ЛитМир - Электронная Библиотека

Прошла неделя с того момента, как я впервые пришла к Питу в его отсек. С тех пор каждую ночь я сплю в его объятиях. Каждую ночь я тайно пробираюсь в его постель. Каждую ночь я боюсь, что Хеймитч или мама с Прим узнают об этом.

Нам все труднее дается сдерживать себя. Но каждый раз Пит прерывает поцелуй, обнимает меня и заставляет попытаться заснуть.

Мы с ним не говорим об этом. Ясно в чем причина. В том, чтобы все было правильно. Мы не произносим слово «свадьба». Нам обоим страшно. Мы знаем правила Тринадцатого. Нет смысла даже пытаться заводить об этом речь.

Я ненавижу Тринадцатый дистрикт. Я ненавижу Койн. Я ненавижу здешнюю жизнь, порядки и правила. Я ненавижу эти бесконечные тренировки, которые вселяют в нас чувство безнадежности нашего положения. Словно поросят, нас откармливают на убой.

Мы становимся сильнее, ловчее, упорнее. Даже Энни. Мне всегда казалось, что она не боец. Но она взяла волю в кулак. Меньше слез, истерик. Не без помощи Финника конечно, а он всегда рядом.

Пит оказался способным учеником. За эту неделю он научился неплохо стрелять из лука. Я тренирую его по два часа ежедневно.

Гейл смотрит на нас косо. Он ни разу не говорил ни с одним из нас. Но видно, что ему не нравится моя затея с одинаковым оружием.

- Ну чего вы там застряли? – в моем наушнике раздается недовольный голос Хеймитча.

- Джоанна, - тихо и коротко отвечаю я.

Пит смотрит на меня. Я двигаю свою руку ближе к нему. Он накрывает ее своей ладонью.

В этот раз мы свободны от съемок и пафосных речей. Сегодня мы просто сопровождающие.

Крессида постукивает кончиком ногтя по экрану часов, постоянно поглядывая и проверяя сколько прошло времени.

А действительно, сколько? Мне кажется, что мы здесь уже не меньше двух часов.

Финник сочувственно смотрит на Джоанну и порывается встать и подойти к ней, но Энни его останавливает.

- Дай ей немного побыть наедине со своими родными местами, - тихо говорит она, хватаясь за его руку.

Энни довольно простая с виду девушка. Ее нельзя назвать красивой. Она немного нескладная, неуверенная, боязливая. Но с Финником они составляют очень гармоничную пару. Они дополняют друг друга. Благодаря Финнику, Энни становится сильнее, она преображается рядом с ним. А Финник становится собой. Не тем павлином, любимцем Капитолия. Он добрый, веселый и смелый. Он светится от любви.

Интересно, а мы с Питом выглядим так же? Нашей истории любви умилялся весь Капитолий, но это была фальшь. Сейчас люди также улыбаются, видя нас вместе. Хочется верить в то, что мы тоже светимся.

Крессида встает и медленно подходит к Джоанне.

- Джоанна, я думаю…

- Оставь ее в покое! – угрожающе громко говорю я.

Меня раздражает Крессида. Она не понимает наших чувств. Но когда женщина сама попала в центр событий в Восьмом, она запаниковала, заистерила. Я не уважаю ее за это.

- Тебе пора собраться с мыслями! – Крессида не обращает на мои слова внимания. – Мы не можем торчать тут вечно. Расскажи на камеру о себе, о близких людях, о своих чувствах, которые ты испытываешь глядя на это, - она указывает в сторону города. – И мы уберемся отсюда.

- О себе, - медленно протягивает Джоанна. – Мне двадцать два года. Я побывала на Арене дважды.

Крессида застывает с приподнятой рукой. Она хочет дать сигнал включить камеры.

- После моей победы в 68 играх, всех моих близких отправили на тот свет. Постепенно, каждого по очереди, - плечи Джоанны начинают подрагивать. – Отца, мать, брата…

Она поворачивает голову, и я вижу, что она смеется. Девушка медленно встает на ноги.

- А вот на этом месте, - Джоанна показывает пальцем себе под ноги, - меня впервые поцеловал мой парень.

Крессида испуганно отступает на два шага назад.

- Ты хочешь, чтобы я поскорее собралась с мыслями? – из Джоанны вырывается истеричный смешок. Она слегка качает головой, и ее улыбка сменяется другим выражением лица, гневом. – Знаешь, здесь же Рейн поцеловал меня в последний раз, за день до того, как я нашла его с перерезанным горлом под окнами своего дома! – ее голос постепенно срывается на крик.

