ЛитМир - Электронная Библиотека

Снова звонит телефон.

КАТЕРИНА: - Я же знаю, он сейчас спросит: "В чём дело, котёнок?" А что мне говорить? Что видеть его больше не могу?! Я оттуда от разговоров сбежала, как раз затем, чтобы лишнего не брякнуть...

Эмилия решительно отодвигает её, снимает трубку.

ЭМИЛИЯ: - Да... Здравствуй, Олег... Да, у меня... Нет, страшного ничего.., бывает. С нами, женщинами, такое случается, не волнуйся... Ты дома уже? Вот и ладно. Пускай у меня сегодня переночует, а завтра придёт, как новая... Не за что... И тебе спокойной. (кладёт трубку, обращается к Катерине) Всё, он уже дома, тоже, как видишь, в театре не остался.

КАТЕРИНА (почти с отчаянием): - Вот! Не к чему придраться! Идеал! Сама, порой, смотрю на него и думаю, и чего я, в самом деле? Не за что ненавидеть человека, совершенно не за что!

ЭМИЛИЯ: - А тебе надо непременно ненавидеть?

КАТЕРИНА: - Нет... Не знаю. Но иногда так бесит... Я знаю наперёд всё, что он скажет в той, или иной ситуации, а когда он говорит так, как я и ожидала, это тоже бесит!

ЭМИЛИЯ: - Разводись.

КАТЕРИНА: - Но не всегда же так! Когда этот психоз проходит, я сама себя так ругаю, так ругаю...

ЭМИЛИЯ: - Доча, ты не с жиру ли бесишься?

КАТЕРИНА (печально): - Не знаю. Мне же первой ото всего этого плохо. (Садится за стол, задумчиво подпирает голову рукой) Вот ведь пишут во всех журналах - выбирайте правильно. Мне бы тоже, в своё время, не слушать никого и поступать на журналистику. Помнишь, как я романы писала в юности? Запойно! Все их заводили, а я писала. Какие планы вынашивала! Идеи, как грибы после дождя, и все, конечно же, гениальные... Была бы сейчас знаменитой писательницей, сама себе хозяйка. Ездила бы везде, интервью давала, творческие встречи с читателями..., с другими писателями. С Кабацким например.

ЭМИЛИЯ: - А -а..., нашла о ком мечтать.

КАТЕРИНА: - Тебе же он нравился!

ЭМИЛИЯ: - Ну, нравился поначалу, а потом что-то разонравился. Если разобраться, ничего особенного, закрыл книжку и забыл.

КАТЕРИНА: - Нет, не скажи... Он такой крутой, такой современный, с ним бы сесть, поговорить, я уверена, много общего бы нашлось. И потом, возможность общаться с такими людьми это же стимул. СТИМУЛ! Любимое дело, востребованность... Я бы и Олега, может, не дёргала так, не сидела бы дома клуша-клушей, не смотрела бы на мелочную бытовуху, словно через увеличительное стекло... Мам, а может я банальная неудачница?

ЭМИЛИЯ: - Я бы сказала, кто ты, но тебе и без этого плохо.

КАТЕРИНА (обиженно): - Спасибо...

ЭМИЛИЯ: - И сейчас ещё не поздно, если уж на то пошло. Я все твои тетрадки сохранила, можешь взять, перечитать с высоты, так сказать, уже зрелого возраста, и занимайся себе дальше. Работа у тебя есть, а это будет, как хобби для сброса всего, что, как ты говоришь, копится.

КАТЕРИНА: - Нет, мам, перегорело уже.

Эмилия молча лезет в комод, откуда вытаскивает стопки общих тетрадей, которые кладёт перед Катериной. Та смотрит, усмехается, берёт одну.

КАТЕРИНА: - Надо же, сколько понаписала... А-а, это про зазеркалье. Смешная книжка получилась, припоминаю, по эту сторону одна жизнь, по ту - другая... (листает, что-то прочитывает, смеётся) Слушай, странно так, я отлично помню, что было, когда я это писала! Как раз, в Олега влюбилась... Слова дописывать не успевала, так всё это из меня... Смотри, прямо как Моцарт, без помарок, и складно ведь!

ЭМИЛИЯ (Собирает чашки и чайник) : - Ну, почитай, почитай, развейся. (Идёт на кухню, но на пороге оглядывается) А лучше спать ложись. Тетрадки эти я тебе отдам, дома почитаешь, а постель сейчас приготовлю.

КАТЕРИНА: - Не суетись, я сама. (захлопывает тетрадь, берёт её с собой) Возьму на сон грядущий, может приснится что-то из прошлой жизни. Тебе с посудой помочь?

