиденной сцены.

Но в своих словах он зашел слишком далеко, дав ей понять, что с ней его интересовала только работа, и больше ничего. Другими словами, он дал ей понять, что она ничего не значила для него, кроме этой чертовой работы. Он окликнул ее, пока она шла к дому, но она проигнорировала, быстро уходя с пляжа.

Бул предоставил ей несколько минут успокоиться, а затем вошел в дом через заднюю дверь.

— Чейз? — позвал он, войдя на кухню. Он услышал всхлипывания, доносящиеся из коридора. И молча направился в ту сторону. У него сильнее заколотилось сердце, когда он увидел, как она упаковывала чемодан.

— Мы разве куда-нибудь уезжаем? — тихо спросил он.

— Я уезжаю, — ответила она. — Ты волен делать, что угодно и с кем угодно. Я буду готова через пятнадцать минут.

Он подошел к ней сзади и приобнял, и прошептал на ухо, касаясь губами:

— Я не хочу, чтобы ты уезжала, детка, — искренне сказал он.

Она перестала складывать одежду, произнеся всхлипывающим, сдавленным голосом:

— Не смей меня так называть. Я всего лишь для тебя работа.

— Нет, ты не работа. Я волновался, когда не смог найти тебя. Сошел с ума, когда увидел тебя с другим мужчиной, — ответил он, сильнее прижимая ее к себе.

— Почему ты сошел с ума? — поинтересовалась она.

— Ты была полностью права — я ревновал. На самом деле, я имел в виду не то, что сказал тебе. Я никогда не смогу делить тебя ни с кем, Чейз.

— Тогда объясни мне кое-что, — начала она, подождав, пока он не кивнул в знак согласия.

Она продолжила:

— Почему я не могу дотрагиваться до тебя, когда мы занимаемся сексом?

Она почувствовала, как напряглось все его тело, словно пружина перед рывком, хотя его руки по-прежнему нежно поглаживали ее по спине, но его дыхание сбилось и стало более жестким. У нее возникла мимолетная мысль, что ей не следовало спрашивать, но с другой стороны, сейчас самое подходящее время, чтобы узнать правду.

Он опустил руки, и она почувствовала, как тепло его успокаивающего тела оставляет ее. Он отстранился. Она в недоумении покачала головой и продолжила складывать свою одежду. Неважно, насколько она хотела остаться, она никогда не останется с ним при существующих отношениях.

— Помнишь, я говорил тебе, что был влюблен? — спросил он. Сейчас он не казался таким уверенным, как всегда, и она вдруг поняла, что услышанное ей совершенно не понравится.

— Да, — негромко ответила она не оборачиваясь.

— Я говорил тебе, что она изменила мне? — в его голосе отчетливо послышались нотки страха, и она поежилась от его слов. — Просто однажды ночью, когда мы занимались... бл*дь сексом... она назвала меня его именем. После той ночи я никому не позволял дотрагиваться до себя.

— Никому? Даже мне? — и она развернулась к нему лицом, посмотрев прямо в глаза. Ей нужно было узнать, последняя она в этой череде или нет, или он просто будет ее постоянно держать на расстоянии вытянутой руки.

Они смотрели в глаза друг другу, казалось целую вечность. Чейз буквально видела, как вращались колесики у него в мозгу, пытаясь просчитать варианты лучшего ответа — правду, но при этом попытаться все же уклониться от прямого ответа. Она поняла, что он пересилил себя, итак уже признавшись ей. Но он по-прежнему молчал, не в состоянии вымолвить ни слова, и это тоже для нее был своеобразный ответ.

Чейз не смогла скрыть печаль и разочарование в своем выразительном взгляде. Она поникла, опустив плечи и наклонив голову, зажмурилась, пытаясь как-то бороться со слезами, которые вот-вот угрожали пролиться. Она развернулась к нему спиной, заканчивая упаковывать чемодан.

В то же самое мгновение, он обхватил ее своими сильными мускулистыми руками и повернул к себе. Окутав ее своими объятиями, он оторвал ее от пола и понес в спальню, опустил в центр кровати, накрыв своим телом, и утверждаясь губами на ней. Его поцелуй был пылким, жаждущим. Она позволила ему забрать от нее все, что готова была отдать ему, многое… она готова была отдавать только ему.

Его руки шарили по ее телу, срывая с нее одежду и с себя, пока их обнаженная кожа не прижалась друг к другу. Она запустила пальцы ему в волосы, затем медленно прошлась руками по спине, пока ее ногти не впились в самую прекрасную задницу, которую она знала. Он простонал ей в рот от предвкушения и страсти, раздвинув коленом ее ноги, предоставляя себе доступ к ее нежному и влажному входу.

Бул остановился, заглянув ей в глаза и произнес:

— Я хочу почувствовать тебя, Чейз. Я не хочу, чтобы между нами были какие-либо барьеры. Но я готов, только если ты согласишься. Я никогда… ни с кем на занимался сексом без презерватива. Я чист, регулярно проверяюсь на работе.

— Я тоже так хочу, Колтон. Я не была ни с кем долгое время, но проверяюсь каждый год. Но я принимаю противозачаточные и доверяю тебе, — искренне ответила она.

Бул кивнул в знак согласия, прежде чем медленно толкнутся бедрами вперед, не отводя от нее взгляда. Его глаза красноречиво говорили вместо него, хотя он не произнес ни слова. Он просил ее не разрушать его доверия. Он говорил, что готов отдать часть себя, и такой шанс дается один раз в жизни. Он говорил, что доверял ей настолько, что готов был снизить свою бдительность.

Слезы радости и любви текли у ее по лицу, скатываясь по вискам. Она любила каждый дюйм его — голову, шею, плечи, спину, пальцы. Она увековечила в памяти каждую его бугрящуюся мышцу, и их совместное напряжение и расслабление при каждом движении. Она выливала на него свою любовь, всю до последней капли, показывая всем своим телом.

Его рот исследовал ее в сладком, нежном поцелуе, движения бедер замедлились в соответствии с ее. Каждое неторопливое его погружение в нее подводило их еще ближе на один шаг к блаженству. На один шаг ближе к любви. На один шаг ближе совершенно и полностью поглощая друг друга.

Они одновременно кончили, достигнув вместе пика, при его последнем мощном толчке. Он обхватил лицо Чейз, с любовью заглядывая ей в глаза. Ее ногти впивались ему в спину, царапая от очень сильного оргазма. Она выдохнула его имя при последней волне наслаждения, чувствуя, как он все еще пульсировал внутри.

Ни слова не было сказано вслух. Произошедшая связь была настолько хрупкой, но не было никаких сомнений, что они оба чувствовали одно и тоже. Бул по-прежнему оставался внутри нее, смакуя ощущение, ставя клеймо, что она полностью принадлежала ему. Царапины, оставленные у него на спине, он готов был носить с гордостью. Он позволил ей войти в свое закрытое, священное пространство. А он получил привилегию, в которой она отказывала другим. И он начинал чувствовать себя полным снова.

31
{"b":"560014","o":1}