Мы с Питом медленно поднимаемся на ноги. Боковым зрением, я замечаю, что все вокруг тоже зашевелились. Гейл стоит всего в трех метрах от Мейсон. Финник в мгновение оказывается рядом со мной. Пит крепче сжимает меня за руку.

- Джоанна, тебе нужно успокоиться, - тихо говорит Крессида.

Похоже, это была последняя капля для разозленной победительницы.

- Ты бесчувственная стерва, - Джоанна делает рывок по направлению к женщине. Но путь ей преграждает Гейл и она попадает прямо в его руки, врезаясь лицом в его грудную клетку. – Отпусти!

Девушка пытается вырваться, кричит, ругая его и Крессиду последними словами. Но Гейл держит ее в кольце рук так, что она почти не может шевелиться. Даже создается ощущение, будто он обнимает ее.

Я наблюдаю за ней и мне кажется, что я сама сейчас сорвусь. Это слишком жестоко и несправедливо. Нам просто не дают прийти в себя. Постоянно выкидывают из зоны комфорта. Заставляют вытаскивать свои чувства на свет, чтобы запечатлеть их для общего блага.

Через пару минут Джоанна перестает вырываться. Ее плечи снова начинают подрагивать. Но в следующее мгновение я понимаю, что теперь она плачет. Джоанна Мейсон плачет.

Гейл ослабил хватку и теперь просто слегка прижимает ее к себе, успокаивающе поглаживая по голове.

Я поворачиваюсь к Питу. Мне очень хочется, чтобы он обнял меня сейчас. И он, словно услышав мои мысли, притягивает меня к себе. Я утыкаюсь носом в его грудь и чувствую, что не могу сдержаться и одна слеза уже впитывается в ткань куртки Пита. Он гладит меня по спине, пытаясь успокоить.

Что уж говорить о нас, если такой человек, как Джоанна, которая никогда не показывала свои настоящие чувства, сейчас стоит и плачет.

Я слегка поворачиваю голову, чтобы увидеть ее. Она держится руками за предплечья Гейла так, словно боится упасть. Джоанна явно давно не давала волю эмоциям.

В следующий момент я не успеваю опомниться, как к ней сзади подходит Боггс и одним быстрым движением вкалывает что-то в руку. Джоанна тихо вскрикивает и начинает оседать на землю. Гейл садится вместе с ней на траву, не выпуская ее из объятий. Глаза девушки закрыты, голова покоится на сгибе его руки.

Я вырываюсь из объятий Пита и бегу к ним.

- Что ты с ней сделал? – кричу я на Боггса. Голос почти срывается на визг.

- Я успокоил ее, - он показывает мне шприц.

- Успокоил? – я с силой бью его по ладони и шприц падает на землю. – Вы каждый раз так успокаиваете людей, когда они плачут?

Сзади подходит Пит и кладет руки на мои плечи.

- Она чуть не напала не Крессиду! – невозмутимо отвечает Боггс.

- Я сказала не трогать ее! – я гневно смотрю на Крессиду.

Женщина сидит в стороне и безучастно рассматривает свои ботинки.

- Здесь командуете не вы, солдат Эвердин! – Боггс тоже повышает голос.

- Мы сейчас не на поле боя, - встревает Пит. – Крессида поступила бестактно. Она не теряла близких и ей трудно понять нас.

На несколько секунд повисает тишина.

- Операция провалена. Готовы к посадке, - говорит в микрофон Боггс и отходит от нас.

Я подхожу к Гейлу и Джоанне и присаживаюсь рядом на колени.

- Что с ней?

- Сильное успокоительное, - отвечает Гейл. - Она просто спит.

- Спасибо, что помог ей, - шепчу я. – Ее могли арестовать за это.

Он, ничего не отвечая, берет Джоанну на руки и идет в сторону места посадки планолета.

Мы провалили сегодняшние съемки. Точнее Джоанна провалила. Неизвестно как это отразится на ней. Ее все равно могут наказать.

В этот момент я осознаю, что начинаю бояться и ненавидеть Койн так же, как боюсь и ненавижу Сноу. Теперь и на стороне повстанцев мы не можем чувствовать себя хотя бы отчасти в безопасности.

========== Глава 19 ==========

Я снимаю с себя куртку и бросаю ее в угол.

- Все в порядке, солнышко? - спрашивает Флавий. - Как все прошло?

20
{"b":"560038","o":1}