ЭМИЛИЯ: - Без тебя справлюсь. Через двадцать минут особо волнительный сериал начнётся, как раз всё успею. (уходит)

КАТЕРИНА (вслед): - Как ты можешь такой гадостью голову забивать?

ЭМИЛИЯ (уже из кухни): - Не мешай, это ритуал!

Катерина смотрит на оставшиеся тетради, немного думает, забирает только ту, которую просматривала до этого, потом включает мобильный, забирает и его и переходит в спальню.

КАРТИНА ВТОРАЯ

В спальне Катерина включает торшер и засматривается на себя в огромное зеркало возле двери.

КАТЕРИНА (тоскливо): - Боже, какая бы из меня вышла знаменитость! Псевдоним бы себе взяла, такой, какой-нибудь позвучнее... Кэт... Нет, это банально. Кэтрин Ка... Нет, тоже чушь. Господи, куда мне в знаменитости, даже псевдоним придумать не могу... (Видит на туалетном столике книгу) О! Цветаева. "Казанова и Франциска"... (вяло): Вот. Чем плох псевдоним?! Франциска! Красиво и непонятно...

Снова вертится перед зеркалом и так, и этак, потом вдруг замирает, упирается обеими руками о раму и почти стонет: "Достало всё! Не могу больше!". Резко выключает торшер, падает на кровать.

В полной темноте слышен тихий, быстро замирающий плач. Потом зеркало начинает светиться. Кажется, что это из него доносятся звук подъехавшего автомобиля, музыка, явно клубная, и голоса, слишком громкие для обывателей. Голоса ссорятся, потом автомобиль, судя по звуку, уезжает. Затихает и музыка.

Внезапно дверь в спальню распахивается. На пороге женский силуэт, очень похожий на Катерину - такое же длинное платье, шпильки, в руке клатч. Женщина заходит в комнату, и в свете, излучаемом зеркалом, видно, что она точно так же упирается обеими руками о раму и почти стонет: "Достало всё! Не могу больше!". Потом так же резко, как и Катерина до этого, подходит к торшеру, но теперь уже включает и так же падает на кровать.

Раздаётся крик, обе женщины вскакивают.

КАТЕРИНА (истерично): - Вы кто?!

НОВАЯ ДАМА: - Как кто? Я Франциска.

КАТЕРИНА: - Что ещё за Франциска?

ФРАНЦИСКА (опомнившись): - А ты вообще, кто?!

КАТЕРИНА: - Я у себя дома, между прочим!

ФРАНЦИСКА: - Ни фига!... Это я дома! (Осекается, заметив, как они похожи друг на друга) Это что, розыгрыш?

КАТЕРИНА (тоже заметив сходство): - Не представляю, кто бы мог так разыгрывать.

ФРАНЦИСКА (не слыша): - С ума сойти! Платьице, конечно, дешёвое, и с лицом что-то не то, но в целом... Жуть какая-то!

КАТЕРИНА: - Нормальное платье!

ФРАНЦИСКА: - Ты как сюда попала?

КАТЕРИНА: - Что значит, как?! Я к маме пришла!

ФРАНЦИСКА: - Что ещё за мама?

КАТЕРИНА: - Эмилия Александровна!

ФРАНЦИСКА: - Ха! Это моя мама Эмилия Александровна, и я ей давно уже другую квартиру купила, побольше! А здесь у меня теперь нора. Лежбище, когда достают все!

КАТЕРИНА (растеряно): - Но я только что с мамой разговаривала... (кричит): МАМА!

Не услышав ответа, выбегает из комнаты, но быстро возвращается с запиской.

КАТЕРИНА (читает): - "Сериал ушла смотреть к соседке, спи спокойно, приду, скорей всего, не скоро..." Что это? Ночь на дворе, какие соседки?!

ФРАНЦИСКА (берет записку, рассматривает): - Почерк мамин. Странно... И для розыгрыша как-то... глуповато.

КАТЕРИНА: - Погоди, как, говоришь, тебя зовут?

ФРАНЦИСКА: - Франциска. Ну, то есть, это псевдоним, творческий, а так я Катерина Владимировна...

КАТЕРИНА (догадываясь): - Не может быть! Я же только что... (растеряно протягивает руки к зеркалу)

ФРАНЦИСКА (истолковав её возглас по-своему): - Да, это я. Отрадно, что даже сумасшедшие меня читали.

КАТЕРИНА: - Причём тут сумасшедшие! Мы с тобой одно и то же!

2
{"b":"560057","o":1}